Тамерлан

Рой Лия

– Я… – удивительно, но, кажется, новый знакомый не мог подобрать слов. Застыл, будто бы в нерешительности, нахмурившись. – Я был неправ, – выдал он, отпуская меня. Правда, что толку? Я все равно осталась стоять очень близко. Дверь позади не давала особо отодвинуться. – Позволь загладить вину.

– Просто отпустите меня, пожалуйста… – прошептала я, совершенно не желая думать, зачем он привез меня именно домой и что именно собирался сделать в случае, если драгоценная вещь не вернулась к нему.

По спине пробежался

холодок. Тамерлан выглядел как человек, способный… на многое.

– Нет…

– Что?! – Наверное, сейчас я походила на тот дурацкий смайлик из интернета с буквой О. Боже мой, что ему еще от меня было нужно? Я и так была до чертиков перепугана…

– То есть… я хочу сначала извиниться.

Я не хотела никаких извинений, но сказать «нет» этому человеку оказалось просто невозможно. Он даже не стал слушать моих возражений. В очередной раз схватил и потащил в направлении, известном только ему.

В принципе, все оказалось не так уж и плохо. Точкой Х стала огромных размеров кухня, сотворенная будто изо льда. Белый цвет был повсюду и едва не ослеплял вошедшего.

Тамерлан усадил меня за стол, через пять минут передо мной оказался кофе, сваренный им лично, а через пятнадцать – королевских размеров обед. Последний, к слову, ему откуда-то привезли. А привезли и ровно через столько, через сколько он велел, потому что по телефону он разговаривал так, что, по всей видимости, возражать ему боялись, если не все вокруг, то уж не я одна точно.

– Ешь, – он кивнул на еду, стоявшую передо мной, а сам устроился напротив, потягивая лишь кофе.

– Почему Вы так ведете себя с людьми? – Вопрос сорвался с языка прежде, чем я успела его обдумать, и получился каким-то по детским глупым, наивным. Однако, он сумел удивить Тамерлана.

– А как вести себя с обслуживающим персоналом?

– Но они же люди… – прикасаться к еде, пусть и роскошной, и так не было желания, а уж после ответа хозяина дома и вовсе пропали любые зачатки аппетита.

– И? Я плачу достаточно, чтобы эти самые люди понимали, что им и когда делать. Разумеется, если они не согласны с этим, я всегда могу найти других, – холодно отчеканил Тамерлан, делая глоток терпкого, натурального кофе из белоснежной фарфоровой кружки. Что за помешанность на этом цвете? Ощущения были, словно мы в больнице…

– Понятно… – я покивала. – Я могу идти?

– Не притронулась к еде, – констатировал он. А мне так сильно захотелось вдруг сказать, что, да, не притронулась, потому что рядом с ним возникает лишь одно желание – бежать. Но я предусмотрительно промолчала. Мало ли, что он был за человек и что на сей раз ему придет в его ненормальную голову?

– Я… мне, наверное, пора…

– Что у тебя там были за проблемы?

– А какая Вам разница? – Боже, ну, почему у меня мурашки шли по телу от его вкрадчивого голоса?

– Я же сказал, хочу загладить вину.

Если я в чем-то ошибаюсь, то стараюсь это исправить. Разве не так нужно поступать? Или тебя в детстве учили другому?

– Проблемы, как проблемы, – вяло огрызнулась я, сомневаясь в том, стоит ли посвящать этого человека в их суть. А, впрочем, разве был у меня выбор? Этот его взгляд… цепкий, словно у хищника, тяжелый, требовательный. – Выгнали из универа, я же говорила…

– За что? Прогулы или неуды?

– Что? – Я возмутилась. – Я ни одного занятия не пропустила за все четыре года! На занятия приходила даже с бронхитом и температурой под сорок!

– Ладно-ладно, – он усмехнулся. – Так расскажи, за что именно.

– Из-за мужчины, – выдала я, скрещивая руки на груди и бросая вызов своему новому знакомому. – Такого же, как Вы. Считающего, что весь мир должен крутиться возле него, такого единственного в своем экземпляре и особенного. Амбициозного, властного и не терпящего отказы. Посчитавшего, что можно полезть в трусы к любой и ни одна ему не откажет.

– А ямочки у него на щеках такие же очаровательные, как у меня? – Тамерлан улыбнулся, демонстрируя их.

Погодите-ка, этот психованный кремень мог шутить? Мог улыбаться? Разрази этот мир!

– Надо же…

– Так он полез к тебе?

– Да. И получил отказ. Много отказов. А затем получил по морде. – Я довольно вздернула подбородок, заставляя собеседнику усмехнуться. А что это ему вдруг так весело стало?!

– Поэтому выгнали?

– Он влепил неуд. Нажаловался в деканат, затем, ректору. Неподобающее поведение… – я опустила взгляд. Черт, даже звучало стремно.

– Ясно. – Тамерлан раздумывал всего несколько секунд, затем неожиданно протянул мне свой дорогущий смартфон. На автомате я взяла его и поняла, что открыто приложение с заметками. – Пиши все свои данные. Фамилию, имя, курс, группу, факультет, имя преподавателя, декана.

– Вы… Вы серьезно? – Я подняла на мужчину недоверчивый взгляд. За последние несколько дней он успел вытрепать мне немало нервов, но отказываться от такого шанса…

– Вполне. Сегодня пятница, – словно обдумывая что-то, медленно выдал он, – к понедельнику все будет готово. С утра можешь идти на занятия, к вечеру – место в общаге тебе восстановят.

– Но…

– Пиши, сказал.

Что было делать? Возражать и выпендриваться в моем случае? Как минимум, глупо. Молчу про то, какая надежда расцвела во мне за эти считанные минуты…

Если был хоть какой-то шанс вернуть себе прежнюю жизнь, то стоило смело забивать и на странное поведение Тамерлана, и на его агрессивный характер. К черту все! Зато через полгода у меня будет диплом, а в течение этих шести месяцев я буду обеспечена жильем и стипендией.

– Можешь до этих пор остаться у меня. Приставать не буду, даю слово.