Шрифт:
Горячев открыл дверь и вошел, оказавшись в полной темноте. В полнейшей, самой густой, какую можно вообразить.
В общем, ничего нормального тут не было… Выйдя из зала, где демонстрировался фильм ужасов, он отправился в туалет и встретил охранника. Тот слонялся по этажу.
Горячев спросил, куда ему лучше пойти.
Охранник поглядел на него мудрыми коровьими глазами и указал на серую дверь.
– Только
– Почему? – спросил Горячев. В мочевом пузыре скопилось достаточно жидкости – литр пива, выпитый перед сеансом.
Пришло время расплаты за удовольствие.
– Просто так…
– Да почему?
– Там кто-то есть, – сказал охранник.
Горячев поморщился. Не хватало еще слушать всяких ненормальных. Пиво просилось наружу. Надо было срочно принимать меры…
…Поэтому за порог он шагнул без колебаний, не думая. Теперь Горячева окружала непроницаемая тьма. «Что за бред?» – подумал он. Рубашка прилипла к спине. Воздух был тяжелым. И вообще – тут стоял какой-то странный запах, трудноопределимый, но знакомый.
Горячев повернулся вокруг оси, точно зная, что дверь находится за спиной… Протянув руку, он не нашел ее. Пальцы сжались в пустоте. К делу подключилась другая рука – с таким же результатом.
Тут Горячеву стало не до формальностей. Он расстегнул ширинку, чувствуя, что скоро лопнет. Но не так-то легко оказалось перешагнуть через рефлекс. Прижимая руки к поясу брюк, он побежал в темноту. Если, к примеру, в туалете погас свет, то кабинки-то никуда не делись! В мыслях вертелось одно-единственное: надо срочно помочиться.
Только не мешкать!
До него не сразу дошло, что чем дальше он бежит, тем ненормальней становится его положение. Он ощущал пол у себя под ногами, но это было единственное, что относилось к реальному миру. Горячев ожидал встретиться со стеной или споткнуться обо что-нибудь, но даже с этим ему не повезло.
Он позвал на помощь, один раз, второй. Его донимала боль в мочевом пузыре, но появилось и другое, более серьезное: ужас и паника рвались наружу из самого сердца. Вокруг не было ничего. Даже эха. Звук шагов мог бы охарактеризовать пространство как замкнутое, но это не подтверждалось опытом. Куда бы Горячев ни шел, он всюду встречал только пустоту. Это был не зал, не туалет… А что?
Пот превратил
Горячев закричал во все горло.
Никто не ответил. Здесь никого не было.
Горячев вспомнил охранника и его почти ничего не выражающие глаза, но этот образ вытеснила паника. Он уже вопил во все горло, мечась из стороны в сторону. «Там кто-то есть», – так сказал охранник. Но это же неправда! Здесь все наоборот – совершенно никого, ни единой живой души.
– Помогите! На помощь!
Горячев остановился после продолжительной пробежки в пустоту. Сердце стучало на пределе, глаза лезли из орбит. Не хватало воздуха.
Происходящее не укладывалось в голове. Горячев всхлипнул, чувствуя, как сознание уплывает в царство сумерек. Он перебрал все варианты, до каких могла дотянуться его фантазия, но так ничего и не нашел. Ни малейших зацепок.
– Помогите! Пожалуйста! Люди!
Через полчаса Горячев решил, что всего-навсего спит. Выпил пива и уснул в кресле.
Однако щипки и пощечины ничем не помогли.
Горячев расплакался и пошел дальше.
Странный запах, который он слышал раньше, стал явственней. Источник его двигался – приближался. Горячев замер. Может, это и есть спасение? Очень даже может быть!
Тут ему пришла в голову свежая мысль. Странно, что он не додумался раньше. Горячев давно позабыл о туалете – ему надо было выбраться отсюда любой ценой… Что бы не представляло из себя это место… Он достал зажигалку и начал крутить колесико. С пятой попытки получилось. Горячев выставил руку с зажигалкой перед собой. Источник запаха был рядом, совсем близко… Да вот же он, смотрит!..
Внезапно Горячев понял, почему запах был таким знакомым. Так пахло рядом с клетками, где содержались дикие звери, но только в этом случае он увидел не просто зверя…
Горячев кричал, а моча потоком лилась по его левой штанине. Кричал, понимая, что охранник все-таки был прав в своем предостережении.
«Там кто-то есть!»
…Девушка тронула охранника за плечо.
– Извините, где у вас туалет?
Тот поглядел на нее мудрыми коровьими глазами.
– Вон там. Только я бы не советовал…
– Почему?