Танец теней

Гарвуд Джулия

– Что случилось? – допытывался он, на ходу натягивая белую футболку.

– Ничего, – шмыгнула она носом, хватая с тумбочки пачку бумажных платков.

– Тебе плохо?

Она честно пыталась, но никак не могла успокоиться. Шумно высморкалась и вытерла щеки.

– Мне не плохо.

– Тогда какого дьявола ты ревешь?

Нервно пригладив волосы, он молча уставился на нее. Прошло не менее полминуты, прежде чем он сел на кровать и притянул Джордан к себе.

– Расскажи, – прошептал он.

– Просто… –

Она осеклась и вытащила из коробки очередной платок. – Это было так…

Ноа показалось, что он понял причину ее слез.

– Все в порядке, солнышко, – утешал он, обнимая ее. – Я знаю, тебе туго пришлось. Должно быть, это стресс. Давай, поплачь немного. Выпусти наружу все, что держишь в себе. Я знаю, как все это паршиво.

Она было кивнула, но тут же недоуменно покачала головой:

– Что? Нет, дело не в стрессе. Но эта так грустно и…

– Грустно? Я бы не назвал грустным то, что ты пережила сегодня, Скорее уж жестоким.

– Нет… легенда…

Он гладил ее руку, чем невероятно отвлекал. Джордан вдруг поняла, что он пытается утешить ее. Как же это приятно! Он так мил и заботлив… и… вот это да!

О Господи, он начинает ей нравиться, и вовсе не как старый добрый друг! Оказывается, Ноа может быть чувствительным. Раньше у нее не было времени это заметить. Она вспомнила, как он был добр к Кэрри сегодня днем в полицейском участке. Недаром та сказала, что он обращается с ней по-человечески. Вот и теперь Ноа пытался успокоить ее, не дать ощутить себя совсем брошенной и одинокой.

– Как думаешь, этот поток слез скоро прекратится?

Джордан снова шмыгнула носом и слабо улыбнулась. Его великолепные глаза… губы…

Она дернулась и поспешно отвела глаза.

– Все, – объявила она. – Больше никаких слез.

– Все? Тогда почему из твоих глаз продолжает литься прозрачная жидкость?

Она стукнула его по плечу.

– Перестань меня утешать, иначе я еще больше расклеюсь!

– Знаешь, – рассмеялся он, – когда я увидел тебя плачущей на свадьбе, подумал, что это случайное явление, но теперь ты снова заливаешься слезами. Здесь ты совсем не похожа на себя, – заключил он.

– Каким это образом «не похожа»?

– Каждый раз, когда я приезжаю на Натанз-Бей, ты погружена либо в книгу, либо в компьютер. Такая деловая!

«Настоящая зануда», – мысленно добавила Джордан.

– Ну… возможно, и ты здесь стал совсем другим, – заметила она.

– Как это?

– Не знаю. Ты, кажется, стал немного… мягче. Может, потому что ближе к дому. Ты ведь вырос в Техасе, верно?

– Когда мне было восемь, моя семья перебралась в Хьюстон. До того мы жили в Монтане.

– И твой отец был юристом до того, как ушел на покой.

– Верно.

– И дед и прадед…

– Я происхожу из старинного рода юристов, –

кивнул он и снова стал гладить ее руку. Теперь это ее не отвлекало. Наоборот, наполняло теплом.

– Ник говорил, что ты носишь с собой компас, принадлежавший прапрапрадеду.

– Его звали Коулом Клейборном, и он был адвокатом в Монтане. Отец подарил мне компас, когда я стал работать на доктора Моргенштерна.

– Чтобы ты никогда не терял дорогу. Именно так моя мать мне сказала.

– Правда?

– А знаешь, что еще она сказала?

– Интересно, что?

– Что она единственная в мире женщина, которая может указывать тебе, что делать.

– И она права, – рассмеялся он.

В дверь Ноа постучали. Он пошел открывать и увидел Амелию Энн с ведерком, в котором на льду лежали несколько бутылок пива.

Чуть поколебавшись, Амелия Энн пробормотала:

– Хей… э… я знаю, у вас был тяжелый день… поездка… и… и… все такое, вот и подумала, что вам хочется пить…

Она сунула ведерко ему в руки. Ноа тепло улыбнулся:

– Ужасно мило с вашей стороны. Спасибо.

– Если вы голодны, – продолжала она, – я могла бы поджарить кукурузу или что-то в этом роде.

– Нет, спасибо. Но пиво – это очень кстати, – кивнул он, пытаясь закрыть дверь. – Спокойной ночи.

Но Амелия Энн ухитрилась просунуть голову в комнату.

– Если я могу чем-то помочь… если вам что-то нужно… только позвоните.

– Обязательно. Спасибо, – сказал он еще раз. Захлопнул дверь и вернулся в комнату Джордан, на ходу откручивая крышечку пивной бутылки. – Та леди, что управляет мотелем… как ее зовут?.. – начал он.

– Амелия Энн?

– Да, Амелия Энн. Она принесла нам пива. Очень мило с ее стороны, не находишь? Хочешь глоток?

– Нет, спасибо. Тем более что пиво она принесла не нам, а тебе.

Ноа сделал большой глоток.

– Ты так и не рассказала, почему плакала, – напомнил он.

– Я просто дурочка.

– Все равно расскажи.

– Прочла историю, которую записал профессор. Вот и расстроилась. Хочешь, и тебе прочту? Тогда ты поймешь.

– Конечно. Валяй, – разрешил Ноа, садясь на кровать.

Она начала читать, четким, ясным голосом, но к тому времени, как добралась до конца легенды, голос уже дрожал, а слезы снова лились.

Ноа не смог сдержать смеха.

– Ты и вправду полна сюрпризов, – покачал он головой, протягивая ей бумажный платок – Никогда бы не подумал…

– Что именно?

– Что ты такой романтик.

– А что в этом плохого? – удивилась Джордан и вновь взялась за очередное абсурдное повествование о кровожадных варварах Бьюкененах. На этот раз легенда рассказывала не о любви, а о жестокой битве, затеянной, если верить профессору Маккенне, кланом Бьюкененов.