Тараф
Шрифт:
Она на тебя смотрит с жалостью, без злорадства.
– Итог моего брака – Алиса.
Валерий встал и ушел к себе в кабинет.
А если бы она позвонила Елене? Ты ничего бы не узнал. И жили бы по-прежнему. Было бы это лучше или хуже? – Не знаю. Нет, знаю: хуже.
В кабинет скоро вошла Иза, по виду ее было понятно, что хочет продолжить разговор.
Чем ещё-то она тебя хочет пригвоздить?
Зная, что Иза не терпит имитации одесского еврейского говора,
– Таки чито ви имеете мине обратно сказать?
– Таки я имею тебе сказать сначала одно, а потом другое.
Иза посмотрела Валерию в глаза. Серьёзный взгляд, никакой насмешливости.
– Во-первых. Я на твоей стороне, я в твоей команде. Немноголюдной команде, между прочим.
Валерию стало стыдно за свою предыдущую фразу, он отвел глаза.
– Знаю, Из. И знаю, чем тебе обязан.
Иза кивнула.
– Во-вторых. В Каушаны я с тобой поеду. В связи со вновь открывшимися обстоятельствами. – Всё-таки ехидно ухмыльнулась. – Давай указания.
Деметер начал говорить с Изой как начальник с подчинённой. Кратко рассказал о цели будущей поездки, сказал, что помощнице надо взять с собой, как одеться.
– Выезжаем в шесть утра, пока гаишники не разгулялись.
– Все поняла. А вообще, Валер, ты сейчас как живешь в бытовом плане? Вот с ужином, например, как у тебя сегодня?
– Изжарю яйца.
– Правильно надо было бы сказать: «приготовлю яичницу-глазунью». Был бы тут Гриша, он бы по этому поводу по-идиотски пошутил. Пойдешь ужинать ко мне.
– Нет, Из, спасибо.
– Что такое?
– Мне как-то неудобно. Начальник кормится у подчиненной…
– Ой вэй. Будь попроще, и к тебе потянутся люди. Да и, пардон, давно уж не такой высокий ты начальник.
2
Geri^culoj ankau ploras [10]
28 августа 1992, пятница
Зазвонил телефон. Иза сказала:
– Хоть бы платежеспособный клиент это был! На каком языке говорить?
10
Geri^culoj ankau ploras (эсперанто) – Богатые тоже плачут.
– На государственном.
Иза взяла трубку, включила громкую связь.
– Buna seara! Agentia de detectivi particulari „Regiune”…
– Простите, а Вы говорите по-русски? – Изу прервала женщина, голос молодой.
– Да, конечно, извините. Частное детективное агентство «Регион», добрый вечер. Меня зовут Иза Яковлевна…
– Так что же, это Вы – частный детектив?
– Нет, я секретарь-референт руководителя агентства. Хотя женщины-агенты у нас тоже есть.
– Хочу говорить с руководителем.
– К сожалению, лично можно только примерно через час. Валерий Ионович рапорты принимает от сотрудников, недавно начали. Он запретил в это время его отвлекать. Вы можете изложить
– Буду говорить только с ним, перезвоню.
– Как Вам удобно. Просто мы ведь берёмся не за все дела. Сначала целесообразно уточнить, о чем конкретно речь. Для экономии Вашего времени.
– У вас в объявлении написано, в том числе, «поиск людей».
– Да, мы этим занимаемся. Валерий Ионович по серьезным вопросам никогда не отказывает. Вы можете сразу подходить через час. Обязательно нужно фото пропавшего, свежее, а лучше несколько. Ребенок, взрослый?
Женщина на другом конце провода вздохнула.
– Взрослый. У вас, конечно, цены высокие?
– Увы, мы живем в реальном мире.
– Да уж, я тоже в нем живу.
Иза толково объяснила, где находится агентство, ответила, что есть где припарковаться, выяснила имя звонившей, не спросив фамилию.
– Ждём Вас, Светлана.
Сразу вставила в компьютер компакт-диск, ввела номер телефона, который отразился на табло автоматического определителя номера.
Валерий недовольно сказал:
– Зачем это враньё и болтовня? «Женщины-агенты». «Рапорты». И «реальный мир» до кучи.
– Шеф, ты ничего не понимаешь. У клиента нужно создать впечатление солидной организации. И сразу наладить с ним дружеские, доверительные отношения. Об этом сейчас учебники издают.
Так, это фирма «Лучафэрул» [11] – ой, нашли как назвать. Адрес – на Индепенденцей. А я сразу поняла, что она при деньгах. Семёна набираю?
Семён работал в экономическом департаменте примэрии, консультировал Валерия по всему, что связано с бизнесом.
11
«Лучафэрул» (рум. Luceafarul – «Утренняя звезда») – поэма Михая Эминеску (1850–1889), одна из признанных вершин молдавской (румынской) поэзии. Всемирная Академия Рекордов (World Records Academy) признала «Лучафэрул» самым длинным в мире стихотворением о любви.
– Существуют года три. Занимаются цветным металлом.
– Состоятельные?
– Думаю, вполне. Алюминий они в своих пунктах сбора металлолома принимают по пятнадцать-двадцать рублей за килограмм, то есть тонна им обходится, по текущему курсу, долларов в сто. А западники берут тонну алюминия за цену до тысячи долларов. За вычетом всех расходов чистая прибыль, думаю, баксов триста-четыреста с тонны у них выходит. А медь на Западе минимум за тысячу двести берут, свинец – по шестьсот, медные сплавы за…
– Сёма, я понял. То есть «Лучафэрул» – это большое предприятие?
– По нашей классификации – это малое предприятие. Постоянных работников – десятка четыре. Пункты приема лома, около дюжины, в городе и окрестностях. Цех есть, небольшой, но набит оборудованием – какие-то прессы, резаки. Автопарк: грузовики, фургоны…
– А владельцы кто?
– Владелец и реальный директор… фамилию сейчас вспомню, ты ведь меня из-за праздничного стола выдернул… как у певца известного…
– Паваротти?