Талисман
Шрифт:
Дел по дому было невпроворот, за девочкой требовался глаз да глаз, во время ее дневного сна она мало что успевала, об отдыхе не могло быть и речи. Когда же Кэссиди бодрствовала, она почти все время проводила у Кейт на руках.
Кейт заметила, как быстро становится беспринципной мамочкой. Ее единственным желанием была тишина, и она шла на любые поблажки, лишь бы ребенок не плакал. Она начала потакать ее постоянным капризам, лишь бы унять слезы и крики. Теперь же можно было усилиями Джареда заставить девочку слушаться,
Другой радостью в этот вечер стал приготовленный к ее возвращению с вечерней прогулки ужин. Но, поскольку явно выражать все эти радости у нее не было сил, она лишь слабо произнесла:
— О! Как хорошо пахнет.
— Совершенно верно, — подтвердил Джаред. — Ужин скоро будет готов.
— Ты сам стряпал? — изумилась Кейт. Джаред скромно кивнул в ответ.
— Этот аромат сводит меня с ума. Я и не знала, что настолько голодна. Ты давно приехал?
— Около трех. А вас долго не было.
— Я заехала в офис и прошлась с Кэссиди по магазинам. А она даже не устала, в отличие от меня. А как у тебя дела? Удалось взять отпуск?
— Начальник хотел, чтобы я вернулся к делам уже на следующей неделе, но я категорически потребовал двухнедельный отпуск, и он вынужден был согласиться.
— Это не повредит вашим отношениям? — осторожно спросила Кейт.
— Мой босс человек семейный. Полагаю, он меня понял.
— Корми меня скорее, — шутливо потребовала Кейт. — Я и не знала, что ты готовишь. Пока ужин подходит, я, наверное, успею переодеть и накормить Кэссиди.
— Не надеялся застать тебя такой бодрой! — крикнул Джаред ей вслед.
— Это оттого, что я узнала, кто будет главным по кухне в течение следующих двух недель, — бросила на ходу Кейт.
Сама она с радостью взяла бы на себя все дела по дому, если бы у нее была уверенность, что Джаред справится с Кэссиди без ее участия. Но поскольку в это она не верила, то небольшая разгрузка в виде делегирования кулинарных обязанностей ее тоже устраивала.
Спустившись вниз вместе с Кэссиди, Кейт сказала:
— Сегодня утром я разговаривала по телефону с твоими родителями. Они хотят заехать сюда завтра. Кстати, о твоем возвращении они ничего не сказали.
— Они ничего и не знают, я не стал им говорить.
— Отчего же?
— Не знаю почему, но я поостерегся посвящать их во все наши обстоятельства. У меня была возможность убедиться, что не всем советам стоит следовать. Кроме того, мне кажется, отец не одобрит того, что я взял отпуск для воспитания чужого ребенка. Он сторонник патриархальных взглядов, и воспитание детей, по его мнению, занятие сугубо женское.
— Но наш случай исключительный. Он понимает это?
— Боюсь, что не совсем. Ты же знаешь Фрэнка. Каждый вечер ровно в шесть он входит в обеденную комнату в
Фрэнк Рид застал Джареда на кухне, когда тот ставил в духовку пирог.
— Не боишься сынок, что люди станут звать тебя «мистер Малоун»?
— Твой сын ничего не боится, отец! — весело парировал Джаред.
— У тебя же стенфордский диплом мастера делового администрирования, а ты шуршишь на кухне, утираешь слюни младенцу, меняешь пеленки.
— Это выгодно отличает меня от других выпускников Стенфордского университета, отец.
— Почему тебя это так возмущает, Фрэнк? — обратилась к мужу Марджери. — Он все лишь пару недель делает то, что я делала все годы нашей совместной жизни.
— Ты женщина! — глубокомысленно произнес Фрэнк. — Это твоя обязанность.
— Времена меняются, Фрэнк, — мстительно произнесла миссис Рид.
— Ты права! — рявкнул муж. — Мир сошел с ума.
Он махнул на Джареда рукой и покинул кухню в негодовании.
— Благодаря деньгам твоего отца у меня была возможность нанимать домработницу. Мне не приходилось по несколько часов возиться на кухне, как другим женщинам, чтобы накормить завтраком, обедом и ужином большую семью. Не нужно было лично обеспечивать чистоту в доме. У вас с Кети такой возможности пока нет, поэтому ты обязан ей помогать, сынок. Не слушай своего отца и делай, что должен. Я горжусь тобой, — тихим голосом проговорила Марджери, когда осталась с сыном наедине.
Фрэнк же, оказавшись в компании Кейт и Кэссиди в соседней комнате, изрек:
— Это абсурд. Непозволительно, чтобы муж стряпал, нянчился с ребенком и запустил свою работу, когда в доме есть жена. Ты должна бросить работу, Кейт! — потребовал он в итоге.
— Я не могу бросить работу, мистер Рид. Я директор фирмы.
— Директриса! Не смеши меня, Кейт.
— Я не смешу вас. Я действительно директор и единственная владелица фирмы.
— Увидев своего сына в переднике, я уже ничему не удивляюсь.
— Отец, ты ведь не откажешься от пирога, приготовленного выпускником Стенфордского университета? — спросил Фрэнка Джаред, внося противень с румяным пирогом в обеденную комнату и ставя его в центр стола.
— Разумеется, — ответил мистер Рид.
— Сколько тебе кусочков, папа?
— Два крупных куска, — с готовностью сообщил тот.
— И не утрируй, папа. Я не бросал работу. Я всего лишь ушел в отпуск, в котором не был уже несколько лет.
— Жизнью настоящего мужчины должна быть работа, а не хлопоты по хозяйству, — не унимался старик. — Оплачиваемый отпуск, говоришь?