Танец с герцогом
Шрифт:
По крайней мере пока.
А герцог сидел в кресле. Такой самодовольный и красивый. И его слова звучали у Амелии в ушах: «Я герцог. И у меня всегда есть выбор. А вы можете оставить свои мечты о счастливом будущем, чтобы избрать удел платной компаньонки, ибо такой мужчина, как я, никогда не выберет такую женщину, как вы».
Возникшая на пороге Лили тихонько откашлялась.
– Благодарю вас за ожидание. Я готова.
Амелия оторвала взгляд от лица герцога и с благодарностью посмотрела на подругу. Служанка заново заплела волосы Лили в косу и помогла ей переодеться в простое, но очень элегантное
При появлении хозяйки дома лорд Эшуорт и герцог поднялись со своих мест, как того требовал этикет. Но потом, к удивлению Амелии и всех собравшихся, герцог сделал даже больше – он выступил вперед.
– Леди Лили, – начал он, – позвольте выразить мои глубочайшие соболезнования в связи с вашей потерей.
Глубочайшие соболезнования? Амелия подозревала, что на самом деле этому человеку не было никакого дела до смерти Лео.
– Позвольте заверить вас, – продолжал Морленд, – что как друг Харклифа, его соратник по клубу и джентльмен я готов оказать вам всяческую помощь и поддержку.
– Благодарю, ваша светлость, – ответила Лили и с отчаянием посмотрела на Амелию, когда стало ясно, что герцог еще не закончил свою речь.
– В дополнение к этому я хочу сделать вам предложение, – произнес он.
Все затаили дыхание.
– Я намерен предложить вам более чем щедрую компенсацию за долю вашего брата в совладении конем Осирисом.
В библиотеке воцарилась такая тишина, что слова герцога падали в пространство гулко, точно камни в воду. И только когда шок от сказанного прошел, все присутствующие дружно выдохнули:
– Что?!
– Я хочу купить жетон, – пояснил герцог.
Каблуки сапог Эшуорта стукнули по полу.
– Вы не можете купить жетон. Он должен быть выигран в азартной игре.
– А как насчет несчастного случая? – холодно поинтересовался Морленд. – Налицо невезение в худшем его проявлении.
Ну вот. Теперь Амелия убедилась, что первое впечатление о герцоге ее не обмануло. Более того, оно настолько окрепло, что показалось отлитым из бронзы. Он оказался самым высокомерным, эгоистичным и бесчувственным из мужчин, с которыми она имела несчастье вальсировать.
– Но ведь ожидалось, что вы попросите ее руки! – прорычал Беллами.
– Устав требует от меня оказать помощь. Это я и делаю. – Герцог вновь обратился к Лили: – Мадам, завтра я попрошу своего секретаря нанести вам визит. Он будет в полном вашем распоряжении, захотите ли вы заняться организацией похорон или поисками нового дома. Он также принесет вам чек, в котором будет прописана сумма за долю Лео в клубе «Жеребец». Вы вольны принять или отвергнуть его.
– Мерзавец, – процедил сквозь зубы Беллами. – Речь идет о чести, а вы способны думать лишь об этом
– Да вы все только и думаете об этом проклятом коне! – воскликнула Амелия, подходя к хозяйке дома.
Все трое затихли, устремив взгляды на различные предметы декора, которые раньше вряд ли удостаивались столь пристального мужского внимания. А может, в жизни этих мужчин действительно не было ничего ценного, кроме этого коня и клуба? Этим вполне можно было бы объяснить их жалкое молчание.
Все это было очень, очень… печально.
– Все в порядке, Амелия, – произнесла Лили. Она глубоко вздохнула и обратилась к мужчинам: – Ваша светлость, милорд… – она повернулась к Беллами, – Джулиан. Я знаю, что ваши намерения и помыслы благородны, и я очень ценю вашу заботу. Лео был бы счастлив узнать, что вы действительно ценили вашу с ним дружбу.
Услышав, как дрогнул голос Лили, когда с ее языка сорвалось имя Лео, джентльмены немного расслабились, а их суровые лица смягчились.
– Смерть Лео принесла мне горе одиночества, но не нужду. У меня есть средства к существованию и мои собственные друзья. – Лили сжала руку Амелии. – Даже если я и пожелаю выйти замуж, то только через год, когда сниму траур.
– Этими правилами можно пренебречь, – возразил Беллами. – Тем более в такой исключительной ситуации, как…
Лили покачала головой:
– В моей ситуации нет ничего исключительного, если не считать ужасного потрясения. Лео… был так молод.
– Слишком молод. Все необычные люди умирают молодыми. – Выругавшись, Эшуорт пнул ногой оттоманку. – А бесполезные негодяи, как я? Нас практически невозможно уничтожить.
– Нет, – произнесла Лили. – Никто из нас не бессмертен, и смерть Лео должна послужить нам уроком. И если вы хотите почтить память Лео, забудьте на время о собственных амбициях. Наверняка у каждого из вас есть дела и обязанности поважнее членства в клубе Лео. Лорд Эшуорт, разве у вас нет родственников или поместья?
Великан снова выругался и провел ладонью по коротко стриженным волосам.
– Покрытая пеплом пустошь в Девоншире. Я не был там четырнадцать лет.
– Возможно, пришло время туда съездить, – многозначительно произнесла Лили и, заметив, что Беллами собирается возразить, добавила: – У его светлости, я уверена, тоже немало важных дел, помимо совершенно излишней заботы обо мне.
Герцог развернулся к Лили:
– У меня есть подопечная. Моя кузина, которую я воспринимаю скорее как сестру.
Амелия не поняла, почему это признание должно ее трогать. Да оно и не тронуло ее. Оно просто удивило ее, застало врасплох. Наверняка остальные представительницы высшего света знали о том, что герцог Морленд является опекуном собственной кузины. Наверное, она была единственной из жительниц Лондона, кто не грезил о букве «М» в справочнике «Дебретт» [1] .
Беллами быстро пересек библиотеку и остановился прямо перед Лили. Его голос звучал хрипло и напряженно:
1
«Дебретт» – ежегодный справочник дворянства. – Здесь и далее примеч. пер.