Танат 3
Шрифт:
— Предлагаете выпить, сэр? — сразу загорелся мой собеседник. Ох, сильно он не угадал.
— Предлагаю вам побоксировать, сэр. Вам ведь знакомо это искусство?
— О, и очень хорошо, сэр.
Когда мы покинули комнату и прошли зал с оламами, Стрелок заметил дергающуюся оболочку в одной из капсул.
— Интересно. Видел только умершие матки, в старых комплексах. А тут… Тел мало, но что с ней?
— Пробуждение. Установка матрицы камня души. До пробуждения примерно полтора цикла. Успеем поговорить по-мужски.
—
Ещё один плюс от изучения тела Стрелка в олдире. У меня есть карта его телесных реакций, так что с помощью тонкой акустики димортула, которую не засечь, могу считывать реакции собеседников. Да, я опять не спрашивал, есть ли такое в доспехе. Дим подсказал. Если вкратце, то Стрелок взволнован.
— Она. Если что, не советую пытаться её на перерождение отправить.
— Ха, в мыслях не было. Пошли уже драться.
Смачный удар пришелся в грудную пластину Стрелка. Его кулак оцарапал мне челюсть. Ну, димортулу, однако мне больно. Чтобы драться честно, я отключил глушение боли, а заодно и подключился к ощущениям живого доспеха. Дим мне, да и я сам себе, мне спасибо не сказал. Спина, куда прилетел отравленный диск, просто огнем горела. Потому нормально корпусом уклониться влево не мог, блокируя предплечьем удары в челюсть.
Схватка длилась уже больше двадцати микроциклов, а это больше получаса. Пора завязывать. Тем более, что никто не мог одержать верх. Мы просто тупо обменивались ударами. Сначала интенсивно, а сейчас уже медленнее. Усталость после интенсивного спарринга накопилась. Смысл продолжать, когда ты и так видишь удалы противника и просто вяло отмахиваешься. Стрелку это тоже стало надоедать.
Расцепив клинч, мы расходимся и принимаем стойку. Обоих шатает, нет сил даже ногами челночок изобразить. Смотрим друг на друга, поднимаем праве кулаки и, не сговариваясь, бьём перед собой. Костяшки ударяются друг о друга, замираем и тяжело дышим. Чуть сгибаю руку и раскрываю ладонь. Стрелок повторяет жест, и мы снова сцепляем руки. Но теперь это крепкое рукопожатие двух мужиков, что реально уважают друг друга. Нет, он реально техничный боксер. Хоть у него и немного непривычная стойка и ударная техника.
— Картер. Джеймс, — шипит Стрелок. Его грудь тяжело вздымается. — Тридцать седьмой кавалерийский полк Конфедерации. Вирджиния. Для друзей и врагов просто Стрелок. Для совсем близких друзей Джкар.
— Суханов. Никита. — Мне тоже тяжело дышать, но я представляюсь в ответ. До сих пор не могу привыкнуть, что это моё имя. — Для друзей и врагов просто Нико. Содружество Земли. Старший инспектор Департамента Чрезвычайных Ситуаций. Командир специальной группы «Аид». То есть я был в прошлой жизни профессиональным… Спасателем, скажем так.
Стрелок начинает неприлично хихикать.
— Меня подловил кто-то вроде пожарника. С ума сойти. Но ты достойный
— Аналогично, Стрелок. Тоже беру свои слова обратно. Ты не ряженный, ты настоящий кавалерист и южный джентльмен.
— Ага, у меня и конь есть, — ржет вдруг этот головорез. — Но корпусом ты отчасти слабо работал. Странно уклонялся.
— Рана от диска. Тила в спину выстрелила.
— Из гуншера? Ты жив и ходишь с такой раной? Тогда верю насчет устойчивости к ядам. Она диски такой дрянью мазала.
— Фух, тогда снова отключу боль, а потом пойду по делам. Столько всего надо успеть.
— Так ты ещё и боль мог отключить. Ну ты хорош. Кстати, а что дальше?
— Хочу кое-что проверить снаружи. Заодно соберу камни тех боевиков Тшира, что мы заземлили. Сдам на хранение.
— Размозжить их надо. Но, — Стрелок вздохнул, — мне тоже поручения дали, как очнулся. Реды вне сектора нужны. Еще ребят спасать от Вальта. Кстати. Ты Ринтара упомянул. Что с ним?
— Перезапись камня души. Отдам чуть позже. Может тут оболочка найдется.
— Нет. — Стрелок вдруг напрягся. — Что отдашь — спасибо. Но ситуация сложная. Поверь, будет лучше, если мы его вернём попозже. Как ситуацию снаружи провентилируем.
— Ладно, — поднимаю я руки. Мы дошли до кильма и поехали вниз. — Твоё дело. Не лезу. Но, сразу говорю, убить не дам. Принципы.
— Как ты с ними ещё жив? Хм, а ты кильм ещё и без чагса запустил.
Черт, вот так и прокалываются на мелочах. Учтём на будущее. Попади я сразу во внешний мир, то давно бы уже спалился.
— У тел Вестников бывают свои плюсы. А принципы у меня нормальные. Можешь сказать, что я не приспособлен к жизни здесь. Ни удачи, ни надежды, ни милосердия — эти правила имеешь ввиду?
— Они самые. Интересно, как на тебя Танат смотрит? Не ощущал никогда затылком странный взгляд, а вокруг никого? Особенно если ты один в пустой комнате.
Тут уж я слегка вздрагиваю. Ощущал. И не только взгляд, но и эмоции. А уж то странное видение наверху.
— Понятно, — протянул задумчиво Стрелок. — Мне на восемьдесят третий надо.
— Уже сказал. Мне ниже.
Дальше ехали молча. Ясно, что Стрелок будет зачищать трупы мутов и отряд Тилы. Видимо такие поручения ему дали.
— Да, Нико. За подарок спасибо. Тшир был редким говнюком. Дрался грязно. Потом расскажешь, как его подловил. Мне пора, а то духи Таната мне статус снимут, а этого здесь лучше не допускать.
Так видимо местные Хранителей зовут.
Внизу я опустился до третьего уровня. Может встречу Макса, пока он со своей стаей не ушел. Вот прикипел я к этому муту, который меня сильно выручил. Однако, когда мембрана разошлась в стороны, я услышал вдалеке визги и крики. Знакомые притом. Так химеры и шавки кричат.