Там где ты

Кутузова Анна Владимировна

– Ага, легко сказать.

– Ну, попробуй пожаловаться на ногу. Пусть посочувствует.

– Даг, ты думаешь, что говоришь?!
– вскричал Майк.
– Да это только жалость вызовет, а не сочувствие. Она сама нуждается в поддержке и защите. Много ты видел женщин, участвующих в таких операциях?

– Нет, не видел - Даг озадаченно почесал затылок.

– А она не жалуется, не истерит,

а тихо делает свою работу, и только по ночам тихонько, чтобы никто не видел, плачет.

– Ну ты картину нарисовал! Я сейчас сам заплачу!
– заржал Даг и легко толкнул Майка.
– Ладно, Майк, всё наладится!

Разговор перешёл в лёгкую дружескую потасовку. Всё-таки, парни были ещё довольно молоды и за эти тяжёлые военные годы не до конца растеряли способность наслаждаться простыми человеческими радостями. Скинув напряжение, Майк заверил Дага, что сейчас придёт спать, а сам вернулся в отсек, где оставил своего нового знакомца. Тот был на месте. Майк разглядел его только потому, что точно знал куда смотреть.

– Ну, и что мы с тобой будет делать?
– повторил он свой вопрос. Необычное разумное растение отделилось от стены и заковыляло в его сторону.
– Надо тебя спрятать, а то парни могут прибить сгоряча.
– Абориген резко принял форму закрытой луковицы и сменил цвет на красный с оранжевыми разводами.
– Ох, и ничего себе! И имя тебе нужно подобрать ...- продолжал рассуждать вслух Майк. Растение приоткрыло листья и высунуло из куста лохматую макушку.
– О! Будешь Арти! Ты же похож на артишок. Я видел такой на Земле, в ботаническом саду.

Майк прошёлся по немногочисленным отсекам шаттла в поисках какой-либо плошки. На глаза ему попался невысокий прямоугольный ящик, в котором раньше лежали запасные иридиевые батареи для экзоскафандров. Майк установил его в самом дальнем углу пассажирского отсека, за компенсационными креслами. Из стационарного универкуха он достал контейнер с водой и вылил её в лоток. Арти медленно поковылял к своему новому месту. Он брезгливо протянул один корешок и обмакнул его кончик в воду.

– Тебе придётся или привыкать, или уходить отсюда. Колы у нас очень мало, а вот воды пока в достатке.

Арти обречённо полез в лоток. Чтобы подсластить пилюлю, Майк вылил из банки остатки колы прямо в воду, немного разбавив её. Благодарное растение подняло все свои длинные гибкие листья и явно воспряло духом.

– Что же, Арти, попробуем привыкнуть друг к другу, - сказал Майк и отправился спать в их походный дом.

Глава 26

С утра мы собрались всей командой на оперативку. Профессор Киморо озвучил результаты наших первых исследований по образцам, собранным внутри защитного периметра.

– Таким образом,

уважаемые, для исследовательской работы нам крайне необходимы образцы истинной флоры или фауны.

– Я правильно вас понял, профессор - обратился к нему Майк, - все те твари, с которыми мы сражались, были искусственно созданы?

Профессору пришлось изложить нашу гипотезу. Ответом нам была абсолютная тишина. Лица у всех были крайне озабоченные. И я могу их понять: одно дело, когда ты сражаешься с обычным врагом и совсем другое, когда против тебя воюет целая планета, обладающая практически неисчерпаемыми ресурсами.

– У кого есть какие-нибудь дельные соображения?
– спросил Майк.

– Сэр, можно?
– неожиданно поднялся Питт.

– Да, Питт, мы внимательно слушаем тебя.

– Помните, я обратил ваше внимание на кочки, находящиеся не так далеко от границы защитного периметра? Так вот, я пока был на дежурстве, понаблюдал за ними, и то, что я увидел оказалось весьма интересным. Они исчезают на закате и появляются вновь с рассветом. Я думаю, что если попробовать выйти за периметр ночью, а вернуться до рассвета, то может получиться. Майк взял долгую паузу. В это время все напряжённо молчали, понимая всю важность момента. Наконец, он поднял голову и быстро окинул взглядом всех собравшихся.

– Риск очень велик, но это пока единственное дельное предложение. Нужно тщательно продумать все этапы такой вылазки, и только тогда приступать.

После оперативки мы с профессором занялись единственным доступным для нас образцом - остатками чудом уцелевшей травы. Честно говоря, было не по себе от того, что кто-то выйдет за границу периметра. Мне ужасно всё это не нравилось. Представьте себе: бродить в ночи по совершенно незнакомой планете, постоянно ожидая нападения или столкновения с местной флорой-фауной, которая сама по себе тоже может оказаться опасной. Наверное, моё внутреннее состояние отражалось на моём поведении, потому что ко мне подошёл Питт и сказал:

– Вера, ты не волнуйся так. Я смогу провести ребят так, что ни одной травинки не заломаем.

– Я пытаюсь, Питт, но мне страшно. Я так к вам ко всем привязалась, что переживаю за каждого! Капитан сказал уже, кто пойдёт?

– Да. Пойду я, Эдар и сам капитан.

Я вытаращила глаза.

– Как?! Почему такой выбор?

– Ну, я же следопыт, поэтому со мной всё ясно. Дож Эдар сам вызвался. Он сказал, что на их родной планете всегда сумерки, и он в темноте отлично видит и без приборов ночного видения. А капитан сказал, что не может рисковать своими людьми и сначала сам проверит мою теорию про возможность ночных вылазок.