Талисман Огня
Шрифт:
— Н-нес-сомненно!
— Не будем зря терять время. Куда мы теперь направимся — к тебе или ко мне?
— М-мои п-пещеры п-поб-ближе.
— Стало быть, туда мы и пойдем.
Конан услышал писк мышей задолго до того, как их приближение заметили его спутники. Он выхватил меч из ножен и резко развернулся.
— В чем дело, Конан? — испуганно пробормотала Элаши.
— Позади мыши! — крикнул киммериец.
У входа в пещеру появилась дюжина огромных летучих мышей. В нескольких шагах от Конана начинался узкий туннель, и киммериец решил отступить
— Скорее в туннель, — закричал он друзьям. — Я вас прикрою!
— Конан… — начала было Элаши, но киммериец тут же прервал ее:
— Делайте то, что я сказал!
Спутники подчинились его приказу; мысли их были исполнены страха, однако в них слышалась и решительность помочь ему, Конану. Киммериец мрачно усмехнулся и поднял свой меч.
Первую мышь он зарубил играючи, со второй и третьей ему пришлось немного повозиться.
И все же мышей было слишком много. Не успел Конан занести меч для нового удара, как на него обрушились сразу четыре мыши. Они были куда легче его, но совокупность массы их хватило для того, чтобы сбить его с ног. Конан рухнул наземь, успев пронзить клинком одну из нападавших на него тварей. Другая мышь вцепилась зубами ему в плечо и стала жадно сосать выступившую из ранки кровь. Конан схватил ее за крылья и размозжил ее хрупкое тельце о камни.
И тут в пещере появился Харскил. Только теперь Конан вспомнил о его существовании. Харскил, сжимавший в руке тонкий клинок, пытался приблизиться к нему, однако ему помешали мыши, снующие по пещере.
— Мы идем к тебе, Конан! — услышал киммериец крик друзей. Он размозжил голову еще одной мыши и перевел дух. «Похоже, на этот раз они легко одолеют противника, — подумал он, — ни мыши, ни Харскил им не страшны».
И тут раздался ужасный рев.
Он не походил ни на что, грозный звериный рык смешивался в нем с пронзительным, леденящим кровь визгом. Конан глянул вверх. То же самое сделали Харскил и мыши.
На них камнем падало огромное крылатое чудище, с головою крокодила и крылами гигантской летучей мыши.
Конан поднял меч над головой, готовясь к встрече с новым противником, но в это же мгновение обезумевшая от страха летучая мышь метнулась к нему и выбила клинок из его рук.
Не успел Конан опомниться, как чудовищные лапы схватили его за руку и за кожаный пояс. Ящер замахал крыльями и, легко оторвав свою добычу от земли, стал набирать высоту.
— Бегите! — закричал киммериец друзьям.
Его спутники исчезли в туннеле, поняв, что помочь своему товарищу они уже не смогут. Ящер же взлетал все выше и выше.
Снизу донесся истошный крик Харскила, проклинавшего и судьбу, и богов, и ящера.
Чудище вылетело из пещеры и теперь летело по широкому туннелю, круто уходившему влево. Конан даже не пытался сопротивляться, ибо прекрасно понимал, к чему приведет падение с такой высоты.
Харскил внезапно понял, что теплые капли, упавшие ему на лицо, были каплями крови — крови Конана. Для заклинания было достаточно и их. Клинок героя
Едва Харскил сделал шаг вперед, как перед ним возник Рыжий.
— Пошел вон! — негромко сказал Харскил.
— Я требую, чтобы ты немедленно выполнил свое обещание, — зло прошипел Рыжий. — Хватит нас завтраками кормить!
— Ждать тебе осталось недолго, Рыжий. Сейчас я возьму этот меч…
— Я сказал — немедленно! — завопила мышь, гневно передернул крыльями.
Это было уже слишком. Харскил взмахнул своим клинком, и голова Рыжего покатилась по земле. Пять или шесть оставшихся в живых вампиров переглянулись и вопросительно посмотрели на Харскила?
— Вы тоже спешите?
Мыши развели крылами — нет, нет, никто не спешит.
Харскил взял в руки клинок Конана, осторожно коснулся его острием капельки крови, упавшей ему на лицо, и стал читать заклинание, прикладывая холодную стал клинка к различным частям своего тела.
Белый мерцающий свет наполнил пещеру. Харскил почувствовал, что тело его начинает распадаться надвое — правая его сторона стала средоточием мужского начала, левая — женского. Еще немного, и слившиеся в нем сущности вернутся к блаженной своей особенности. Он засмеялся, вспомнив о том, каких трудов стоило ему это освобождение. А сколько ему пришлось пролить невинной крови! Даже подумать страшно. Он довольно хмыкнул и через миг потерял сознание.
Мужчина и женщина стояли друг против друга, довольно улыбаясь.
— Это еще что такое? — раздался хриплый голос.
Люди обернулись. Мужчина держал к руках клинок Конана, женщина — меч Харскила.
Перед ними стоял не кто иной, как сам Катамаи Рей.
— Кто вы такие? — грозно спросил волшебник.
— Не твое дело, — ответила женщина.
— Попридержи язык! — прошептал стоявший рядом с ней мужчина.
— После стольких лет молчания? Да ни за что!
— Однажды твой язык уже сослужил нам дурную службу, дорогая.
— Мой язык? Да как ты…
— Молчать! — заорал волшебник. — У меня нет времени на то, чтобы выслушивать этот бред!
— Что ты стоишь? — прошептала женщина. — Неужели мы с ним не справимся?
— Не говори глупостей, — так же шепотом ответил ей мужчина.
С пронзительным визгом женщина бросилась на волшебника. Спутнику ее не оставалось ничего иного, кроме как последовать ее примеру.
Волшебник взмахнул руками и произнес заклинание, состоявшее всего из четырех слов, слов резких и страшных.
Мужчина почувствовал, что у него отнимаются ноги. Он посмотрел вниз и к ужасу своему увидел, что ног у него уже нет — они превратились в грязную зловонную лужу. Он перевел взгляд на свою спутницу и увидел, что с нею происходит то же самое.
— Что ты наделал! — возопила она.
— Я? Я наделал?
Это были его последние слова — Харскил Лоплейнский превратился в лужицу.
Глава XXI
Черви встретили Дика не очень-то радушно. Больше всего их смущало то, что он появился не один, а в компании с циклопом.