Танго теней
Шрифт:
– Ладно… Тебе виднее, Александр… - Проговорил Дед с озабоченным видом.
– Только… Я вот тут с самого утра на компас поглядываю, да на карту… Ты точно не заблудился, лейтенант? Сначала мы ехали на запад, потом на северо-запад, теперь повернули строго на юг…
В ответ Туарег только улыбнулся хищно:
– Мы не заблудились, Иваныч, если ты об этом подумал!..
– Он посмотрел на Деда, у которого на голове была повязана пятнистая армейская бандана, и загадочно улыбнулся.
– В пустыне нет асфальтированных дорог - в пустыне иногда самая извилистая караванная тропа, прямее,
– Ну-ну!..
В этот момент Жак остановил джип, вышел из машины и оглянулся, поджидая, пока подъедет Катран.
Через минуту вся эта странная команда была в сборе…
– С утра мы по этим пескам проехали уже около сотни километров, Жак!
– Это было первое, что произнес Катран.
– И что-то нет даже никакого намека на твой оазис!..
Не говоря ни слова, Туарег пошел по ребристому склону бархана вверх, к его вершине…
– Ну, и что все это значит?
– Проговорил Дед, взглянув сначала на удалявшегося Туарега, а потом на Катрана.
– Может, он дорогу забыл, или и в самом деле заблудился? Как думаешь Володя?
Катран неопределенно пожал плечами, постучал носком высокого ботинка по колесу джипа, и присел на песок:
– Давай не будем торопиться с выводами, Дед… Туарег хоть и наш, русский, как оказалось, но в пустыне он самый настоящий абориген… Раз он сказал, что знает - то это так… Ты бы видел, что он в Легионе творил, да в условиях похуже…
Дед уселся на песок рядом:
– Ладно, каплей… Подождем-посмотрим…
Они оглянулись, и посмотрели на Жака, который стоял на вершине бархана, приложив ко лбу ладонь козырьком, и вглядывался куда-то вдаль, а потом прикладывал к глазам окуляры бинокля, и замирал на несколько секунд… …Он вернулся к друзьям минут через десять, и присел на песок, опершись спиной о колесо своего «Ренглера»:
– Ну, что, Катран?
– Улыбнулся он как-то устало.
– Есть «намек»!.. Скоро будем на месте…
– О!
– Отставной бопл толкнул локтем локтем Деда.
– А ты говорил, что он не найдет!
Ананьев посмотрел на Туарега:
– Так куда ты нас ведешь, Александр? Может, расскажешь все-таки?
Туарег неспеша, словно теперь уже вовсе некуда было торопиться, распаковал один из рюкзаков, достал термос с кипятком, который они соорудили из ключевой воды оазиса еще вчерашней ночью, извлек кружки, соленые лепешки, и проговорил спокойно, широко улыбнувшись:
– Может быть, нам уже пора пообедать, друзья мои?
Дед и Катран, недоуменно переглянулись, потом с таким же недоумением посмотрели на то, как Жак Рано прихлебывал соленый чай, и смачно жевал лепешку…
Им ничего не оставалось, как присоединиться к этой полуденной трапезе, понимая, что пока Туарег не захочет этого сам, они от него ничего не узнают… …Подкрепившись, и посматривая на своих друзей, Жак, наконец, проговорил:
– В нескольких сотнях километров к югу от Марса Аллам, сколько точно я не знаю, в пустыне, находится Гробница Саяда аш-Шазли, который был великим суфийским правителем еще в 13 веке… Но без проводника, знающего местность или без хорошей карты, найти это место невозможно… - Проговорил он неспеша и распевно, как это делал бы настоящий
– Это большой оазис, в котором не всегда, но очень часто, Али разбивал палатки своего племени… Именно туда я вас и веду…
Ананьев тут же достал карту, развернул ее, и подал Туарегу:
– А показать это место на карте сможешь, лейтенант?
Жак внимательно посмотрел на карту, как посмотрел бы профессиональный военный, и произнес спустя минуту:
– Не могу, Иваныч… Это хорошая карта, но для туристов… Здесь нет нескольких рек…
– Рек?
– Удивился Ананьев.
Туарег оторвал взгляд от карты:
– Я наверное не правильно выразился… На карте нет пересохших русел нескольких рек, которые некогда впадали в Белый Нил - пустыня убила эти реки, но оставила из русла…
– А-а-а!.. Понятно!..
– Но приблизительно… - Туарег очертил кончиком ножа круг.
– Этот оазис где-то здесь…
Катран посмотрел через его плечо на карту и проговорил:
– Слушай, Жак… В этом диаметре километров 70-80, не меньше! Да тут вообще никогда и ничего не найти в этих барханах! Они же похожи, как однояйцевые близнецы, мать их!..
– Уже…
– Что уже?
– Напрягся Ананьев.
– Уже нашел… - Белозубо улыбнулся Жак Рано.
– Где?
– Не выдержал Катран и вскочил.
– За барханом.
– Ответил Туарег флегматично, не меняя позы, и все так же улыбаясь.
– Примерно в километре… Там сухое русло…
– Так поехали, чего сидим?
– …И следы большого каравана, Володя…
Ананьев сначала посмотрел на Катрана, а потом взглянул в глаза Туарега:
– Значит, ты их нашел? Так получается? Ты нашел племя Али?
– В этом оазисе всегда останавливалось только мое племя… И за то, что Али некогда отвоевал этот оазис для себя, туареги постоянно вели войны с другим племенем… - Проговорил Жак со странным выражением лица.
– Это очень удобное место… Отсюда, до Западного Дарфура, до рынка рабов, всего три дня пути на мехари… И это именно в этом оазисе меня чуть не убили, перед тем, как я попал в Легион…
– Так что же тогда получается? Мы уже в Судане?
– Спросил Катран и подозрительно оглянулся по сторонам.
– Не знаю, Володя… Может быть… А может быть и нет…
Дед отхлебнул соленого чая из своей кружки:
– М-мда-а!.. Веселые дела!.. Ну? И что мы теперь делать будем?
Жак с совершенно невозмутимым видом посмотрел на своих друзей, бросил в рот еще один кусочек соленой лепешки, медленно прожевал, допил из кружки чай, и…
Резко вскочив на ноги, запрыгнул в свой «Ренглер», и проговорил решительным тоном человека, принявшего сложное решение:
– Ну, что? Поехали?
Он рванул с места свой джип так, что выдал фонтаны песка из-под колес, и, зарываясь широкими шинами в песок, погнал вездеход вперед, даже не задумываясь над тем, поехали ли его друзья следом - в этом Туарег был уверен!..
Ананьев, уже на ходу, запрыгнул во второй «Ренглер», и оба джипа, обогнув довольно большой бархан, выскочили на довольно пологое место.
А еще через несколько минут они уже тряслись по трещинам окаменевшего под солнцем русла пересохшей реки…