Танцор меча

Роберсон Дженнифер

Он прижимал дрожащие пальцы к царапине на шее.

– Холод, – прошептал он. – Какой холод…

– Таковы почти все женщины, – сообщил я и пошел искать Северянку.

3

Я нашел ее около лошадей. Она уже оседлала небольшого серого мерина, стоявшего неподалеку от моего жеребца, и привязывала к седлу кожаные фляги с водой. Белый бурнус остался в одном из хиортов Муна и на Северянке была только короткая туника. Солнце палило нещадно и,

глядя на ее белую кожу, я подумал, что к вечеру она станет красной, а блондинку ждет беспокойная ночь.

Она делала вид, что меня не замечает, а я прислонился плечом к шершавому стволу ближайшей пальмы и смотрел, как Северянка перекидывала на шею серого яркие желтые поводья и пробовала седло. Под палящим солнцем ее волосы казались почти белыми, а блеск серебряной рукояти меча слепил глаза.

У меня снова пересохло во рту.

– Собираешься в Джулу?

Она бросила на меня взгляд через плечо, не переставая заниматься подпругой.

– Ты сам все слышал.

Я пожал плечом – тем, которое не упиралось в дерево.

– Была там когда-нибудь?

– Нет, – она снова проверила подпруги, подобрала повод и, ухватившись левой рукой за короткую, жесткую гриву мерина, легко запрыгнула в седло, лежащее на ярком чепраке. Под Южным солнцем краски быстро выцветают, ярко-красный цвет желтеет, а потом становится коричневым. Северянка вдела ногу в медное стремя, обшитое кожей, боковой разрез туники распахнулся и я увидел стройное бедро.

Я проглотил комок в горле и попытался справиться с голосом.

– Одной тебе трудно будет добраться до Джулы.

Голубые глаза смотрели на меня с подкупающей искренностью.

– Трудно.

Я ждал. Она тоже. Про себя я скривился. Похоже было, что умение вести разговор к числу ее достоинств не относилось. Но это в женщине не главное.

Мы смотрели друг на друга. Она сидела на беспокойном сером мерине, покрытом слоем шафрановой пыли, а я стоял на ногах (тоже успев изрядно пропылиться, пока дошел от кантины до хиорта Осмуна), небрежно прислонившись к пальме. Сухие, ломкие листья почти не давали тени. Я покосился на женщину на лошади и решил еще подождать.

Она улыбнулась. Улыбка была очень личная, адресованная не мне, а развеселившей ее мысли.

– Это предложение, Песчаный Тигр?

Я снова пожал плечами.

– Чтобы попасть в Джулу, тебе придется пересечь Пенджу. Ты там когда-нибудь была?

Она откинула назад волосы.

– Я никогда еще не была на Юге… но сюда я добралась, – последовала многозначительная пауза. – Добралась сама.

Я хмыкнул и лениво погладил шрамы, пересекавшие мою правую щеку.

– Ты сама добралась только до той захудалой кантины, а сюда доставил тебя я.

Серый ударил копытом, поднял пыль и она повисла облаком в теплом воздухе. Потом облако медленно опустилось

и смешалось с песком. Руки Северянки, державшие поводья, сплетенные из лошадиной гривы и хлопковых нитей, действовали, казалось, независимо от нее. Кисти рук были тонкими и наверное очень сильными, потому что она легко сдерживала лошадь – мерин не стоял на месте, чувствуя всадника на спине. Но она, кажется, и не замечала, что серый нервно приплясывает.

– Я уже говорила, мне не нужен танцор меча.

– Пенджа – моя страна, – любезно объяснил я. – Большую часть своей жизни я провел там. А если не знать расположения колодцев и оазисов, из пустыни не выйдешь, – я показал рукой на Юг. Над землей поднимались волны горячего воздуха. – Видишь?

Она посмотрела. Пустыня тянулась на мили вперед и сливалась с горизонтом в бесконечности. А до сердца песков, Пенджи, было еще много часов пути.

Я ждал знакомого ответа «мне не нужен танцор меча». В конце концов, она просто женщина, а их гордость оборачивается глупостью, когда они хотят доказать, что могут сделать что-то сами.

Она рассматривала пустыню. Даже небеса побелели, удержав лишь у горизонта ободок медно-голубого, пропитанного пылью сияния.

Северянка поежилась. Поежилась так, словно замерзала.

– Кто создал все это? – внезапно спросила она. – Что за безумный бог превратил плодородную землю в мертвую пустыню?

Я пожал плечами.

– Есть легенда. В ней говорится, что когда-то Юг был зеленым, прохладным и плодородным. А потом два брата-чародея устроили поединок, чтобы решить, кто будет править миром.

Она повернула голову, чтобы взглянуть на меня, и я встретил ясный, прямой взгляд.

– Предположительно они друг друга убили. Но перед этим успели разбить землю на две части: Север и Юг. Два мира, разных как мужчина и женщина, – я улыбнулся, показывая, что сказка закончена. – Ты не согласна?

Она поудобнее уселась в седле.

– Ты не нужен мне, танцор меча. Мне не нужен ты… и мне не нужен твой меч.

Взглянув на нее, я понял, что она отказывает не Разящему. Одинокая женщина, независимо оттого, прекрасна она или нет, быстро узнает, чего хотят от нее мужчины. Я не был исключением, но от такой откровенности растерялся.

Пришлось снова пожать плечами.

– Я всего лишь пытаюсь предложить тебе свою помощь, баска.

Если подвернется шанс, я покажу ей, чего стою с мечом… с двумя мечами.

Я увидел, как дернулся уголок ее рта.

– Что-то ты не похож на инвалида. А иначе зачем танцору меча с твоей репутацией предлагать свои услуги в качестве проводника?

Это предположение задело мою гордость. Я нахмурился.

– Раз в год я обязательно езжу в Джулу. И как раз собирался отправляться.

– Сколько ты хочешь?