Талисман
Шрифт:
Он размышлял куда пойти. Мысленно он видел отражённого в тысяче зеркал дядю Моргана, превращающегося в разлагающееся чудовище. Джек бросился прочь от этого видения, он бежал в надежде на какое-то чудесное спасение. Впереди показалось круглое строение из белого кирпича.
Оттуда доносились ритмичные звуки — топ, топ, топ. Мальчик побежал на эти звуки. Он с трудом отыскал дверь и распахнул её.
Джек ступил в темноту, и звуки стали отчётливее. Темнота вокруг него меняла формы, обретая причудливые очертания. Он протянул руку и коснулся парусины.
— Странник Джек, — произнёс голос Смотрителя.
Джек повернулся на голос и увидел старика-сторожа, сидящего на земле возле старой испорченной карусели. В руках он держал гаечный ключ, а перед ним лежала деревянная карусельная белая лошадка, как будто сделанная из чистого серебра. Смотритель осторожно положил ключ на землю.
— Теперь ты готов поговорить, сынок? — спросил он.
4. ДЖЕК РЕШАЕТСЯ
— Говори, Странник Джек, — и Смотритель отбросил ключ и подошёл к нему. — Говори, сынок, облегчи душу.
Но Джек ничего не мог сказать. Внезапно на него нахлынула горечь, слезы подступили к горлу и мальчик почувствовал, что сердце его разорвётся, если он не заплачет.
— Поплачь, Странник Джек, — Смотритель обнял его. Джек прижался горячим, мокрым от слез лицом к рубашке старика и ощутил исходящий от него мужской запах. Он обхватил Смотрителя руками и ещё крепче приник к нему.
— Плачь, и тебе станет легче, — сказал Смотритель, баюкая мальчика. — Так бывает, я знаю. Я знаю, как далеко ты побывал, Странник Джек, и как далеко тебе ещё нужно идти, и как ты устал. Так что плачь, и тебе станет легче.
Джек не вникал в смысл слов, но голос, произносящий эти слова, успокаивал и утешал его.
— Моя мама действительно больна, — выдохнул он в грудь Смотрителя. — Я думаю, она приехала сюда, чтобы избавиться от делового партнёра моего отца, мистера Моргана Слоута, — Джек отодвинулся от Смотрителя, выпрямился и вытер заплаканные глаза. Он был удивлён: впервые он плакал, не стыдясь своих слез. Не потому ли это, что мать всегда была жёсткой с ним? Лили Кэвэней не видела смысла в слезах.
— Но это не единственная причина, по которой она здесь, верно?
— Верно, — тихо ответил Джек. — Я думаю… она приехала, чтобы здесь умереть. — Его голос постепенно повышался, и последнее слово он почти выкрикнул.
— Возможно, — Смотритель внимательно смотрел на Джека. — А ты, возможно, здесь, чтобы спасти её. Её… и ещё одну женщину, похожую на неё.
— Кого? — спросил Джек, хотя знал — кого. Он не знал её имени но знал, кто она.
— Королеву, — ответил Смотритель. — Её зовут Лаура де Луизиан, и она Королева Территорий.
— Помоги мне, — попросил Смотритель. — Держи за хвост старую Серебряную Леди. Она поможет тебе освободиться, а ты поможешь мне отправить её туда, откуда она появилась.
— Как ты зовёшь её? Серебряная леди?
— Верно, — Смотритель улыбнулся, показывая белоснежные
Джек поддерживал руками деревянный хвост белой лошадки. Смотритель обхватил её за ноги. Вместе они установили лошадку на карусельную площадку.
— Немного левее, — командовал Смотритель. — Так, теперь закрепляй её! Джек, хорошо закрепляй её!..
Они закрепили лошадку и, довольные, выпрямились. Негр стянул с себя свитер и бросил его Джеку.
— Мы не замёрзли?
— Только если тебе этого хочется, — весело ответил Джек.
— Хочется мне! О, Боже! — Смотритель полез в задний карман и достал оттуда темно-зеленую пинтовую бутыль. Он откупорил пробку, хлебнул, и Джек на мгновение почувствовал, что может смотреть сквозь Смотрителя. Старик стал прозрачным, как дух на сеансе у Топпера, который Джек видел в Лос-Анджелесе. Смотритель исчезал. «Исчезал», подумал Джек, «или перемещался в другое место?» Эта мысль неуловимо промелькнула в его голове и забылась.
Потом Смотритель опять стал таким, как прежде. Это походило на фокус, на мгновенную галлюцинацию. Нет. Не так. Он как бы отсутствовал какую-то долю секунды, а потом вернулся.
Смотритель с усмешкой поглядывал на мальчика. Он протянул было мальчику бутылку, но передумал и, закупорив, снова спрятал в карман. Потом осмотрел Серебряную Леди и остался доволен.
— Мы спокойны, как и полагается, Странник Джек.
— Лестер…
— Да, так меня зовут, — Смотритель медленно обходил карусель; его шаги гулко стучали в пустом здании. Джек следовал за ним. — Серебряная Леди… Полночь… Эту чалую лошадь зовут Скаут… а вороную — Шустрая Элла.
Смотритель начал напевать себе под нос:
«Шустрая Элла галопом скачет, а по ней старый Билл Мартин плачет…»
— Ух! Куда это меня понесло? — Он рассмеялся… но вновь стал серьёзным, когда повернулся к Джеку. — Ты хочешь продолжить жизнь своей матери и той женщины, о которой я тебе рассказывал?
— Я… я незнаю как — вот что хотел ответить Джек, но его внутренний голос, который уже успел напомнить ему историю с попыткой похищения его самого шесть лет назад, вскричал:
«Ты знаешь! Ты должен попросить Смотрителя помочь тебе начать — но ты знаешь, Джек. Ты знаешь».
Он отлично помнил этот голос. Голос его отца.
— Я попробую, если ты скажешь как, — сказал мальчик дрожащим голосом.
Смотритель отошёл к дальней стене комнаты — там Джек увидел странное изображение: примитивно нарисованные лошади, заключённые в большой круг. Это напомнило ему инструкцию на отцовском письменном столе (когда Джек с матерью в последний раз были в конторе у Моргана Слоута, они увидели там этот стол, и сейчас воспоминание вызвало у Джека лёгкое раздражение).