Танец ветра

Робертс Нора

– В данный момент я пытаюсь узнать самое себя.

– И правильно делаете. Сейчас я дам вам сумку.

Он взял за правило заходить в кафе каждое утро. Чашка кофе, булочка, несколько слов… Тодду казалось, что Нелл постепенно привыкает к нему. Когда они в следующий раз окажутся наедине, ей вряд ли захочется убежать.

Зак был уверен, что Нелл не единственная, кто заметил его новую привычку. Ехидные замечания, косые взгляды и смешки его не волновали. У жизни на острове был свой ритм, и, когда в нем

что-то изменялось, это ощущали все.

Он пил по-настоящему великолепный кофе, приготовленный Нелл, стоя на галерее, и слушал Карла Мейси, который крыл последними словами жуликов, таскавших у него раков.

– На этой неделе ловушки трижды оставались пустыми. А эти типы даже не удосужились закрыть их. Я подозреваю, что это дело рук студентов, снявших дом Боинга. Ну, попадись они мне! – Карл плюнул. – Если поймаю, так всыплю, что своих не узнают. Богачи проклятые!..

– Слушай, Карл, это же приезжие и вдобавок совсем пацаны. Может, мне поговорить с ними?

– Какой смысл говорить с типами, которые лишают тебя средств к существованию?

– Наверное, это не приходит им в голову.

– Так пусть подумают об этом, черт побери! – Обветренное лицо Карла стало мрачным. – Я ходил к Майе Девлин и просил ее напустить на них чары.

Зак поморщился:

– Послушай, Карл…

– По-твоему, мне лучше выстрелить солью в их тощие белые задницы? Клянусь, до этого может дойти.

– Позволь лучше мне уладить это дело.

– Ты слушаешь меня или нет? – Карл нахмурился и покачал головой. – Я имею полное право защищать свои угодья. Да, знаешь, я зашел в книжный магазин и посмотрел на эту новенькую с материка. – На морщинистом курносом лице Мейси появилась хитрая усмешка. – Теперь я понимаю, почему ты туда зачастил. Эти большие голубые глаза могут сбить с праведного пути любого.

– Карл, поговорим лучше о деле. Оставь свой дробовик в покое. Я обо всем позабочусь.

Зак зашел на участок и взял список дачников. До дома Боинга ничего не стоило дойти пешком, но для солидности он поехал туда в патрульной машине.

Дом, сдававшийся на лето, стоял в квартале от пляжа. На галерее была натянута нейлоновая веревка, с которой свисали разномастные полотенца и плавки. Там же стоял стол для пикника, заваленный пустыми банками из-под пива и остатками вчерашней трапезы.

«Им даже не хватило ума уничтожить улики», – покачав головой, подумал Зак. Рачьи панцири валялись на столе, как гигантские насекомые. Тодд вынул из кармана значок и приколол его к рубашке. Пусть полюбуются.

Он долго стучал, пока дверь не открылась. За нею стоял растрепанный юноша лет двадцати, прищурившийся от солнца. Золотистый загар и спортивные трусы в яркую полоску.

– Угу, – сказал он.

– Шериф Тодд. Полиция острова. Можно войти?

– З…чем? Cк…времени?

«Интересно, сколько он вчера выпил», – подумал Зак, перевел сказанное на нормальный язык и ответил:

– Хочу поговорить. А времени сейчас половина одиннадцатого.

Твои друзья здесь?

– Где? Проблема? О боже… – Парень проглотил слюну, поморщился, шатаясь, прошел через гостиную, миновал барную стойку, подошел к раковине, вывернул кран до отказа и сунул голову под струю.

– Что, погуляли? – спросил Зак, когда юноша поднял мокрую голову.

– Да уж… – Тот схватил бумажное полотенце и вытер лицо. – Мы что, очень шумели?

– Нет, никто не жаловался. Сынок, как тебя зовут?

– Джош. Джош Таннер.

– Слушай, Джош, буди своих приятелей. Это не займет много времени.

– Ага, сейчас. Я мигом.

Зак прислушался. Раздалось несколько проклятий, потом что-то стукнуло и из туалета донесся звук спущенной воды.

Три молодых человека, которых привел Джош, были одеты ничуть не лучше. Они немного постояли в дверях, потом один из них плюхнулся на стул и насмешливо фыркнул:

– В чем дело?

«Притворяется», – решил Зак.

– Ты кто?

– Стив Хикмен.

Бостонский акцент, определил Тодд. Из высших слоев общества. Может быть, даже из клана Кеннеди.

– О’кей, Стив. Дело вот в чем. Браконьерство у нас карается штрафом в тысячу долларов. Знаете, почему? Потому что кое-кто опустошает чужие ловушки ради того, чтобы сварить себе парочку раков, и начисто забывает, что некоторые зарабатывают этим себе на жизнь. То, что является для вас вечерним развлечением, на самом деле настоящий грабеж.

Услышав эти слова, ребята неловко заерзали. Юноша, открывший дверь, виновато вспыхнул и потупился.

– То, что лежит у вас на веранде, стоит на рынке около сорока долларов. Разыщете на пристани человека по имени Карл Мейси, отдадите ему деньги, и покончим с этим.

– Я не понимаю, о чем вы говорите. Разве этот Мейси ставит на раках свое клеймо? – Стив снова фыркнул и почесал живот. – Вы не сможете доказать, что это мы обчистили его ловушки.

– Пожалуй. – Зак обвел взглядом их пристыженные лица. – Чтобы снять этот дом в разгар сезона, нужно заплатить тысячу двести долларов за неделю. Еще двести пятьдесят стоит аренда лодки. Плюс развлечения, еда, пиво… Красиво живете, ребята.

– Тем самым мы поддерживаем экономику острова, – тонко улыбнувшись, ответил Стив. – Поэтому глупо беспокоить нас из-за пары каких-то дурацких раков и голословного обвинения.

– Может быть. Но еще глупее при ваших доходах жалеть по десятке на брата ради того, чтобы замять дело. Подумайте об этом. Остров у нас маленький, – сказал Зак, шагнув к двери. – Стоит только сказать слово…

– Это что, угроза? Угрозы гражданам могут закончиться судебным иском.

Зак оглянулся и покачал головой:

– Держу пари, что ты будущий юрист. Я угадал?

Тодд вышел и сел в машину. Ну что ж, за ним дело не станет. Эти ребята еще пожалеют.

Рипли шла по Хай-стрит и встретила Зака у дверей «Мэджик-Инн».