Танго на граблях
Шрифт:
Я смущенно хихикнула и шлепнула подругу по руке.
– Перестань.
– Я не шучу, – нарочито сердито буркнула Виола и поджала губы. – Ты же помнишь, что на первом свидании ни-ни?
– Помню, забудешь такое, – с улыбкой вздохнула я. – Мы были в ресторане, а не в гостинице, если что.
– Ну это еще не показатель. Есть такие индивидуумы, которым хоть в ресторане, хоть на столе за обедом у бабушки – все одно.
Щеки покрылись румянцем, и я отчаянно замотала головой.
– За обедом у бабушки я бы не смогла, – серьезно
Виола оттопырила нижнюю губу, о чем-то размышляя, а затем весело рассмеялась.
– Да, ты бы, пожалуй, не смогла. Это исключительно моя привилегия.
Я сдержанно захихикала: историю о том, как подруга занималась сексом прямо на обеденном столе у престарелой бабули своего ухажера, я знала во всех деталях.
– И какие дальнейшие планы? Вы договорились о следующей встрече? – снова посерьезнев, поинтересовалась Виолетта.
Губы растянулись в довольной улыбке, а от мысли о предстоящем вечере по телу прокатилась теплая волна.
– Сегодня мы идем в кино.
– Хм, – подруга сложила губы трубочкой и сдвинула их в сторону.
– Просто кино, – усмехнулась я. – А потом он отвезет меня к Никите.
– Черт, Ник!
Виола раскинула руки в стороны.
– Он ведь тебя ждет! Ты точно к нему сегодня приедешь?
– Ну разумеется, – успокоила я подругу.
– Ох, детка, кажется, тебе предстоит делать выбор.
Я лишь беспечно фыркнула. Что бы там ни говорила Виола, сомнений в том, что наш друг – гей у меня все еще не было. Однажды он даже спину мне тер в душе – разве натурал, а уж тем более влюбленный в объект экзекуции такое бы вынес?
– Вадим необыкновенный, – промурлыкала я, обнимая подругу, и, приподнявшись на носочки, потерлась щекой о ее щеку. – А еще у него такая улыбка… м-м-м. Смертельный номер, а не улыбка!
Виола сжала меня в объятьях и обреченно вздохнула.
– Глупенькая ты дурочка, Лисен. Смертельный номер потому и зовется смертельным, что после него все, кранты.
– А Вадик – отличный реаниматор, – прошептала я довольно.
Подруга взяла меня за плечи и взглянула в глаза.
– Обещай, что не станешь с ним спать сегодня. Максимум, что можешь ему позволить – это поцелуи. Договорились?
– Договорились, – улыбнулась в ответ и отперла дверь авто. – Поеду домой, посплю немного. Сегодняшняя ночь дает о себе знать.
На прощанье я чмокнула Виолетту в щеку и нырнула в душный салон автомобиля. Включила кондиционер, вдыхая спасительный свежий воздух: все-таки плюс тридцать – это несколько перебор.
– Пока, – шепнула сквозь закрытое стекло.
Подруга махнула рукой и величественной походкой направилась ко входу в салон.
***
Витая в самых радужных мыслях, я припарковала «жука» на свободное место недалеко от подъезда, схватила сумочку и выскочила в июньскую духоту. Несмотря на небольшую сонливость, чувствовала я себя прекрасно. Пару часов сна – и буду совсем как новенькая.
Копошась в сумочке в
– Алиса, – раздался над ухом знакомый голос.
Внутри все похолодело. Я испуганно подняла взгляд и замерла, не в силах произнести ни единого слова: прямо передо мной стоял Стас. В руках он сжимал знакомую спортивную сумку, а на его лице застыла мировая скорбь.
– Нам надо поговорить. Прошу, выслушай меня.
Глава 7
– Что тебе от меня нужно? – выдохнула едва слышно.
Температура воздуха резко упала, будто передо мной распахнули дверцу морозильной камеры. Я обхватила себя руками за плечи и поежилась.
– Алиса, малышка…
Стас попытался меня обнять.
– Не надо, – прохрипела чужим голосом. – Не надо…
Затаившаяся в уголке сердца обида вспыхнула с новой силой.
– Ты ведешь себя так, будто имеешь право на прощение, – прошептала сквозь щемящую боль.
– Но я действительно не виноват.
Брови Стаса сложились домиком, от чего он стал похож на побитого дворового пса.
– Ты же прекрасно знаешь, как я нервничаю, когда ты надолго уезжаешь. Эта твоя работа…
– При чем тут моя работа? – холодно оборвала его. – Ты затащил Зойку в нашу кровать, потому что нервничал?
Стас смиренно опустил голову.
– Она к тебе пришла. За солью. А когда узнала, что тебя не будет до завтра, приволокла этот гребаный коньяк и сказала, что ей тоже грустно. Клянусь, мне и в голову не приходило, что она может воспользоваться ситуацией.
– Ну, конечно, – с презрением фыркнула я. – Ты же такой доверчивый. Потерял бдительность, а злобная баба огрела тебя бутылкой по голове и трахнула бездыханное тело!
Глаза Стаса округлились.
– А ты изменилась, Алиса, – сокрушенно покачал он головой. – Знатно же тебе Виола мозги промыла.
– Не смей трогать Виолетту! – вспылила я, сжимая кулаки. – Она в отличие от меня сразу раскусила твою поганую натуру!
– Ну зачем ты так, малышка, – вздохнул он и обиженно выпятил нижнюю губу.
– Хватит делать из меня дуру, – грубо оборвала его и попыталась обойти.
Стас схватил меня за локоть.
– Подожди. Да, я виноват перед тобой, признаю. И вчера напился до чертиков, потому что самому было тошно от случившегося, но…
Губы его дрогнули.
– Я люблю тебя, малыш. Очень сильно люблю, ты ведь знаешь это.
В груди гулко затарахтело сердце.
– Это уже не важно.
– Еще как важно! – повысил голос Стас. – Прости… прости.
Он вцепился в мои плечи с такой силой, что стало больно.
– Я очень жалею о случившемся, малышка. Дай мне еще один шанс. Клянусь, к Зойке на километр больше не подойду!
Я поморщилась.
– Ты делаешь мне больно, – прошептала срывающимся голосом, пытаясь освободиться от сжимавших меня клешней. – Отпусти.