Там (Город крыс)
Шрифт:
– Привет, – сказал Блум, забираясь на заднее сиденье. – К ближайшей станции монорельса.
– Я уже получил маршрутное предписание… господин?..
Блум проигнорировал вопросительные интонации голосового модулятора автоэла. Сейчас у него не было настроения играть в дурацкие игры с придуманными именами.
Откинувшись на спинку, Блум лениво поглядывал в окно. Ничего интересного там не было. Все те же одинаковые жилые дома, обнесенные живыми изгородями из ровно обрезанного на высоте полутора метров кустарника, и тянущиеся вдоль дороги газоны с травой, похожей на густое ковровое покрытие.
– Господин
– Собираюсь, – настороженно ответил он и, на всякий случай, взялся за дверную ручку.
Вполне вероятно, что вопрос, заданный автоэлом, был вполне невинным, – управляющий машиной робот просто заботился, чтобы пассажир не заскучал. Но с таким же успехом можно было предположить, что голосовым модулятором автоэла решил воспользоваться инфор, которого заинтересовал человек, собравшийся прокатиться куда-то по монорельсу.
– Скажи, когда мы проедем половину пути, – приказал Блум автоэлу.
– Мы уже проехали…
– Останови!
Резко взвизгнув тормозами, автоэл круто свернул вправо и, едва не зацепив передним крылом бордюрный камень, остановился.
Блум распахнул дверцу и, подхватив с сидения рюкзак, выпрыгнул из машины.
– Господин…
– Дальше я пойду пешком, – не поворачиваясь к машине спиной, Блум сделал шаг назад.
– Но мы ещё не достигли конечного пункта нашей поездки, – обиженно произнес автоэл.
– Я сказал, что пойду пешком! – повысил голос Блум. – Все! Убирайся! – ударив ногой, он захлопнул остававшуюся открытой дверцу. – Ты мне больше не нужен!
Автоэл как будто даже с обидой фыркнул двигателем, немного сдал назад и, выехав на середину улицы, покатил в ту же сторону, куда направлялся Блум. Вскоре он превратился в едва заметную зеленую крапинку на сером дорожном покрытии улицы.
Блум по привычке глянул по сторонам, закинул рюкзак на плечо и размеренной походкой направился в сторону, где, в соответствии с планом, должна была находиться станция монорельса. Если большую часть пути он уже проехал, то идти оставалось не более пятнадцати минут. Колено Блума больше не беспокоило, так что можно было и прогуляться.
Блум посмотрел на нарисованное небо. Несомненным достоинством путешествия по Городу являлось то, что можно было не беспокоиться относительно внезапной непогоды. Дождь в Городе шел только рано утром, строго по расписанию, а о иных проявлениях природных стихий можно было и вовсе забыть.
Блум провел рукой по верхнему краю живой изгороди. Впечатление было такое, словно ладонь слегка царапали концы перепутанных проводов. Затем ладонь скользнула по гладкой, словно покрытой слоем пластика, коре дерева с аккуратной, идеально ровной пирамидальной кроной. Ничего иного, кроме тактильных ощущений, Блум не почувствовал. Загадка, каким образом от общения с природой следовало получать удовольствие, так и оставалась неразгаданной.
Мысли Блума переключились с полуискусственной городской природы на производственную зону, занимающую, по словам робота-привратника, весь Первый уровень Города.
Прежде Блуму как-то даже и в голову не приходило, что Город не может состоять из одних только жилых кварталов. Где-то ведь должно было производиться все то, что каждый житель
Блуму почти ничего не было известно о том, что представляет собой современное производство. Но даже того, что он помнил из общеобразовательного курса нормальной школы было достаточно, чтобы подумать о том, что организация любого производства предполагает доставку сырья и вывоз отработанных материалов. Даже в условиях безотходного производства должно осуществляться определенное перемещение объектов труда и расходных материалов. Поскольку никаких крупных транспортных артерий в Городе не было, можно было предположить, что необходимые жителям товары изготовляются мелкими производственными единицами, обслуживающими две-три улицы на верхних уровнях.
Блум уже начал было подумывать, не стоит ли изменить намеченный маршрут и вместо поездки на монорельсе, которая, по всей видимости, не преподнесет ничего особенно интересного и принципиально нового, спуститься на Первый уровень? Помимо того, что просто любопытно было бы взглянуть, что собой представляет и как функционирует городская инфраструктура, посещение Первого уровня могло быть полезным и с точки зрения той основной задачи, которую ставил перед собой Блум. Почему бы не поискать выход из Города в местах, непредназначенных для посещения людьми?..
– Идущий!
Блум вздрогнул, словно в него попал брошенный кем-то камень.
– Идущий!
Блум судорожно дернул шеей, оглядываясь по сторонам.
– Идущий!
С противоположной стороны улицы в его сторону двигался человек.
Наверное, можно было даже сказать, что человек бежал, только бег его носил весьма странный характер. Создавалось впечатление, что все части его тела двигаются, как у сломанной куклы, совершенно произвольно и независимо друг от друга. Ноги незнакомца подгибались в коленях, а тело при каждом шаге откидывалось назад. При этом он то и дело всполошенно взмахивал руками над головой. Со стороны казалось, что человек вот-вот должен упасть, и только каким-то чудом ему удается сохранить равновесие.
– Идущий…
Добежав до Блума, человек раскинул руки в стороны и, по-прежнему двигаясь своей странной вихляющей походкой, описал вокруг него неровный круг.
– Идущий… – произнес он на выдохе одними губами и, пошатнувшись, едва не упал.
Его спасла от падения только расторопность Блума, успевшего подхватить незнакомца под локти. Силы совершенно оставили странного человека, и он как куль повис у Блума на руках.
Блум растерянно огляделся по сторонам. Улица была пуста, если не считать его самого и человека, которого он держал.
Блум сверху посмотрел на его голову. На ней почти не было волос, а сухую, морщинистую кожу, обтягивающую череп, покрывали фиолетово-коричневые пигментные пятна.
Блум приподнял человека и, оттащив его чуть в сторону от дороги, усадил на газон.
С неимоверным трудом человек приподнял голову. На Блума глянули тусклые слезящиеся глаза с белками, покрытыми частой сеткой красноватых прожилок.
– Идущий, – едва ли не с благоговением произнес человек.
Блум помог незнакомцу подвинуться так, чтобы он мог сидеть, прислонившись спиной к стволу дерева.