Танец пылающего моря
Шрифт:
Он оглядел толпу, каждое скрытое за маской лицо, гадая, кто еще был потенциальным кандидатом, желающим попасть ко двору. Кто из них получит доступ во дворец, будет приглашен на самый декадентский пир и узнает все секреты, заведет нужные связи, которые идут в комплекте? Пират знал, что приглашение сюда, чтобы стать свидетелем, без сомнения, лишь малой толики королевской власти, являлось испытанием. Все в этом мире походило на испытание.
Однажды он уже проиграл. Теперь он победит.
Жар охватил тело пирата,
Не было видно ни кусочка ее кожи, ни пряди волос. Лицо девушки скрывалось за вышивкой бисером и шелками, даже ноги до самых кончиков пальцев были спрятаны от глаз посторонних, но она двигалась так, словно была обнажена, как будто даже смотреть на ее чувственные изгибы было непристойно. Тем не менее ее личность оставалась загадкой.
Как и личности ее спутниц.
Такая забота о том, чтобы оставаться скрытыми ото всех, будучи на виду.
«Как делают все здесь», – подумал пират. Ну, за исключением пленника.
Его маска слетела, когда его тащили в центр комнаты, окончательно понижая в должности. И тогда он закричал, закрывая морщинистое лицо руками, защищая от глаз толпы свои седеющие волосы. Казалось, даже несмотря на приближающуюся смертную казнь, никто не хотел, чтобы грехи, совершенные в Королевстве воров, последовали за ними, пусть даже в Забвение.
Темп действа ускорился, скрипачка с головокружительной скоростью водила смычком по струнам. Голос певицы взлетал все выше, сотрясая канделябры, пока танцовщица снова и снова порхала вокруг пленника.
Силы трио закружились, посылая порывы ветра по залу.
Стоящий на коленях пленник запрокинул голову, натягивая цепи к потолку. Магия взвилась высоко вверх. Узник испустил последний крик, мольбу к Мусаи, когда их пронизанное пурпурным, медово-золотым и алым заклинание наполнило его тело, струясь и струясь, пока наконец не проникло в истерзанное тело. Подсудимый засветился, словно звезда, когда хруст и треск ломающихся костей эхом разнесся по залу.
Свет, пульсирующий под его кожей, погас с последним хрустом его позвоночника.
И тогда пленник рухнул на пол.
Совершенно бездыханный.
А его душа отправилась в Забвение.
В зале воцарилась душераздирающая тишина, эхом отражая потерю магии Мусаи.
Один не наделенный дарами заскулил, а затем…
Зал взорвался радостными возгласами.
Мусаи величаво поклонились, словно только что не уничтожили человека изнутри. Пират фактически почувствовал собравшуюся в зале энергию, пропитанную небольшим отголоском похоти.
Пират понял, что и его дыхание участилось.
Стоило ему осознать это, как его цели вышли на первый план, застилавший разум туман рассеялся.
Ему была не свойственна импульсивность или дикость. И то, что он почти забылся, вызвало у него волну
Двери в дальнем конце зала распахнулись, и толпа хлынула через них, направляясь на вечеринку после выступления. Но пират оставался неподвижным, его взгляд был прикован к забытому всеми телу пленника. Он изучал черты лица, намекающие на знатное происхождение, пока не пришли безликие стражники, намереваясь унести труп.
Было известно, что заключенный служил при дворе. Но в конце концов ранг не помог ему избежать наказания. Судя по всему, Король воров принимал только тех воров, которые воровали для него, а не у него.
В конце концов, это было хорошо, ведь, значит, сегодня вечером освободилось место.
Но действительно ли пират хотел стать частью этого мира?
«Да», – промурлыкала его магия.
«Да», – согласился он.
Вопрос в том, как обрести необходимую власть, чтобы более свободно перемещаться в нем?
Пират бродил между различными окружавшими его масками, разглядывая их раскрашенную кожу и скрывающую лишнее одежду. Необходимость сокрытия своей личности здесь была своего рода ахиллесовой пятой в броне. В этом дворце, в этом королевстве скрывалось много тайн и пороков, не предназначенных для нежных ушей и приличного общества. Но вкупе с секретами появлялась возможность использовать рычаги давления. И именно их собирался заполучить пират, ибо путь к бесценным сокровищам может быть разным.
Его взгляд привлекло мерцание, танцовщица покачивала бедрами, пробираясь мимо гостей, из-за чего вышивка из оникса на ее наряде посылала отблески света. Пират окинул взглядом пышную фигуру, огненный туман магии, расходящийся от ее движений, и план начал приобретать очертания, будто приближающаяся змея.
Словно почувствовав хищника, танцовщица повернулась, увенчанный рогами головной убор выделялся в толпе. И хотя черты ее лица были скрыты, пират понял, когда именно их взгляды встретились, ибо именно тогда в него ударил поток обжигающей горячей силы.
Но затем она двинулась прочь, исчезая в скрытом темнотой дворе.
Пират направился за ней, и в этот момент его нервы напряглись в предвкушении того, что он сделает дальше.
«Да, – проворковала его магия, наслаждаясь дерзкими мыслями, – мы не такие трусы, как они».
«Да, – согласился он. – Мы другие».
Одним уверенным движением пират снял маску.
Наполняющий комнату жар окутал его и без того теплую кожу. Он сделал глубокий вдох, аромат свободы сладко пробежал по вкусовым рецепторам. Те, мимо кого он проходил, потрясенно перешептывались, узнавая его черты, показавшиеся первыми.