Тандем

Ковальский Константин

То, что никого не покалечило обломками разлетевшегося ящика, можно было отнести к счастливой случайности. Платформа опасно раскачивалась на двух уцелевших цепях, грозя в любой момент обрушиться на головы внизу стоящих. Народ радостно завопил. «Они ничего не поняли». Мастер вышел из ступора и заорал восторженно глядящему в небо крановщику:

– Опускай! Быстро!!

В ста метрах от сцены, прямо на балконе второго этажа университета, возникло облако разноцветного дыма, и секундой позже меж мраморных колонн появился сам иллюзионист. Головы озадаченно разворачивались, и

вот уже вся многотысячная толпа рукоплещет магу, обманувшему их в очередной раз. Такого прилива энергии он не испытывал давно. Может быть – никогда. Все-таки это совершенно не похожие ощущения. Театр одно, а обман такого количества людей – другое. В этот миг он понял рок-музыкантов и тот кайф, который они получают на своих концертах.

Конечно, этот трюк – не исчезновение статуи Свободы, но все равно – привет, Копперфилд!

Взгляд Данилы уперся в качающуюся на двух цепях пустую платформу, и ему стало нехорошо. «Где ящик?! Где, мать вашу, ящик?!! Что тут происходит?!!»

Сбежав по лестнице на улицу, он попытался пробиться к сцене, но тут же увяз в плотной живой стене. Вокруг орали, хлопали и пытались обнять его, говоря какую-то ерунду. Это было бесполезно.

Данилу затрясло от страха и отчаяния. Господи, неужели он погиб?

* * *

– Кто мог устроить взрыв? – Зацепин смотрел холодно, не скрывая неприязни.

– Понятия не имею.

Данила во время всего разговора смотрел в окно, чем усиливал раздражение старлея.

– Кто подходил к ящику до выступления?

– Там полно народу было. Кто угодно мог подложить.

Богдан изучающе смотрел на иллюзиониста, пытаясь понять, почему он не называет всем известную фирму, которая была заинтересована в его устранении. Но Данила упрямо молчал. Хочет отомстить сам? Но он артист, острые акции не в его духе. Разве что он скрывает свои возможности…

– Хорошо, гражданин Меджиславский, мы вас еще вызовем в связи с этим делом.

Юлий специально избрал официальный тон, но Данила сделал вид, что не заметил этого.

– Я могу идти?

– Идите.

– До свидания.

Дверь за иллюзионистом закрылась.

* * *

Из палаты вышел доктор с усталыми глазами. Данила тут же вскочил:

– Ну?..

– Контузия, – спокойно сказал доктор, засовывая руки в карманы халата. – Ожог левой руки, на ней же перебиты пальцы…

– Он в сознании?

– Пока нет.

– Но опасности для жизни нет?

– Нет. Возможны проблемы со слухом, но пока об этом рано говорить.

Данила оглушенно молчал. В голове шумело. Как это могло произойти?

– Вам незачем здесь сидеть. Приходите завтра.

– Доктор, обеспечьте ему лучшее лечение, какое только возможно. Слышите? Если что-то понадобится – лекарства, препараты, – покупайте не раздумывая, я оплачу все, что потребуется.

Данила вложил в руки врача свою визитку и несколько стодолларовых купюр.

– Звоните в любое время.

Доктор покрутил в руках деньги, хотел что-то сказать, но сдержался. На средства, выделяемые

государством, много не налечишь. Да и жить как-то надо.

– Гарантирую, что сделаю все, что в моих силах. И даже больше.

– Спасибо, доктор.

* * *

– Как Андрюха? – Мастер смотрел в стену.

– Жить будет. – Данила угрюмо сжал кулаки. – Кто мог подложить взрывчатку?

– А ты не понимаешь? – Петр наконец встретился с ним взглядом, и Данила снова почувствовал себя виноватым в случившемся.

– Твои друзья из «Судьбы», больше некому. Тебя ведь уже несколько раз предупреждали, но ты не внял. Вот и результат. Правда, они не знали, что тебя в ящике не будет… Или взрывное устройство сработало позже.

Петр помолчал, а потом с надеждой спросил:

– Может – «завяжешь»?

Данила посмотрел на своего учителя, и тому взгляд ученика очень не понравился.

– Ну уж нет. Я достану этих уродов. Клянусь!

* * *

Данила, полный мрачных мыслей, возвращался домой по вечерним улицам своего города. Андрюха едва не погиб, и все по его вине. Кто мог подумать, что случайная стычка с парапсихологами на телевидении станет началом настоящей войны? Кто?

– Перестань себе врать. Ты прекрасно знал, чем это может закончиться.

– Ничего я не знал.

– Знал, знал. Самому себе ведь можно признаться? Ты хотел этого.

– Я не думал о таком.

– Брось! О чем – таком? Может, и колдунов ты не убивал?

Данила остановился как вкопанный, поймав себя на том, что вот уже пять минут он разговаривает сам с собой. Так и до психушки недалеко!

Он снова продолжил путь, и внутренний голос тут же возобновил диалог:

– Так что насчет колдунов? Вениамина, например?

– При чем здесь этот колдун? Я прочитал про него в газете. Я не убивал его.

– Ты в этом уверен?

– Заткнись!

Шедшая мимо него женщина вздрогнула и ускорила шаг, испуганно оглядываясь.

Крыша едет, точно. Но он не сумасшедший. Сумасшедшие всегда уверены в своей вменяемости. А он сомневается. Значит, если он думает, что не вполне здоров, то… Что? Это доказательство чего?

Мысли в голове путались, сталкивались, словно бильярдные шары, и разлетались острыми осколками в стороны, царапая мозг.

– Почему ты не сказал про листок с надписью?

– Потому что это совпадение.

– Но справедливость восстановлена?

– При чем здесь…

– А помнишь слова психиатра насчет двойника?

Снова разболелась голова. Когда начались эти боли? После той драки в подворотне, когда он приложился затылком об стену. А убийства? Вскоре после этого? Да! Да! Да! Но это тоже совпадение!!! Не слишком ли много совпадений? Неужели у него раздвоение личности? Нет. Конечно нет. Абсурд. Бред. Все этот урод в плаще…