Танец теней

Андерсон Сьюзен

— О, пожалуйста, — прошептала Аманда, сама не сознавая, хочет ли она, чтобы он продолжал или остановился. Его губы были одновременно нежными и влажными, обжигающими и напористыми. От их натиска у нее все поплыло перед глазами. — Я не для этого к вам пришла…

— Я знаю, девочка. — Рука Тристана уверенно и в то же время ласково проникла под ее сорочку и двинулась к самому сокровенному месту. Он ласкал ее все более неистово, а его язык коснулся ее набухшего соска и стал совершать круговые движения вокруг него. Тело Аманды напряглось под напором его ласки.

— Остановитесь, я ждала, когда вы придете

домой, чтобы… — Аманда поняла, что теряет контроль над собой. Ее бедра раздвинулись, и он немедленно вторгся в образовавшееся пространство. Нет сомнений в том, что сейчас произойдет то, о чем она в глубине души страстно мечтает. — Тристан, прошу…

— Да, милая, я сделаю все, что ты попросишь.

— Я ждала, когда вы придете домой… — пролепетала она, в то время как ее тело уже подалось ему навстречу от непреодолимого желания. На секунду она подумала, почему бы не отложить разговор на потом, но ведь она пришла к нему именно для этого разговора. —..Мне так нужен ваш совет…

— Потом, дорогая. Я так хочу тебя, будь моей, прошу тебя! — Он снова приник губами к ее соску, пальцы ласкали другой сосок.

Аманда провалилась в сладкую истому, ее руки все нежнее гладили его мускулистую спину, опускаясь все ниже. — Я пришла посоветоваться насчет телефонных звонков, — прошептала она зачем-то.

И вдруг все изменилось. Он разом оборвал ласки и сел на постели. Лицо его стало сразу таким же непроницаемым и строгим, как в тот день, когда они впервые встретились. Вместо потрясающего любовника перед ней предстал коп с пронзительным стальным взглядом.

— Проклятье, о каких звонках идет речь?..

Глава 14

— Немедленно расскажи мне об этих телефонных звонках, — резко повторил он.

Аманда явно была озадачена. Ее лицо выражало бурю эмоций: обиду, негодование, замешательство, озадаченность и еще неугасшее желание. Она попыталась взять себя в руки. Потянулась к своему халатику и поспешно набросила его на себя.

— Первый раз он позвонил четыре ночи назад, — ее холодный голос неприятно резанул Тристана. — Мужчина с вкрадчивым голосом, который представился как «друг»… Он звонил мне уже три раза.

— Три ночи подряд? — Тристан постарался сделать свой голос бесстрастным.

— Примерно так. Первый раз он позвонил мне в тот день, когда у меня дома была репетиция. Когда вы пришли… — ее глаза задержались на его глазах на минуту, и она отметила, что Маклофлин преодолел эту задержку с минимальным усилием. — Я думаю, тогда уже наступил другой день — где-то после полуночи, в половине третьего или в три часа.

— А следующие два звонка?

— На следующую ночь… примерно в то же самое время, и в ночь после той.

— А сегодняшней ночью?

— Нет, но ведь меня не было дома. Как только я услышала, что вы вернулись, я тут же спустилась сюда, чтобы спросить совета. Ну а дальше вы же сами знаете…

— Что он говорил?

— Что он… восхищается мной, что считает меня самой прекрасной женщиной и самой прекрасной танцовщицей. — Аманда была смущена и раздосадована. А что, если Маклофлин подумает, что она нарочно красуется перед ним?..

Но Маклофлин был по-настоящему встревожен.

— Почему ты сразу не позвонила мне по телефону, который я дал тебе? —

Ронда тоже сказала, что я должна позвонить, — прошептала Аманда. Он и не думал иронизировать, напротив его смертельная серьезность не на шутку напугала ее. — Но я не знала, о чем собственно сообщать. Звонки, конечно, встревожили меня, я не отрицаю этого. Но они совсем не были непристойными и не содержали никаких угроз. Он был… очень тактичен и всегда звонил в одно и то же время. Я говорила ему, что уже поздно и что я устала, он желал мне доброй ночи и вешал трубку.

— Он называл тебя по имени?

— Да.

— Тебе не показалось, что он знает твой распорядок дня?

— Показалось, — хрипло проговорила она, начиная испытывать настоящий страх. — Он звонил каждый раз через минут двадцать — полчаса после того, как я возвращалась домой после ночного шоу.

— Он не говорил ничего такого, что о тебе мог знать только хорошо знакомый тебе человек?

— Нет.

— Он не касался, как бы это сказать… интимных сторон твоей жизни?

Аманда отрицательно покачала головой.

— Что дало ему основание считать тебя самой виртуозной танцовщицей?

— Я не знаю. Вообще-то мы все на виду, многое друг о друге знаем… Но я стараюсь беречь свою репутацию, — Аманда нервно сжала руки. Она прервала себя, не желая откровенничать перед Тристаном. Потом она подняла глаза и продолжала спокойным голосом. — Гомосексуалисты относятся ко мне как к другу, так что вряд ли Дэвид и Пит будут звонить мне по ночам… Пит так вообще по-настоящему честный человек.

Она взглянула на Тристана, стоящего рядом с кроватью и смотрящего на нее сверху вниз. Она пыталась угадать его реакцию на свои слова, но его лицо ничего не выражало. Помолчав с минуту, она прошептала:

— Тристан, вы пугаете меня. К чему такие подробные расспросы?

Тристан опустился на колени перед кроватью и взял ее за плечи. Ему так хотелось заключить ее в объятия, прижать к себе и успокоить. Но он остановил себя: он должен вести себя профессионально! Где его обычная объективность?

— Я не хочу вас пугать, мисс Чарльз, — сказал он сухо. — Но все же вы должны знать, что опасность существует и надо быть очень осторожной.

Мисс Чарльз? Глаза Аманды расширились. Неужели перед ней сейчас тот же самый мужчина, который час назад уложил ее в свою постель и делал все, что хотел, с ее телом? И теперь он называет ее мисс Чарльз? Глядя на его строгое лицо, она не могла найти в нем и следа недавней страсти, и это было очень обидно. Ее щеки горели, когда она отодвигалась от него, освобождаясь от его рук, все еще лежащих на ее плечах.

— Если я в опасности, я думаю, имею право знать, в какой именно. Итак, вы не можете быть более конкретны?

Она постаралась быть такой же холодной и отстраненной, как он, и Тристан знал, что это только поможет ему восстановить профессиональный подход к делу. Но все же ее тон ему явно не понравился.

— Вы все так же собираетесь прогуливаться по своему саду по ночам, даже зная, что этот сумасшедший может вас навестить? — с нажимом спросил он, снова опуская руки на ее плечи.

Она дернула плечами. — Это было всего один раз. Я хочу, чтобы вы знали, лейтенант, что я в точности выполнила ваши инструкции — теперь я не выключаю фонари на ночь.