Танец
Шрифт:
Мика заметил, как на краткое мгновение изменилось выражение лица Кэти, поэтому не приблизился к нам. И это не было хорошим знаком, потому что, если мы собирались быть здесь сегодня, все должно было быть по-настоящему, без утайки. Я протянула ему свободную руку, и после небольшого промедления, Мика подошел ко мне, к нам.
Я поцеловала Мику, а затем ощутила, как напряглась его рука, когда поцеловать его наклонился Натаниэль. Не то, чтобы они не целовали друг друга, но вот так, при свидетелях, не всегда все хорошо заканчивалось. Даже
— Вы, ребята, вместе такие милые, — сказал Зебровски.
Я улыбнулась на его комментарий и подлинный счастливый взгляд на его лице. Кэти обняла мужа и улыбнулась нам.
— Он прав. Вы милые. А как вы познакомились с Микой?
Мы рассказывали правдивую версию, но столько из нее упускали, что мне всегда казалось, будто мы врем. Мика уже выдал благопристойную историю прессе. Так как у него много брали интервью как у главы Коалиции по улучшению взаимопониманий между людьми и ликантропами, вопрос поднимался и раньше.
— Я приехал в город в надежде найти место, где поймут мою цель с Коалицией. На встрече с верлеопардами присутствовала Анита, и для меня это оказалась любовь с первого взгляда.
Я взяла его ладонь в свою.
— Я должна была убедиться, что добавление еще кого-то в мою личную жизнь — хорошая идея.
— Так как я не видел тебя счастливее, кажется, что идея оказалась хорошей, — заметил Зебровски.
Я кивнула и поцеловала Мику.
— Значит, ты одновременно познакомился и с Анитой и с Натаниэлем, — предположила Кэти.
— На самом деле, сначала я познакомился с Натаниэлем, — ответил Мика.
— И это тоже оказалась любовь с первого взгляда?
Мика покачал головой.
— Нет, до него я никогда не встречался с мужчинами, поэтому не рассматривал Натаниэля в таком плане.
— Он, что, твой первый… бойфренд?
Мика кивнул, улыбнулся и одарил Натаниэля таким взглядом, который вкупе с улыбкой заставил их снова наклониться друг к другу и поцеловаться.
— Вы очаровательны вместе, но будьте осторожны в публичном проявлении страсти рядом с другими мужчинами и даже некоторыми женами.
Зебровски нахмурился.
— Кэти…
— Прости, но это всего лишь правда. Вы с Анитой должны понимать, что может произойти, сделай они подобное во дворе.
— Они еще не на публике, а с друзьями, с нами, — сказал он.
Я хотела обнять Зебровски за эти слова, но он все еще обнимал Кэти, и мне не хотелось в разгар объятий со своими мужчинами отдаляться от них.
— Нет, все в порядке. Мы живем по библейским законам, миссис Зебровски. И понимаем, что должны проявлять осторожность на публике, — произнес Мика.
Говоря это, его голос был нейтральным. Если он и был оскорблен заявлением, то ни голосом, ни выражением лица это не выдал. Мика хорошо умел скрывать эмоции, когда это требовалось. Мы оба хорошо с этим справлялись.
— Мы на кухне. Одни, — сказал Зебровски. —
Мика впился взглядом в Натаниэля, но именно наш с Микой общий возлюбленный обнял его за плечи и притянул ближе. Мика мгновение колебался, но обнял Натаниэля за талию, а меня за плечи, поэтому у нас получилось вежливое объятие. Натаниэль продолжал держать Мэтью за руку.
— О, Мика, не называй меня миссис Зебровски, это обращение для работы и моей свекрови. Пожалуйста, зови меня Кэти, и мой проницательный муж прав, мы друзья, а подобные отношения не имеют значения, когда вы среди своих.
— Я знаю, что не все пришедшие сегодня офицеры полиции наши друзья, — сказала я.
— А дядя Натти принц? — спросил Мэтью. Он беспокоился о вещах, что считал для себя важными, тогда как взрослые беспокоились о вещах, которые он принимал как само собой разумеющееся.
— Принц чего? — не поняла я.
— Тебя, твой принц. Если ты королева, а дядя Мика король, тогда Натти принц?
— Ну, на самом деле, Анита — Принц Очаровательный, но когда ее провозгласили королевой, я получил титул, — ответил Натаниэль.
Мэтью нахмурился.
— Я не понимаю.
— Мэтью, все в порядке. Да, Натаниэль — мой принц, — сказала я.
Мой ответ, казалось, его удовлетворил, и вопрос был закрыт. Мэтью научил меня не наваливать детали, объяснять лишь столько, чтобы делать его счастливым, а не подкидывать еще больше информации и вопросов. Разговор с детьми, как показания в суде — отвечаешь только на то, что спрашивают, не дополняя мысль и не нагоняя лишнюю информацию.
— Мы с Натаниэлем не будем целоваться перед другими гостями, — сказал Мика.
— Черт, — буркнул Натаниэль и шутливо надулся.
— А что не так с поцелуями? — спросил Мэтью.
Мика улыбнулся ему.
— С поцелуями все нормально.
— Я не понимаю, — озадачился Мэтью.
— Не думаю, что мы сможем тебе это объяснить, — сказала я. Я не хотела расстраивать Кэти, но знала полицейских, которые будут сегодня на барбекю, и если мои мальчики начнут целоваться, ничем хорошим это не кончится. Она была права, но я ненавидела неуверенность и предрассудки других людей, из-за которых мужчины не могли прикасаться друг к другу на людях. Они в буквальном смысле рисковали тем, что им бросят в лицо обвинения или даже пустят в ход кулаки.
— Нам еще нужно кое-что доделать для полной готовности блюд, — сказал Натаниэль. — Почему бы вам не увести Мэтью на улицу.
Кэти улыбнулась «принцу».
— Отличная идея. Тем более, Зебровски до смерти хочется похвастаться своим новым грилем.
— Точно. Он всегда жарит мясо на решетке и ни разу еще не устраивал пожар, — подметила я.
— Жарить мясо на гриле — единственное, что он умеет делать без огнетушителя под рукой, но подпусти его к плите, хоть на расстояние, и случится катастрофа, — подтвердила Кэти.