Танг
Шрифт:
— Какой ещё Юкуриус? — искренне удивилась она. — Зачем мне идти в Гильдию? Постой, так вы думали, что я… я хочу восстановить свой пост Главы?
— Разве нет? — теперь уже я удивился. — Ты не этого добивалась?
Она рассмеялась. Заливисто, открыто и несдержанно, но не переходя в истерику — так смеются уверенные в себе дамы благородного происхождения, которым не нужно блистать воспитанным тихим смешком.
— Конечно, предложение соблазнительное, — ответила она через пару секунд. — Я собираюсь всерьёз подумать над ним, но ещё не скоро, это не является первоочередной задачей.
— Но как же потомки убийцы? — нахмурился я. — Ты не хочешь убить Юкуриуса?
— Нет, — она улыбнулась так, словно я сказал что-то смешное. — Во-первых, Юкуриус может оказаться вовсе не потомком Алвейна, так зачем мне так рисковать сейчас? А во-вторых, какое мне дело до каких-то там потомков, если сам Алвейн сейчас находится здесь, в башне?
— Что? — не понял я.
Начал оглядываться, пытаясь найти хоть какие-то намёки на гробницы, скелеты или мумии, но в этом зале не было ничего, напоминавшего это даже близко.
— Кретин, не туда смотришь! — воскликнула Налвита.
Я соображал ещё секунду.
— Порос? — спросил я.
— Ась? — библиотекарь прекратил капать слюной, как ребёнок, на стол и повернулся ко мне.
— Порос, — подтвердила Налвита.
— Да что вам надо от меня?! — возмутился он. — «Порос» да «Порос»! Что? Говорите, ну! О Холод Яарда, мне теперь придётся заново считать! Девяносто один, девяносто четыре…
— Быть того не может, — я решительно покачал головой. — Да не может быть он настолько стар. Никто не живёт так долго!
— А ты приглядись к нему, танг, — посоветовала магичка. — Своим особым зрением.
Я, ничего не понимая и по-прежнему не веря, последовал её совету. Напрягся, сконцентрировался и по-особому скосил взгляд, совсем как с домовым при первой встрече. Но ничего не обычного не увидел и не почувствовал — пускай Порос и был аномально старым для человека, но это лишь говорило в пользу его здоровья и образа жизни, не более. И всё же что-то мне в нём не нравилось, но я никак не мог понять, что именно.
— Смотри внимательно, — прошептала Налвития, и я её услышал.
Я моргнул. На какую-то секунду мне показалось, что личина слабоумного старикашки — всего лишь оболочка, маскировка, скорлупа от ореха, а суть скрывается внутри. Я мысленно ухватился за эту скорлупу и начал расковыривать в теперь уже твёрдой уверенности, что всё не то, чем кажется. Она поддавалась плохо, меня непрерывно кололо в концы пальцев, словно я раз за разом протыкал их иглами, но всё же поддавалась. Должно быть, вот так и работают настройщики — хватают чужие Нити, и, какими бы они ни были сложными, распутывают и превращают в нечто другое, нужное им. В данном случае я просто стремился заглянуть за неё и увидеть…
— Кровосос, — выдохнул я.
— Не просто кровосос, — поправила меня Дарующая Мир. — Едва не стал упырём, но, гад, вовремя успел закончить свой эксперимент. Он ещё при мне начал задаваться вопросами бессмертия и поисками способов того, как не сдохнуть, как все остальные. Я не придавала этому никакого значения, но, судя
Я кивнул. Теперь, когда тайна раскрылась, и я увидел подтверждение слов некроманта, я вместе с этим узрел многое. Словно пелена спала с моих глаз, и я разглядел перед собой нечто не просто ужасное, но и отвратительное. Человек, задумавший стать бессмертным, сознательно умудрился стать вампиром — одно это уже сложно, ведь вампиры, как правило, убивают своих жертв, единственным укусом отравляя и разъедая их душу, словно желудочным соком. И из книжки, которую дал мне почитать Саня, я теперь знаю, что существует только один способ обратиться в вампира — секс с мужской особью. С помощью своей спермы вампир передаёт часть своей непрерывно разлагающейся души, заражает жертву, и та в итоге тоже становится вампиром.
Порос был мужеложцем.
— Это ещё одна причина убить его, — со злобой прошипела Налвития. — Ненавижу проклятых кровососов!
Но то, что Порос переспал с вампиром, не было самым худшим. Вампиры, чтобы хоть как-то замедлить разложение своей души и превращение в безмозглую кровожадную груду мышц — упыря, должны непрерывно убивать и питаться чужими душами. Как минимум раз в неделю для молодых и раз в пару дней для старых вампиров, иначе их разум быстро ослабнет, а душа умрёт навсегда. От мысли, сколько же, должно быть, убил народу этот библиотекарь, кружится голова.
— Но… — я облизнул пересохшие губы. — Но даже вампиры не живут столько! А на упыря он не похож, хотя я и вижу «своим особым зрением», что в упыря он уже начал превращаться. Но этот процесс словно застыл, заморозился, замер на месте!
— Алвейн всегда был чересчур мозговитым ублюдком, — магичка сделала пару шагов к Поросу и зашла ему за спину. Тот не возражал. — Попробую догадаться: он нашёл способ остановить превращение, вот только не учёл, что со временем его разум, как и Дар, угаснет всё равно.
Тут она внезапно посмотрела на меня. Я, было, вздрогнул, опасаясь, что она решила добить меня, но нет, она смотрела сейчас на меня не как на врага.
— Как тебя зовут? — неожиданно поинтересовалась она.
— А… — растерялся я. — Раснодри… Рас.
— Рас, — повторила она. — Ты же танг, ты должен ненавидеть всех этих монстров! За то, что они сделали с твоей жизнью, за то, чего ты из-за них лишился. Твоего брата ещё при мне нещадно гоняли, но я слышала, что в твоём времени, в этом времени, из-за этих гонений вас вообще почти не осталось! Присоединяйся ко мне, помоги мне сегодня, взамен я могу многое тебе дать.
— Присоединиться к тебе? — опешил я.
— Не слушай её!
Кардод, тяжело дыша, ввалился в комнату. От него за милю несло гарью и мертвечиной, его одежда оказалась в нескольких местах порвана и забрызгана чужой кровью, а сам он был покрыт хлопьями свежего пепла и мелко исцарапан. Налвития, едва увидев его, тут же рывком подняла не возражавшего и, похоже, совсем ушедшего в себя Пороса, затем заслонила себя его небольшим телом. Поскольку толку с этого было не много, она схватила его за шею правой рукой, левую положив тому на лоб.