Тандем

Минеев Владимир

– Чья это кровь?

Он повернулся, посмотрел на рубашку, пожал плечами, и ответил.

– Моя.

– Откуда?

– Элементарно. Брился, порезался.

– Но кровь на спине.

– Она могла быть где угодно. Говорю же, брился, порезался, под рукой полотенца не было, схватил, что под руку попало.

– Так много крови от пореза? – не поверила она.

– У меня плохо сворачивается. Могу сказать по-научному, как это называется, если желаешь.

Ольгу не убедили его слова, с порезом.

– Моя версия

такая. Ты не зря вчера говорил, о девушке на ночь. Значит, ты пригласил девушку, вы что-то не поделили, и ты ударил ее по голове, а потом еще ударил ножом в живот. Чтоб избавиться от трупа, ты решил отвести ее в больницу. Закинул на плечо, и вынес к машине. Так на спине появилась ее кровь. Потом ты позвонил в больницу, и узнал, что девушка выжила, а там сидит следователь. Поэтому, ты точно ждал именно меня, а не мужчину, как ты сказал. Ну, что, будем признаваться.

– Версия хорошая, но недоказательная. То, что на рубашке моя кровь, докажет любая экспертиза. Это моя кровь из раны на спине.

– Значит, она ударила вас в спину, а вы дали сдачу. Хотите, чтоб это выглядело, как самозащита.

– Снова мимо. По твоей версии, она ударила меня в спину ножом. Я достал нож, и ударил ее в живот. Это отличная версия, но только рану у меня на спине, не сделаешь ножом.

– Раздевайся – приказала она, напуская на себя строгость.

Он удивленно уставился на нее, и усмехнулся.

– Ага. Сейчас стриптиз тебе покажу.

– Вам – поправила она, желая поставить дистанцию, межу им и собой.

– Хорошо Ольга Владимировна, вам я стриптиз показывать не собираюсь. Впрочем, вы что, мужиков голых не видели, да?

Она раздраженно прикусила губу, но тут, же вспомнила, что находится у него дома, а об этом никто не знает. И, хоть он не проявляет к ней лично агрессию, она была абсолютно уверена, что он причастен к преступлению. Хорошо бы изобразить это в шутливой форме, и благополучно покинуть квартиру, решила про себя она, и изобразила улыбку.

– Видела, правда, когда проходила стажировку, труп голого мужчины средних лет. Вот вы передо мной извиваетесь ужом, а это вызывает подозрение. Хочу посмотреть характер раны у вас на спине. Могу предполагать, что эту рану вам сделала та девушка. Даже согласна с тем, что вы не знаете ее имени.

Он внимательно выслушал ее повествование, и театрально почесал затылок.

– Теперь, я понимаю, что милиции никто помогать не хочет. Милиция у нас не народная, а антинародная. Если увидел преступление, то лучше закрыть глаза, а еще лучше обойти это место за километр.

– Колесников, хотелось бы знать, что это вы передо мной, как уж извиваетесь. Если вы непричастны к этому преступлению, в чем я искренне сомневаюсь, то почему бы не показать рану на спине. Не думаю, что вы стесняетесь оголяться перед женщиной. Даже через одежду видно, что у вас хорошее телосложение, а этим всегда гордятся мужчины.

– Убедили Ольга

Владимировна, хотя сомневаюсь, что вы можете определить, каким предметом она получена.

– Во всяком случае, могу определить ножевое ранение, от прочих.

Он положительно кивнул, расстегнул пуговицы на рубашке, повернулся к ней спиной, и оголил спину. Ольга увидела узкий длинный тампон, перехваченный липкой лентой.

– Хотите взглянуть, то сделайте это, но при условии, что восстановите в прежнем виде.

И хоть ей было немного страшновато, она решительно подошла, и осторожно убрала липкую ленту с тампоном. Перед ней предстала, длинная рваная рана, от плеча вниз, до поясницы. Это было ужасное зрелище.

– Что это? – вырвалось у нее непроизвольно. Это она вас так? Но, за что?

– За что, не знаю, но она самая, граната.

Она была поражена видом раны, и тем, что он не разозлился, и не проявил агрессивных действий.

– Кто вы? Откуда граната?

– Хочу предупредить сразу. Я не герой, хотя награждён за это медалью. Да, не хочу, чтоб вы обо мне так думали. Это скорее последствие халатности. Наступил на растяжку, а она взорвалась. Можно сказать, легко отделался. Осколок вспорол мне спину, только и всего.

– Конечно, я понимаю, что эта рана не от ножа, и, безусловно, кровь на рубашке ваша. Только это не меняет сути происходящего. В порыве страсти, она исцарапала вам спину, повредив рану, и вы ударили ее ножом.

– Версия хорошая, только, снова несостоятельная. Как вы сказали, в порыве страсти, должна остаться моя сперма. Это же можно проверить, не так ли?

– Ладно, не в порыве, а в прелюдии. Вы стояли к ней спиной, предполагаю, это было здесь на кухне. Она шлепнула вас по спине, не зная, что у вас там рана. Скажите, рану вы получили в Чечне?

– Нет, в Дагестане.

– Вы военный?

– Теперь, уже видимо, нет. Теперь, будьте добры, прикрепите все это на место, а то у меня руки так не заворачиваются.

Она аккуратно приложила все и закрепила липкой лентой. Только теперь она поняла, что прилепить он себе это не мог. Тогда, кто ему это делает?

– В связи с этим, у меня вопрос, почему вы не в госпитале, если рана еще не зажила?

– Ненавижу лежать в госпиталях. Чувство беспомощности меня угнетает. Меня отпустили долечиваться домой.

– Значит, это ваш дом, да?

– Не совсем. А, вас Ольга Владимировна, интересует, моя автобиография.

– Меня Колесников, интересует личность подозреваемого. Кстати, не могли бы вы показать мне свой паспорт.

– Это всегда, пожалуйста. Мой паспорт лежит в письменном столе, вы можете посмотреть в любое для вас удобное время.

Если первоначально, она хотела посмотреть его документы, то учитывая то, что он не возражает, в этом необходимость отпала. Значит, он действительно Колесников Юрий Дмитриевич, и лгать не имеет смысла.