Талисман

Мейн Алиса

– Брось. Принцип один и тот же.

– Ну как же! – фыркнула она.

– Послушай, ты хотела вернуться в родной город и наверняка планировала рано или поздно найти здесь работу. Ты вернулась, я предлагаю тебе работу. Причем ту, с которой, я уверен, ты справишься без проблем. Машуль. – Он протянул руку через стол и накрыл ладонь сестры, нервно постукивающей пальцами по столешнице. – Я тебя хорошо знаю. И знаю, что ты справишься. А я буду твоей опорой. Если возникнут какие-то вопросы, обращайся ко мне. Я прошу тебя.

Сейчас, если никто не откликнется, федерация пришлет очередного продажного холуя, которому плевать на клуб, а будут нужны только деньги. И тогда мы окончательно загнемся. Ну? – Паша снова подмигнул ей. – Помоги братишке и пожалей молодых пацанов, мечтающих о победах и славе.

Маша вымученно улыбнулась:

– Ладно, я попробую.

– Вот это моя сестренка, вот это я понимаю. – Паша сжал ее ладонь.

– Но если вдруг я где-то накосячу – свалю все на тебя. – Маша ткнула в него указательным пальцем и наконец приступила к своему блюду.

– Да не дрейфь! Еще втянешься – пинками тебя не выгонишь.

* * *

– Мария Николаевна Смирнова, – протянул вице-президент областной федерации хоккея Анатолий Романович Зарецкий, приглаживая густые черные усы. – Вы приехали из Москвы?

– Пару недель назад. – Машины губы растянулись в вежливой улыбке.

– А почему же вернулись? В столице такие перспективы, – приподнял брови Анатолий Романович.

– Я прожила в Москве почти четыре года и поняла, что мне тяжело вдали от родных.

– Вот как? – Мужчина прочистил горло и вновь опустил глаза на ее портфолио. – Вы учились на управленца?

– После школы отучилась здесь на лингвиста, но не нашла подходящей работы и через два года поступила на магистратуру в Государственный университет управления, – кивнула девушка.

– А потом куда пошли?

– Закончила университет с отличием, параллельно проходя практику в качестве администратора фитнес-центра…

Брови Анатолия Романовича вновь поползли наверх.

– Примерно через полгода меня назначили директором, – поспешила продолжить Маша. – И через год мы смогли открыть еще два одноименных центра в разных точках города.

– Я так понимаю, вы поспособствовали?

– Да, я, – смущенно кивнула Смирнова.

– Интересно… Двадцать восемь лет?

– Я предполагала, что у вас вызовет недоумение мой возраст. Но считаю, что мои заслуги говорят сами за себя.

– Павел Викторович вас настойчиво рекомендовал. – Анатолий Романович сцепил пальцы в замок. – Давно вы с ним знакомы?

Маша сделала резкий вдох:

– Я училась и дружила с его женой. Часто бывала у нее дома, через нее и познакомилась с Павлом Викторовичем.

Они с братом решили пока придерживаться именно этой легенды. Маша действительно училась вместе с Аней Анисимовой, ставшей впоследствии женой Паши. Но только это Смирнова познакомила будущую чету Зотовых.

–

Вы вообще наслышаны о том, в каком состоянии находится «Талисман»? Это сейчас не лучшее место, чтобы удовлетворять свои амбиции или строить карьеру, – многозначительно произнес Зарецкий, глядя на Машу исподлобья. – Готовы рискнуть? Вы – молодая девушка, вероятнее всего, сможете найти для себя более удачный вариант…

Если бы Зотов сейчас находился здесь и в пределах досягаемости, Маша отвесила бы ему порядочную затрещину. Во что он ее втянул?

– Я готова, – выдавила она, хотя хотелось сказать совсем другое.

Анатолий Романович цокнул языком:

– Ну что ж. Как говорится: предупрежден – значит вооружен? – Он невесело хохотнул и сделал пометку в правом верхнем углу резюме. – Давайте попробуем поработать. Дадим вам два месяца испытательного срока – до ноября. Если не сможете за это время найти спонсора или как-либо еще помочь клубу встать на ноги – сами понимаете… Попрощаемся.

Маша озабоченно смотрела на закорючку, поставленную Зарецким в углу листа.

Вице-президент поднялся с кресла и протянул руку:

– Завтра пришлю к вам в клуб своего помощника со всеми необходимыми документами.

Маша ответила на рукопожатие и снова кивнула, мысленно пообещав себе при следующей встрече с братом высказать все, что о нем думает.

* * *

Зотов сидел за столом и, опираясь подбородком на скрещенные пальцы, смотрел на собеседницу и невинно хлопал ресницами.

За несколько минут до этого Маша зашла к нему в тренерскую, размахивая договором и стреляя в брата недобрым взглядом.

– Признайся: ты не могла мне отказать.

– Не могла, – согласилась Смирнова, нависая над ним и громко шлепнув документ на стол. – И не могу отказать себе в удовольствии прямо сейчас огреть тебя по лбу… – она осмотрела тренерскую и махнула рукой в угол за шкафом для верхней одежды, – вон той гантелиной.

– Маш, да ладно тебе!

– Паша Зотов в своем репертуаре! Пострелял глазками, надавил на жалость – и Маша тут как тут! Но только что-то я не учла, что речь идет не о том, чтобы выгородить его перед родителями и отпросить на прогулку после того, как он разбил теткин сервиз!

– Гарантирую – все будет в полном порядке…

– Чудесно я начала работать: влезла в сферу, в которой ни черта не понимаю, с порога наврала руководству, сказав, что не твоя родственница. А теперь надо каким-то чудом найти человека, который будет готов вложить свои кровные в клуб на грани вымирания. – Маша отошла от стола, с размаху плюхнулась на диван и прикрыла лицо руками.

Паша встал с места, подошел к ней и присел рядом:

– Но зачем же ты тогда согласилась?

Маша отняла руки от лица и взглядом, полным злости и недоумения, уставилась на брата: