Танцы на снегу
Шрифт:
– Я поработаю лет пять или десять, потом уволюсь и выучусь на пилота, – сказал я.
– Да не уволишься ты! – Чиновница в сердцах шлепнула папкой об стол. – Тебе этого уже не захочется! Твои мозги разучатся чего-то хотеть!
– Посмотрим, – ответил я.
– Я ничего не подпишу, Тиккирей, – заявила чиновница. – Забирай свои документы и отправляйся в школу. Твои родители так о тебе позаботились, а ты…
– Вы не имеете права не подписывать, – сказал я. – Вы сами это прекрасно знаете. Если я выйду без подписи, то пойду в городскую социальную службу
Лицо женщины пошло красными пятнами. Она ведь и впрямь думала, что знает, как мне лучше.
– Подготовился? – поинтересовалась она.
– Конечно. Я всегда готовлюсь.
Чиновница снова раскрыла папку и стала подписывать бумаги. Чирк, чирк, чирк…
– В восьмой кабинет, там поставят печать и снимут копию, – сухо сказала она, возвращая бумаги.
– Спасибо, – поблагодарил я.
– Счастливых пяти лет, мозги в бутылке… – ядовито прошипела она.
Я не обиделся. Может быть, когда-то, как и Дайка, она сама мечтала летать в космос.
Конечно, на нашу планету не летают интересные космические корабли. Ну что у нас делать богатым туристам или военным? Раз в полгода заходит пассажирский лайнер, который следует до самой Земли, но у него экипаж наверняка укомплектован. Зато грузовики ходят каждый день. А на каждом грузовике, даже самом маленьком, должно быть десять – двенадцать расчетных модулей помимо основного экипажа.
Так что я взял немного денег: и остатки того, что выдали родителям, и свои капиталы, и даже набор антикварных монет, оставшийся от дедушки, – он на самом деле мало чего стоил, но монеты имели хождение. И отправился в космопорт. Вначале подземкой, из жилого купола в технический, а оттуда автобусом, через открытое пространство. Никто не обращал на меня внимания – может быть, думали, что я еду к родителям, работающим где-нибудь в порту.
Когда автобус остановился у гостиницы, я расплатился и вышел.
У нас, на Карьере, нет своего космофлота, нет и каких-то агентств по найму. Поэтому когда капитанам кораблей нужны расчетные модули, они просто идут в бар при космопорте и там ждут за кружкой пива. Я это слышал от взрослых, видел в новостях и теперь хотел попытать удачи сам.
Бар оказался вовсе не таким роскошным, каким выглядел по ти-ви. То есть да, там была и стена с автографами знаменитых пилотов, и кусок обшивки боевого корабля Империи, и стойка с инопланетными напитками, которые стоили совершенно безумных денег. Только все это было какое-то маленькое, и народу в баре оказалось человек десять. А я-то думал, что бар будет огромный, не меньше спортивного зала в школе…
В полутьме, сквозь которую плыли красивые голографические мороки, я прошел к стойке. Глянул на цены и обомлел. Стакан лимонада здесь стоил дороже, чем двухлитровая бутыль в магазине. Но деваться было некуда. Я достал самую крупную купюру из тех, что у меня были, купил кружку имбирного пива, забрал сдачу и забрался на высокий крутящийся стул.
Бармен –
– Извините, здесь есть капитаны кораблей? – спросил я.
– А, – сказал бармен. – Как же я не понял сразу… Нет, парень. В порту сейчас всего два рудовоза, и один уже в предстартовом отсчете.
– Скоро взлетает? – солидно спросил я и отхлебнул пива. Вкусное.
– Через пару минут, ты услышишь. Если хочешь, я выведу картинку.
– Что я, старта не видел? А как мне найти второго капитана?
– Хочешь наняться в расчетные модули?
Он не стал говорить про «мозги в бутылке» и поэтому сразу мне понравился.
– А как вы узнали?
Бармен усмехнулся:
– Что еще может делать подросток в этом баре? Пить имбирное пиво, которое стоит больше, чем обед в городском кафе? Тебе не капитан нужен, дружок. Капитаны нанимают настоящих космонавтов, модулями занимается старпом.
– Расчетные модули – тоже члены экипажа.
– Да, примерно как моя кофеварка. Хочешь кофе? Я угощаю.
Кофе мне хотелось, но я покачал головой. Парень посмотрел на меня, потом пожал плечами:
– На мозги капать не стану, они тебе еще понадобятся. Какой у тебя нейрошунт?
– Креатив-гигабит.
Кажется, он удивился.
– Да, неплохо. И все документы ты собрал? И родители подписали разрешения?
– Родители воспользовались конституционным правом. Неделю назад.
– Ясно. – Он отставил чашку. – Вон там, в углу, под железякой…
К прославленному сегменту брони имперского крейсера у него никакого уважения не было.
– Ну? – спросил я.
– Мужик, который хлещет водку, – старпом второго грузовоза. Поставь ему выпивку, так положено. И предложи свои услуги.
Я сразу покосился на прейскурант, но бармен вдруг накрыл его рукой.
– От кофе ты отказался, так что… Просто махни мне рукой, я подам.
– Спасибо, – пробормотал я. Цены на спиртное я успел заметить: если бы пришлось платить, то у меня бы не хватило даже на обратную дорогу.
– За такое не благодарят. Если уверен, что прав, то иди.
– Спасибо, – упрямо повторил я.
Бар вдруг мягко толкнуло. Сквозь затемненные окна пробилось красное сияние. Старпом за угловым столиком поднял рюмку, будто чокаясь с кем-то невидимым, и залпом выпил.
– С перегрузом пошел, на маршевых, – заметил бармен. – Ладно, решай, парень.
Я соскочил со стула и пошел к старпому. Мне не то чтобы было страшно – в конце концов, я готов был ездить сюда каждый день… но не станет же добрый бармен помогать мне каждый раз. Очень не хотелось упустить такую удачу.
Старпом поднял голову и внимательно посмотрел на меня. Перед ним стояла почти пустая бутылка, папа никогда бы столько не выпил. А космонавт даже не казался пьяным. Ему было лет сорок, и ничего особенного во внешности не было. Ни шрамов, ни космического загара, ни искусственных органов.