Тарнсмен Гора

Норман Джон

Пока я стоял в кольце копий охраны каравана, стена тарларионов вдруг раздвинулась, пропуская Минтара из касты Торговцев. Богато украшенная платформа висела между двух медленно идущих тарларионов. Звери остановились по приказу возницы и занавеси раздвинулись. Внутри на подушках из шелка сидела человекоподобная жаба с круглой, как яйцо тарлариона, головой, с глазами, утонувшими в складках жира. С подбородка свисала тощая прядь волос. Маленькие глазки торговца, бегая, как у птицы, быстро оглядели всю сцену. Их

подвижность была пугающей по сравнению с их нездорово раздувшимся хозяином.

– Итак, – сказал торговец. – Казрак из Порта Кар встретил соперника?

– Это мой первый проигрыш, – гордо сказал Казрак.

– Кто ты? – спросил Минтар, изучив сперва меня, а затем Талену, которая мало его заинтересовала.

– Тэрл из Бристоля. А это моя женщина, что я подтвердил мечом.

Минтар закрыл глаза, потом снова открыл и погладил бороду. Он явно ничего не слышал о Бристоле, но не хотел признаться в этом перед своими людьми. Более того, он был настолько умен, что даже не стал претендовать на знание города. Действительно, а вдруг его не существует?

Минтар взглянул на кольцо воинов, окружающее меня.

– Вызовет ли кто из моей стражи Тэрла из Бристоля на бой за женщину?

– спросил он.

Воины нервно зашевелились. Казрак рассмеялся. Один из всадников сказал:

– Казрак из Порта Кар – лучший воин в караване.

Лицо Минтара затуманилось.

– Тэрл из Бристоля, – сказал он, – ты вывел из строя моего лучшего воина.

Один или два воина покрепче ухватились за копья. Я внезапно почувствовал, что несколько наконечников приблизились ко мне.

– А значит, причинил мне убыток, – сказал Минтар. – Можешь ли ты уплатить мне за такой меч?

– У меня нет другой ценности, кроме этой девушки, но я не могу отдать ее.

Он снова посмотрел на Талену без всякого интереса.

– Ее цена не выше половины платы за такого воина, как Казрак.

Талена вздрогнула как от пощечины.

– Значит, мне нечем уплатить тебе, – сказал я.

– Я торговец, – сказал Минтар, – и мои законы указывают мне плату.

Я решил продать жизнь подороже. Странно, но меня заботило лишь то, что случиться с девушкой.

– Казрак из Порта Кар, – сказал Минтар, – согласен ли ты поделиться с Тэрлом из Бристоля своей платой, если он займет твое место?

– Да, – сказал Казрак, – он мой брат по мечу и сделал мне честь…

Минтар был доволен. Он взглянул на меня:

– Тэрл из Бристоля, согласен ли ты служить Минтару, торговцу?

– А если я не соглашусь?…

– Тогда я прикажу своим людям убить тебя, – вздохнул Минтар, – и мы оба много потеряем.

– О, Убар Торговцев! – сказал я. – Я не хочу причинять тебе еще больших убытков.

Минтар развалился на подушках, довольный сделкой. К моему удивлению, он боялся, как бы частицу его добра не принесли в жертву. Он скорее

убил бы человека, чем потерпел бы убыток в одну десятую диска тарна, так как соблюдал он закон своей касты.

– А что насчет девушки? – спросил Минтар.

– Она останется со мной, – ответил я

– Если хочешь, я куплю ее.

– Она не продается.

– Двадцать дисков, – предложил Минтар.

Я рассмеялся.

Минтар тоже улыбнулся.

– Сорок.

– Нет.

Это ему менее понравилось.

– Сорок пять, – бесстрастно продолжил он.

– Нет, – повторил я.

– Она из Высшей Касты? – спросил Минтар, удивленный равнодушием к его предложениям. Вероятно, его цена была ниже стоимости девушки из Высшей Касты.

– Я, – гордо сказала Талена, – дочь богатого торговца, богатейшего на Горе, украденная у отца этим тарнсменом. Его тарн был убит, и он взял меня в Бристоль, чтобы сделать рабыней.

– Богатейший торговец Гора – это я, – холодно заметил Минтар, и Талена поперхнулась. – Если твой отец торговец, назови его имя. Я должен знать его.

– Великий Минтар, – вмешался я, – прости эту самку тарлариона. Ее отец – козий пастух в болотистом лесу Ара, и я украл ее, то есть она сама просила похитить ее. По глупости своей, она думала, что я возьму ее в Ар, наряжу в шелка и драгоценности, поселю в высочайшем цилиндре. Но едва мы покинули деревню, я надел на нее наручники и повел в Бристоль, где она будет пасти моих коз.

Солдаты заржали и Казрак громче всех. На мгновение я испугался, что она объявит себя дочерью Марленуса, предпочтя публичную казнь маске отпрыска пастуха коз.

– Ты можешь держать ее на моей цепи, пока служишь мне, – сказал торговец.

– Минтар щедр, – промолвил я.

– Нет, – сказала Талена, – я разделю шатер своего воина.

– Как хочешь, – сказал Минтар. – Если хочешь, я продам ее в городе Шатров и прибавлю плату к твоему жалованию.

– Если я продам ее, то сам, – сказал я.

– Я честный торговец и не обману тебя, но вмешиваться в чужие дела не стану.

Он откинулся на подушки и подал знак закрыть занавески. Перед тем, как они закрылись, он успел сказать:

– Но сорока дисков ты за нее больше никогда не получишь.

Он был прав. Несомненно, у него был товар лучше и по более низким ценам.

Казрак повел меня вдоль повозок, чтобы указать место, где можно оставить Талену. Около группы повозок, покрытых желтым и голубым шелком, я остановился, снял наручники с запястий девушки и передал ее смотрителю.

– У меня есть свободное ножное кольцо, – сказал он и повел ее в повозку. Там было уже около двадцати девушек, одетых как рабыни и прикованных к металлическому брусу, идущему посередине. Талене это явно не понравилось. Перед тем, как исчезнуть, она прошипела через плечо: