Там (Город крыс)
Шрифт:
– Да-да-да, – поддержала Лизу одна из подруг. Та, которую, кажется, звали Вильгельмина: – Лиза как раз пересказывала нам вашу восхитительную «Земляничную поляну».
– И чем же она вас так восхитила?
– Ну как же… – Вильгельмина выглядела растерянной. – Это же ваш последний роман, – нашлась она наконец.
– Должен вас разочаровать, – заметил Блум, – после «Поляны» я уже успел написать ещё кое-что.
– Да? Как интересно! – восторженно округлила свои и без того огромные глаза Мейла.
Блум взял со стола бутылку красного вина и наполнил свой бокал.
– Не желаете? – спросил он, нацелив горлышко бутылки в сторону
Все три мгновенно прикрыли свои бокалы ладонями.
– Извините, – криво усмехнулся Блум, – я давно не бывал на приемах и, наверное, разучился вести себя в обществе. – Он залпом осушил свой бокал и вылил в него остатки вина из бутылки: – Я хотел как лучше… Честное слово.
– Все в порядке, Сти, – успокаивающе коснулась его руки Лиза, – просто я хочу выпить шампанского.
Лиза взяла со стола открытую бутылку шампанского и плеснула немного в свой бокал. Точно так же поступили и Вильгельмина с Мейлой. Но ни одна из них даже не пригубила свой бокал.
– За прекрасных дам! – отсалютовал бокалом Блум и выпил в одиночестве.
– Так ты расскажешь нам о своей последней работе? – задала вопрос Лиза.
– Да-да, расскажите, – присоединилась к её просьбе Вильгельмина.
– Это новый роман? – спросила Мейла. – Как он называется?
– То, что я сделал, скорее всего, следует отнести к разряду экспериментальной литературы, – снова усмехнулся Блум. Поставив бокал слева от себя, он положил руки на стол. – Неделю я сидел за клавиатурой и без какого-либо смысла тыкал пальцами во все буквы подряд. После этого я оформил получившееся крошево из знаков и букв как рукопись, присвоил ей название «Белиберда» и запустил в сеть инфора. Через пару дней начали поступать первые отзывы критиков. И что удивительно, среди них не было ни одного отрицательного. В них говорилось о смелом поиске новых литературных форм и нетрадиционных выразительных средств; о дерзком эксперименте молодого, но, несомненно, талантливого автора; о том, что для того, чтобы понять произведение, требуется серьезная подготовка; о бесспорном влиянии на роман целого ряда произведений классической литературы. Но ни один из рецензентов не сказал, что это просто белиберда. О чем, собственно, говорит само название рукописи. Как вам это нравится?
– Неужели это правда? – удивленно взмахнула ресницами Мейла.
– Чистейшая, – заверил её Блум. – Если сомневаетесь, можете заказать роман Стили Блума «Белиберда» через сеть инфора.
– Ничего удивительного, – уверенно и, как показалось Блуму, немного обиженно заявила Вильгельмина. – Вы просто играли не по правилам.
– Простите? – непонимающе посмотрел на неё Блум. – Я не совсем понимаю, что именно вы хотите этим сказать?
– Вы предложили набранный вами бессмысленный текст в качестве литературного произведения. Именно с этой точки зрения оно и рассматривалось критиками.
– Но это же глупо!
– Почему?
– Да потому что с первого взгляда на текст ясно, что перед тобой полнейшая бессмыслица!
– А, может быть, вы, сами того не подозревая, открыли новый жанр?
– Да? И как же он будет называться?
– Белиберда! – опередив всех, воскликнула Мейла. Женщины весело засмеялись.
– Бред какой-то, – раздраженно дернул подбородком Блум.
– А мне это кажется забавным, – сказала с улыбкой Лиза.
– Забавно? То, что любой недоумок, даже не удосужившись научиться грамоте, но умеющий нажимать пальцем на
– Вы напрасно так горячитесь, – манерно растягивая слова, произнесла Вильгельмина. – Для того, чтобы подобное произведение получило благосклонные отзывы критики, его автором должен быть именно Стили Блум, а не кто-то иной.
– То есть вы хотите сказать, что автор должен быть профессиональным литератором, в противном случае так называемое «произведение» не будет воспринято всерьез?
– Именно так, – величественно склонила голову Вильгельмина.
– А вы знаете, что для того, чтобы получить лицензию на право архивировать свои произведения в электронной библиотеке инфора, достаточно ознакомиться или просто сделать вид, что ознакомился, с теоретическим курсом словесной эстетики? Я занимался изучением вышеназванного курса весьма серьезно, и у меня ушло на это чуть больше трех месяцев.
– Вы думаете, что кому-то может прийти в голову получить лицензию писателя только для того, чтобы заполнять библиотеку инфора бессмысленными наборами букв, выдавая это за литературные произведения? – с показной иронией поинтересовалась Мейла.
– А почему бы и нет?
– С таким же успехом можно предположить, что кто-то захочет получить лицензию врача для того, чтобы давать пациентам вредные советы, – сказала Вильгельмина.
Довольная придуманным силлогизмом, она улыбнулась и пригубила бокал с шампанским.
– Но это же ужасно, – с благоговейным негодованием выдохнула Мейла и посмотрела на Блума.
Вопреки её ожиданиям, Блум не стал возражать.
– Именно так, – сказал он. – Мы не застрахованы от идиотов.
– Абсурд! – резко, со сдерживаемой злостью, бросила Вильгельмина.
– Как и вся наша жизнь, – мило улыбнулся ей Блум.
– Подобное может вообразить себе разве что только писатель, – мягко заметила Лиза.
Реплика её была направлена на то, чтобы попытаться снизить резко подскочивший вверх эмоциональный градус разговора.
– Естественно, – не стал спорить Блум, – людям творческих профессий, как объяснил мне недавно твой муж, вообще свойственно время от времени выкидывать всякие глупости. Так что и мне, наверное, можно кое-что простить.
– Например? – приподняв тонкую бровь, строгим голосом спросила Вильгельмина.
– Например то, что я предложил наполнить ваши бокалы из бутылки, которой для вас не существует.
– Но ведь вы же сделали это не нарочно? – с надеждой спросила Мейла.
– В этот раз – нет. Но, честно признаться, я довольно-таки часто прибегаю к этому тесту.
– И с какой же целью? – спросила Лиза.
– Чтобы узнать, существует ли мой собеседник на самом деле.
– То есть? – удивленно переспросила Лизы.
– Призраки не пьют. Ни воды, ни вина, – вообще ничего. Я даже думаю, что влага им противопоказана.
Откинувшись на спинку стула и приложив палец к губам так, словно делая знак сохранять молчание, Лиза с интересом посмотрела на Блума. Она понимала, что Стили, конечно же, шутит. Но делал он это настолько убедительно, с такой неподдельной искренностью, что у Лизы невольно создавалось впечатление, что все это он не раз обдумывал наедине с собой на полном серьезе. Хотя, может быть, она просто давно не видела Блума и успела забыть, как ловко он умеет преподносить свои подначки и шуточки.