Танец страсти
Шрифт:
Боже, о чем только она думает! Какой цинизм! Ведь она была близка с этим мужчиной!
Она влюбилась в него.
Бесповоротно. Безнадежно.
Может быть, взять отпуск? Свалить все дела на Нелсона и Сандру, а самой махнуть куда-нибудь на край света. Или в Европу. Отвлечься. Сменить обстановку. Набраться новых впечатлений. Обзавестись новыми знакомыми.
Дженифер даже не заметила, как уснула, и открыла глаза, только когда услышала свое имя и почувствовала, как на плечо легла чья-то рука.
—
Крис не стал говорить, что наблюдал за ней не меньше часа, а разбудил лишь потому, что солнце уже начало клониться к закату.
Он снова был слишком близко. Дженифер вдруг овладело безумное желание притянуть его к себе и слиться с ним в страстном поцелуе, который унес бы их обоих далеко отсюда, на пустынный необитаемый остров, где можно не думать ни о чем, кроме любви.
Но такая выходка с ее стороны привела бы к полной утрате контроля над ситуацией.
Глаза Криса потемнели, словно в них отразилось то же самое желание.
— У нас есть бифштекс и кое-что к нему. Ты, надеюсь, не против?
Дженифер улыбнулась.
— Не уверена, что мне хватит одного бифштекса.
Крис картинно развел руками.
— Какой же я идиот, что не отвез тебя в больницу!
Через десять минут они сидели друг против друга, и Дженифер с удовольствием запивала острые, тающие во рту кусочки жареной говядины прохладным красным вином.
— А ты умеешь готовить, — похвалила она.
— Это преимущество?
— Для мужчины? Огромное.
— Почему же? Разве в наше время женщины не делают карьеру наравне с мужчинами?
— Большинство мужчин полагают, что дело женщины стоять у плиты и утирать носы детям.
— Не вижу в этом ничего плохого, — заметил Крис, отпивая вина. — Одни обеспечивают семью, другие воспитывают детей. Разделение труда по половому признаку.
— Да, полное равенство на рабочих местах, — с улыбкой сказала Дженифер. — Но в прочих отношениях мужчины и женщины столь же различны, как существа с разных планет.
— И совместное существование невозможно?
— Физическое, — возможно, а вот эмоциональный аспект требует доработки.
— Тогда да здравствует различие?
Они вымыли посуду и посмотрели телевизор, решив возникший было спор — Дженифер выступала за музыкальный канал, а Крис за спортивный — с помощью жребия. Через полчаса она встала и, пожелав Крису спокойной ночи, поднялась в спальню для гостей на втором этаже, решив, что не ляжет на ту кровать, которую они делили прошлой ночью.
Чистое постельное белье обнаружилось в нижнем ящике платяного шкафа, и Дженифер, быстро приготовив постель, разделась и скользнула под одеяло. Она протянула руку к ночнику, чтобы выключить свет, когда в комнату вошел Крис.
— Почему ты входишь без стука?! — возмутилась Дженифер.
— А что ты здесь делаешь?
—
— Мы так не договаривались. — Он подошел к кровати и потянул одеяло. — Мне тебя перенести или дойдешь сама?
— Я не намерена спать в твоей постели.
— Тем не менее, именно там ты проведешь эту ночь.
Опять то же самое. Этот человек просто невыносим! Дженифер переполняла злость, которая должна была рано или поздно прорваться наружу.
— Секс — это плата за роль опекуна, которую ты самовольно присвоил? — Едва произнеся эти слова, она тут же пожалела о сказанном.
— Хочешь, чтобы я снова в ней выступил? — От интонации Криса по спине Дженифер пробежали мурашки.
— Не испытываю ни малейшего желания.
Не говоря больше ни слова, Крис повернулся и вышел из комнаты, беззвучно закрыв за собой дверь. Эффект получился куда сильнее, чем если бы он сотрясал воздух криками.
Черт побери, да что же такое с ней происходит?!
В глубине души Дженифер знала ответ. Все дело в страхе. Она боялась потерять то, чего никогда не имела… Любовь мужчины. И не просто мужчины, а Криса Манкузо.
Дженифер лежала в темной комнате, уставившись в потолок, снова и снова анализируя ситуацию, в которой оказалась, и каждый раз приходя к одному и тому же выводу: жизнь без Криса Манкузо — это и не жизнь вовсе. В глазах стояли слезы, но она не позволила себе дать выход эмоциям.
В конце концов, Дженифер сморил сон, но и во сне ей не было покою: она убегала от неясных, темных фигур, появлявшихся из мрака и гнавших жертву по пустынным улицам ночного города.
В какой-то момент Дженифер проснулась — в поту, с колотящимся сердцем — и, открыв глаза, испытала неимоверное облегчение, от того, что ужасы остались во сне.
— Крис? — тихонько позвала она.
Ни звука, ни шороха в ответ.
Значит, он не пришел.
Правильно, ты сама его прогнала, напомнил внутренний голос. Вот и лежи теперь в одиночестве. В чужой постели. В чужом доме. Ты сама проявила слабость, ты перестала быть монолитом. Ты впустила в сердце любовь и теперь расплачиваешься за это. Отец был прав. Чтобы не страдать, нужно стать камнем.
Дженифер вдруг ужасно захотелось пить. Она поднялась с кровати и включила ночник. Осмотрелась. Ни стакана, ни графина. Что ж, придется идти в кухню.
Не зажигая света, наугад, держась рукой за стену, Дженифер прошла по коридору, спустилась по лестнице и открыла знакомую дверь.
В доме было тихо. В окно светила яркая луна, так что надобность в искусственном освещении отпадала сама собой. Дженифер осторожно сняла с полки стакан, налила воды и только поднесла его ко рту, как стакан выскользнул из пальцев, упал на мраморный пол и разлетелся на тысячу осколков.