Тарси
Шрифт:
– Я слишком занятой человек, чтобы отвлекаться на всяческие глупости. Но поскольку ты, виконт Обелон, уже здесь, придется задать тебе заслуженную трепку.
Одной фразой я отыграл утраченные было позиции, обосновав свое прежнее нежелание спешить с поединком и выразив готовность ответить на вызов. Только в таком сочетании можно было ответить, одно без другого не произвело бы должного эффекта.
Крики восхищения приветствовали мою краткую речь.
– Да здравствует граф Ролио! – выкрикнул барон Тромиг, рыцари его дружно поддержали.
Судя
– Какой бой выбираете, граф, пеший или конный?! – выкрикнул мой противник.
Только конного боя не хватало. Внешне я держусь на коне весьма уверенно, вот только мой опыт верховой езды не насчитывает и месяца. Предложить бы битву без оружия, здесь я смог бы потягаться с Обелоном на равных, но здесь и сейчас это не пройдет – не принято у рыцарей биться врукопашную.
– Выбираю пеший бой по капатонским правилам.
– Это как? – удивился виконт. Ни о каких капатонских правилах он не слышал.
Я тоже о них не слышал, но надо же мне как-то уравнять шансы.
«Думай, Паша, думай. Необходимы капатонские правила боя, причем прямо сейчас».
– Капатонские правила строги и предусматривают несколько видов поединка. Один из них – бой с завязанными глазами.
Окружающие меня рыцари удивленно ахнули.
– Как «с завязанными глазами»? – удивился Обелон. – Так ведь будет ничего не видно!
– Понимаю, вам как человеку неподготовленному сложно меряться силами в настоящем капатонском поединке. А тот поединок, о котором я сказал, еще не самый суровый.
Обелон покраснел, со стороны рыцарей в его адрес понеслись насмешки.
– Это все чушь! – выкрикнул он – Нет никаких капатонских поединков!
– Стыдитесь, виконт. Нельзя так открыто демонстрировать свое бессилие, – морально добил противника я. – Поскольку вы человек, не подготовленный к поединкам…
– Это я-то не подготовленный?! – взревел Обелон. – Да у меня этих поединков было несчитано!
– Стыдитесь, виконт. Я говорю о настоящих капатонских поединках.
– Капатонских! Не капатонских! Выходи и умри, как подобает рыцарю! – взъярился мой противник.
Ага, сейчас выйду и умру, не дождетесь.
– Ведите себя подобающе, виконт, рыцарю не пристало так орать. Если я усомнюсь в вашем благородстве, то поступлю с вами, как с простолюдином, посмевшим преградить дорогу занятым людям. Мы и так непозволительно задерживаем движение.
Это правда, мы почти выбрались из города, но создали затор на его окраине.
– Я здесь ни при чем, – заявил виконт.
– Еще как при чем!
Противник выведен из равновесия, но схватки все равно не избежать. Осталось лишь создать условия, при которых я могу использовать свои сильные стороны. В чем мое преимущество? Мои доспехи не в пример легче доспехов Обелона и не так сковывают подвижность. Предложить бы соревнования по бегу, но вряд ли этот номер пройдет. Здесь и сейчас все преимущества у Обелона. Вывод:
– Решим вопрос с поединком поскорее, – предложил виконт.
Он понял, что зарвался, и умерил тон, но от схватки отказываться не собирался.
– Напротив, не будем спешить. К таким серьезным вещам, как поединок, надо подходить взвешенно. Вперед! – последнее слово было командой для отряда, мы тронулись дальше.
– Это бесчестно, вы отказываетесь от схватки! – вскипел рыцарь.
Симпатии окружающих уже были не на его стороне, но отказываться от боя все же не следовало. Одно дело – отсрочка, и совсем другое – отказ.
– Езжайте вслед за нами. Как только представится возможность, вы сможете продемонстрировать свое умение владеть мечом.
– У меня были другие планы, – пробурчал Обелон.
– Тогда можете оставаться здесь.
Виконт насупился и решил уточнить:
– А долго ли придется ехать?
– Не беспокойтесь, я вам надеру уши уже сегодня.
Обелон вскипел и схватился было за меч, но несколько десятков наемников одновременно с ним положили руки на оружие, явно демонстрируя свою готовность не допустить схватки, пока командир отряда не объявит о начале поединка.
Мы ехали около часа, когда впереди показалась молодая осиновая роща, а вместе с ней забрезжила и мысль, вытягивая за собой план будущего боя.
– Барон, командуйте привал около тех осин.
Отряд остановился, люди спешились, разминая ноги.
– Где там этот Обелон? – спросил я, делая вид, что не замечаю виконта, чем ужасно его злил.
– Я здесь, прямо перед вами, граф, – отозвался рыцарь.
– Надо же? Действительно. Как это я не заметил. Хочу почтить вас честью, виконт, хотя вы этого и не заслуживаете.
Обелон, насупившись, молчал, и я продолжил:
– Предлагаю по давнему капатонскому обычаю провести поединок в священной осиновой роще.
– Как «в роще»?
– Только не говорите, что и это вам не по плечу. После того как вы отказались от поединка с завязанными глазами, отказ от рощи будет выглядеть совсем неприлично.
– При чем здесь роща? Вокруг полно чистого места.
– Таков обычай, – я вздохнул и пожал плечами, дескать, сам не хочу в рощу, но ничего не поделаешь. – К тому же это не простая роща, а священная.
– Почему священная?
– Мы будем биться или обсуждать особенности рощ?
– Будем биться, – поспешил согласиться Обелон.
– Зря вы не хотите послушать про рощу.
– Нет-нет, в следующий раз, – поспешил заверить рыцарь. – Надеюсь, больше нет препятствий?
– Совершенно. Капатонский поединок очень прост: разрешены любые приемы, проигрывает тот, кто признает себя побежденным. Думаю, стоит кратко рассказать об истории капатонских поединков?
– Не стоит! – рявкнул Обелон, посмотрел на суровые лица нахмурившихся наемников и добавил гораздо спокойнее: – Не хочу отнимать ваше время, граф.