Танец с Клинком
Шрифт:
Как завещал Суворов: глазомер, быстрота, натиск…
— Нам необходимо время, чтобы отдать соответствующие распоряжения. Приглашение принято, Хан Хаттори! — старейшина вежливо склонил голову. Самую малость, сколько мог себе позволить старший по отношению к младшему.
— Леонард. Вы можете звать меня просто Леонард… — со скрытым значением ответил я, украдкой подмигнув Сюин и сосредотачивая на ней мысли вполне определенного характера. Для активации божественного дара вполне достаточно. И всё это — намеренно не замечая Луэна. Так, словно Мастер Молний был не более чем деталью интерьера. Моё равнодушие его задевало, однако полученные
— Дабы подтвердить свои слова, я останусь ожидать вас и ваших людей здесь…
— Это ловушка!!! Ещё несколько дней назад мальчишка и знать не знал о вашем существовании! Он примчался сюда с отрядом наёмников, чтобы воевать, а не заключать выгодные контракты!!! — взбешённо проорал Дэй-младший Луэн. Проорал, чуть ли не брызжа слюной в лицо слегка растерявшейся Сюин.
Девушка отшатнулась от любовника и скорчила недовольную гримаску:
— Леонард не мог не знать о нашем существовании. В конце концов, у него невеста из клана Во Шин Во!
— Леонард?! Ты… — возмутился Луэн, поперхнувшись заготовленной фразой, — называешь его по имени? Какого чёрта?! Что с вами происходит?! С ума сошли от жадности?!
Лицо наёмника перекосило. Сюин опасливо отшатнулась от него, зная сколь вспыльчив и неуравновешен характер Красного Дракона. В молодости все они таковы — стихийные духи, принимающие облик древних существ из мифов и легенд всегда славились дурным нравом.
Первая часть переговоров закончилась грандиозным успехом. Делегация вернулась в свой лагерь и активно готовилась ко второй части. Дэй перехватил девушку сразу же, стоило ей только покинуть палатку отца и потащил к себе, желая разобраться во всем и сразу.
Рассказ любовницы показался ему неполным, а предложение ненавистного Хаттори — опасным. Умом Сюин понимала, сколь зыбким миражом являлось деловое предложение японца. Слишком выгодно, слишком вкусно — слишком большой кусок предлагал юный хан. Наверняка за всем этим кроется какой-то подвох. Как и все торговцы, Фуисин были алчны, но не были дураками. Да и чутьё никто не отменял. Но… Подвох ожидался совсем иной.
Подвох ожидался несколько иного толка.
— Твоя паранойя неуместна, Дэй! — фыркнула девушка, сложив руки на груди и гордо выпрямившись. — Речи солдафона, подозревающего всех и вся нам не нужны! Клан примет решение. И получит желаемое. А ты получишь столь желанный для тебя поединок!
В последнем утверждении Сюин слегка слукавила. Старейшина Джианджи высказался вполне недвусмысленно: если вторая часть переговоров пройдёт успешно, хана Хаттори необходимо беречь пуще своих глаз. Дэя воспринимали всерьёз. Лобовое столкновение с ним не устраивало мудрого Лун Тао.
— Успокойся, мой дорогой, — певуче протянула китаянка, прильнув к любовнику и заглядывая ему в глаза, — никто в клане не станет принимать в расчёт интересы чужака. Папа говорил, что заинтересован в нашей помолвке. Неужели ты думаешь, что мы предадим родича.
Дэй вздрогнул, ощутив прикосновение — невесомое, дразнящее, многообещающее. От Сюин пряно пахло гвоздикой.
— Мы выслушаем его предложение. — девушка продолжала говорить, подключив всё своё женское обаяние и успокаивая взбешённого хищника. — Уверена, что хан не более чем часть цепочки. Звено, без которого можно прекрасно обойтись. Но пока что он нужен нам. И поэтому на вторую часть переговоров клан отправится без сопровождения.
— И мои дроны! — запротестовал Дэй, чувствуя, что тает в руках женщины. — А к тебе я приставлю двоих лучших "красных посохов"!
— Как скажешь, дорогой, как скажешь. Женщина должна повиноваться своему мужчине. А сейчас, — голос Сюин дрогнул, меняя интонации, стал ниже и обзавёлся чувственной хрипотцой, — сейчас я отблагодарю тебя за заботу…
Пальчики девушки скользнули по бокам пилотского комбинезона, отыскивая магнитные застёжки и деактивируя их по одной. Порочно облизнув пухлые алые губы, Сюин начала медленно высвобождать Дэя из тесного комбеза, чередой нежных поцелуев касаясь уже обнажённой шеи, ключиц, груди…
— Манипулировать мужчинами иногда так просто… — с оттенком удовлетворения подумала китаянка, вставая перед любовником на колени, и артистично округлила глаза, выдохнув непобедимое: — Никак не могу привыкнуть к тому насколько ты большой, Дэй…
Мужчина сдавленно застонал. Ему было не до размышлений. Он даже не подозревал, что уже проиграл, полностью расслабившись и доверившись прикосновениям губ любовницы.
А Сюин почему-то размышляла о Леонарде Хаттори. Особенно сильно её терзало странное любопытство: у кого в итоге окажется больше?
Длинная колонна китайской пехоты извивающейся змеёй ползла по расчищенной и расширенной э'вьенами тропе — вырубленная просека повторяла изгибы рельефа, петляя между заснеженными холмами до тех пор, пока местность не выровнялась и по обе стороны не возникли одинаковые тёмные громады пушистых елей. Клан Фуисин не просто ответил на приглашение согласием. Китайцы на самом деле взяли с собой всех солдат.
В прозрачном, по-таёжному чистом воздухе негромко жужжали коптеры. Мер предосторожности никто не отменял. За сотню метров от колонны частой цепью пробирались разведчики, настороженно высматривающие признаки засады или хоть что-нибудь подозрительное. Старейшине Джианджи эти меры предосторожности казались вполне разумными и более чем достаточными. Всё же, он шёл договариваться, да и молодой хан степенно сидел рядом с главой клана. Юноша в полный голос нахваливал природу своих владений и откровенно, по-мальчишески хвастался, не забывая бросать на дочь Джианджи заинтересованные взгляды. Медленно ползущий бронетранспортёр на широких зимних гусеницах едва продирался сквозь топкую грязь. Старик слушал в полуха и лишь иногда скромно кивал, выражая своё согласие.
Мудрый Лун Тао не знал, что призванные духовные звери уже рвут его разведчиков на части. Не знал и не мог видеть ужаса оскалённых пастей и смертносного свиста зачарованных обсидиановых стрел. Операторы дронов успели почуять неладное, когда часть машин одновременно заглохла, а радиоканалы заполонил шипящий треск наведённых помех.
Слишком поздно.
Кинжальный огонь из сотни стволов обрушился на китайцев практически в упор — с удобных, заранее оборудованных позиций и по заранее распределённым секторам обстрела. Оружие концерна "КалашниковЪ" не ведало жалости, выплёвывая содержимое рожков и лент за считанные секунды и выкашивая самых ближних к позициям врагов. Несколько очередей из миниатюрных голубых комет плазмы рассекли колонну на части, превращая единицы бронетехники во вспухающие бутоны огненных цветов и разбрасывая окружающую пехоту в стороны страшной ударной волной.