Танго с врагом
Шрифт:
– Милли, сейчас у твоего курса моё занятие. До его начала есть полчаса. Давай пойдём ко мне и спокойно поговорим.
Никуда с ним идти я не планировала, о чём и заявила. Но Хеэл был непрошибаем, поэтому пришлось уступить. Устроившись в кресле в его апартаментах, я на всякий случай держала ладони холодными. Если полезет ко мне, сразу прижму к нему свои ледяные ручонки. Я молодчинка! Да мне надо премию выдать за изобретение универсального средства защиты от маньяков!
Рей расспрашивал меня о том, как я переместилась в пещеру, где столько времени дрыхла Спящая Красавица. Вместе подумав, мы поняли,
Непредсказуемая у нас, землян, магия. В случае с Пюэль, именно она толкнула меня снять сонные чары. Мой фиф знал, что если я притронусь к спальному ложу, в котором зачаровали Бесиль, то словлю охлаждение всех чувств на долгое время. Поэтому он так цеплялся за мою ногу и пытался не подпустить к нему.
Кстати, Мохнатик зря беспокоился. Я считаю оледенение определённом благом для себя. Причём настолько, что теперь ищу способы, как бы продлить это чудесное спокойное состояние. Но сообщать об этом Рею Гралану я не спешила. Догадывалась, что он такое не одобрит.
Кронпринц умел увлекать разговором. И сейчас я сама не поняла, как Хеэл оказался сидящим на подлокотнике моего кресла, находясь в опасной близости.
– Милли, ты сможешь ощутить, насколько тебе не хватало эмоций, только после снятия ледяных чар. – И взгляд такой влюблённый-влюблённый. Меня даже сквозь холод души теплом окутало. – Всего-то и надо, что потанцевать со мной.
Встав, он потянул меня к себе. Я, загипнотизированная его топазовыми глазами, поднялась и оказалась впритирку к Рею. А он взял мою руку и поднял её для танца. И конец бы моему спокойствию, но я успела опомниться и стала сопротивляться попыткам повести меня в танце.
Вопреки ожиданиям, кронпринц сразу же отпустил меня и сделал шаг назад.
– Хм. Ну ладно. Главное, что кольцо я тебе надел.
– К-к-какое кольцо?! – Я поднесла руку к глазам и увидела, что на безымянном пальце сверкает колечко, которое ещё минуту назад лежало в моей сумке. И конечно же снять мне его не удалось. Дурацкий перстень сидел как влитой. На пальце он почти не ощущался, но сниматься категорически не желал.
– Магия?!
– Магия, – подтвердил мои опасения кронпринц. – Я ощутил на тебе чьё-то вредоносное заклинание, потому надеть артефакт было необходимо. Теперь ты свободна от той гадости, что кто-то на тебя навешал.
– Гадость здесь на меня вешаешь только ты!
Мы снова вернулись к тому противостоянию взглядов, от которого отвлекло расследование причин моего попадания в ледяные маги.
А я вдруг задумалась: “А что за гадость на мне была? Ни поноса, ни золотухи не замечала”.
И тут я поняла.
– Так это заклинание молчания!
Сказала и почувствовала, что могу теперь всё рассказать. Сейчас, когда я стала мыслить рационально, сомнений в невиновности кронпринца не возникало, и я поделилась с ним тем, что на самом деле видела тогда у дверей дамской комнаты. Хеэл встревожился и выспросил у меня всё в мельчайших подробностях. Чувствуя, что скоро идти на лекцию, я прервала расспрос вопросом, который меня сейчас волновал
– А ты можешь сказать, сколько ещё у меня времени осталось до того момента, как побочное действие магии Бесиль закончится?
Кронпринц взглянул на меня печально-осуждающим взглядом:
– То есть, ты всерьёз не хочешь с замороженностью чувств расставаться? – И не дожидаясь ответа, наконец объяснил: – Несколько недель. Точно можно будет сказать после появления у тебя чувства зависти. Оно всегда первым пробивает корку льда на сердце. Хотеть самой получить любовь, дружескую поддержку, тепло и участие ещё не позволяет лёд на сердце, а завидовать тому, что это есть у других, уже начнёт получаться.
– И сколько времени с момента, когда я начну завидовать, у меня останется?
– Пять дней.
– Хм. Негусто. Надеюсь, до зависти я докачусь ещё не скоро. Мне вообще это чувство незнакомо.
– Милли, это оно тебе до касания саркофага Пюэль было незнакомо. В общем, если будет совсем плохо – приходи ко мне.
– Да не бывать этому! Даже не надейся!
Но я видела по хитро блеснувшему пронзительному взгляду, что он мне не поверил.
Мы перенеслись в лекторий, и дальше учебный день пошёл своим чередом. Моя замороженность как нельзя лучше способствовала сосредоточению на учебном материале.
Глава 12
Вернувшись к себе и увидев Камелию, я вспомнила, что времени может быть не так много, как хотелось бы, и решила приступать к решению своей проблемы немедленно:
– Мне нужно поговорить с Ильмиром. Где он сейчас?
Соседка по комнате отложила учебник, доброжелательно улыбнулась мне и предложила:
– У себя в общежитии. Хочешь, отведу тебя?
Вот простота! Готова собственноручно приводить к своему бабнику девушек.
– Давай. Было бы чудесно.
Камелия подбежала к комоду и чуть ли не с головой залезла в средний ящик. Вверх полетели брошенные ею тёплые вещи:
– Это одену, и это, и это. Ох, как же эта холодина надоела! У меня горло болит не переставая. Только снадобьями вылечу, а на улицу выйду – и всё по новой.
– Переходи на нашу снежную сторону, и будет тебе всегда тепло, – предложила я.
Соседка прервала поиски и подняла на меня глаза:
– Да зачем мне этот ваш снег и лёд! Я из-за этой магии подругу потеряла.
Я недоумённо пошевелила бровями, и она пояснила:
– Ты от этого льда внутри совсем как не человек стала. Холодная. Расчётливая. Эгоистичная.
– Зато не злая, – невозмутимо парировала я. – И мстить за то, что ты меня только что оскорбила, не стану.
Соседка фыркнула и продолжила одеваться, но уже молча.
Выйдя на улицу, я увидела то, о чём говорила Камелия – снег был повсюду. Он валил с неба мелкими колючими снежинками, закручивался в опасные смерчи, грозящие подхватить и унести любого, кому сегодня не сиделось дома. Я проанализировала факты и пришла к выводу, что на этот раз именно моё настроение стало причиной ненастья. Просто эта венценосная сволочь Хеэл наговорил много неприятного.