Тарч
Шрифт:
Знахарь несколько раз чему-то усмехнулся, потом начал смеяться, как будто вспомнив невероятно веселую шутку, и, наконец, расхохотался так, что Тарч всерьез озаботился его психическим здоровьем. Но когда Дуст отсмеялся и, вытирая слезы, начал рассказ, составленный им из увиденного на базе, докладов патрулей, разговоров на летучках руководства гарнизона, собственного опыта и, частично, откровенных домыслов, причина смеха стала яснее некуда. Хотя сам Тарч ничего веселого в этой истории так и не нашел.
Глава 9. Нимфа
Фарт стоял на берегу небольшой реки,
Девушка, стоявшая напротив, колебалась. В глазах то появлялась смертельная решимость, то потухала. Взгляд иногда сверкал лютой ненавистью, но тут же гас, с каждым разом все быстрее уступая другим, более осмысленным эмоциям.
Вишня смотрела в пустые глаза рейдера и колебалась. Ей очень хотелось отомстить. Убить этого мужчину, одни словом заставив ответить за все унижения, за всю боль и пережитый ужас. Но разум подсказывал, что это будет неправильным решением. Поступком, который принесет мгновенное удовольствие, но который при этом лишит ее возможности не только к дальнейшим осмысленным действиям, но и, возможно, единственного шанса на выживание. Девушка отвернулась, подавляя остатки злобы, и задала вопрос, который интересовал сейчас намного сильнее, чем месть и желание убивать:
— Кто такие нимфы?
«Нимфа» — это единственное слово, которое успел произнести Фарт, прежде, чем Вишня взяла его разум под контроль и оно же было последним, сказанным им по собственной воле.
— Самые прекрасные женщины на свете! — ответил Фарт с энтузиазмом пионера, выкрикивающего свое первое «Всегда готов!». Вместе с приставленным к голове пистолетом этот энтузиазм делал его похожим на персонажа снятого студентом первого курса режиссерского факультета низкобюджетного хоррора.
— Нет! — недовольно воскликнула девушка, — Отвечай… — она на секунду замешкалась, пытаясь правильно сформулировать мысль, и, чтобы получить на свой вопрос адекватный ответ, осмелилась слегка ослабить хватку, которой изо всех сил стискивала мысли и волю рейдера, — …Говори так, как будто меня здесь нет. Или… как будто ты докладываешь командиру.
— Нимфы получают в дар от Улья способность управления мужчинами, — заговорил Фарт ровным голосом отвечающего на экзамене студента, — Усилием мысли берут сознание иммунного под контроль и способны заставить делать, все, что угодно. Нимфы намного опаснее, чем все монстры Стикса вместе взятые, потому что любому мутанту можно противостоять, но не им. И ни один мужчина, даже самый опытный и сильный, не способен дать такой женщине отпор. А после того, как нимфа добьется своего, и выпустит волю иммунного из срук — он никогда самостоятельно не поймет, что попадал под контроль и выполнял чужие приказы.
Вишня довольно ухмыльнулась.
— И что? Ты теперь, значит, будешь делать все, что я говорю?
— Конечно! — Фарт снова засиял энтузиазмом.
— Тогда, для начала, отдай мне куртку.
Вишня до сих пор была полностью обнажена и, несмотря на жару, прилетающий с воды прохладный ветерок холодил ее кожу,
Возможность контролировать мысли и действия людей, хотя, как теперь выяснилось, не всех, а только мужчин, Вишня с удивлением обнаружила у себя несколько часов назад, когда силы были уже на исходе. Даже кричать от боли не получалось, и она безмолвно страдала, надеясь, что скоро сойдет с ума и ничего не почувствует, когда жизнь начнет покидать тело.
В те редкие моменты, когда получалось думать, она мысленно просила насильников перестать, или хотя бы вести себя не так жестоко. И неожиданно поняла, что после подобных безмолвных просьб мужчины действительно снижают напор, и, когда она хотела этого особенно сильно, отходят и больше не возвращаются. Не веря ощущениям, Вишня начала формулировать уже более осмысленные просьбы, и постепенно добилась от насильников временного спокойствия. Она осталась лежать на дальней кровати, в стороне от всех, хотя пьянка и общее веселье вокруг не ослабевали.
Радуясь нежданной передышке, Вишня продолжала сомневаться. Она боялась, что все это совпадение, что это не закончилось, и мужчины снова вернутся. Она чувствовала каждую клеточку своего тела, и каждая клеточка болела, вне зависимости от того, куда били, а куда нет. Голова, руки, ноги, спина, живот, грудь, зона бикини — все скрутило в один пульсирующий пучок боли. Хотелось свернуться калачиком и рыдать навзрыд, но сил на это не было. Да и все слезы она уже выплакала и могла только тихонько всхлипывать и поскуливать от боли. В голове стучалась одна мысль — если все это неправда, если насильники сами, вдруг, решили отдохнуть и отошли от нее по своей воле, а не по ее желанию, и сейчас снова начнут насиловать — она больше не выдержит.
Минута шла за минутой, но к Вишне так никто и не подходил. Немного передохнув и собравшись с мыслями, она попросила воды. Просьбу выполнили не сразу и не охотно, но воду принесли, и когда она обратилась отпустить в туалет, едва ли не вытолкали за дверь, отпуская грязные шутки и несколько раз по пути больно облапав.
Свежий воздух, после прокуренного и наполненного алкогольными парами помещения, опьянил Вишню. Девушка с трудом держалась на ногах и уже не понимала, зачем вышла из казармы. Дальше этого момента — оказаться снаружи, подальше от окружавших ее уродов, подумать не успела. И когда ее схватил какой-то мужчина, которого назвали Фарт и которому приказали вывести ее с территории базы, запаниковала и пошла, как послушная собачка на привязи, даже не пытаясь что-то изменить.
Фарт все время торопил, толкал в спину, тянул за волосы, а Вишня вяло сопротивлялась и не знала, что делать. Она понимала, что за территорию базы сейчас точно не нужно, туда, где странные похожие на зомби люди, огромные страшные монстры, но выбора не было. Они вышли за ворота и направились куда-то в сторону видневшейся неподалеку реки, и когда отошли от ворот базы на сотню метров, Вишня вдруг почувствовала, как с плеч упал огромный груз, мысли прояснились и даже окружающий мир заиграл новыми, более яркими цветами.