Талисман дракона
Шрифт:
– Известный в столице сластолюбец, счастье, что второй сын спускает содержание, и только.
Следом поднимался очень высокий юноша с длинным носом и печальными глазами. Что-то в нем было такое привлекательное, что заставляло смотреть еще.
– Конфетка с ликером, – вздохнула госпожа де Суисс.
– С ликером? – прищурилась матушка.
– Моя горничная болтала со слугами гостей в гостинице и узнала, что молодой человек заказывает у аптекаря пасту, чтобы мазать свой нос и не выдать пристрастие к спиртному слишком красной и блестящей кожей!
Мы с матушкой переглянулись, и… она, небрежно взмахнув веером,
– Вот и ответ, – сказала она, – не подходит!
Мы простояли на ступенях почти два часа, встречая гостей, обсуждая «конфетки» и тихо хихикая под прикрытием веера. Госпоже де Суисс впору было служить в канцелярии тайных дел короля – ее служанка, наши лакеи, дворецкий и экономка собрали сведения обо всех гостях мужского пола, и я порой провожала гостя удивленно-растерянным взглядом, любуясь превосходным внешне молодым человеком, имеющим очень неприглядную «начинку».
К завершению второго часа отец со вздохом признал, что бедный или не имеющий протекций молодой человек все же лучше, чем пьяница, развратник или каббалист. Темная магия в королевстве официально была запрещена, но в столице процветали тайные общества, желающие с помощью кровавых ритуалов приобрести влияние, деньги и женщин. К счастью, в замке была установлена защита против таких молодчиков, и ошарашенные гости наблюдали за тем, как пара внешне благонамеренных молодых людей кубарем скатилась с лестницы, не успев подняться на площадку, на которой мы стояли.
Устало улыбнувшись последнему гостю, матушка подала сигнал дворецкому, и через минуту из зала раздались звуки музыки. Прием начался!
Глава 5
Отец, как виновник торжества, прошел в зал и поблагодарил собравшихся за то, что приняли его приглашение. Потом все подняли бокалы, поздравляя графа Дерра, а отец, поставив бокал на поднос, пригласил маму на танец. Я залюбовалась ими и не заметила, что ко мне устремилось сразу пять кавалеров, желающих пригласить меня на танец. Я было растерялась, но в голове мелькнули характеристики, которые этим блестящим щеголям дала госпожа де Суисс, так что я скромно улыбнулась и приняла руку ближайшего. Посмотрим, так ли все на самом деле, как удалось узнать?
Первым со мной танцевал виконт де Комбре – очень стройный и подвижный молодой человек, второй сын графа Пемброка. Он ловко повел меня по кругу в полонезе, живо играя лицом и говоря комплименты. Очень милый кавалер, вот только мы были в перчатках, как и положено по этикету, и если я права, белая лайка на руках моего кавалера скрывает неприятную сыпь – след дурной болезни. Маги-лекари лечат почти все, но некоторые болезни оставляют следы, которые невозможно убрать сразу.
На половине круга я мило улыбнулась и спросила «в лоб»:
– Виконт, а после свадьбы вы продолжите посещать дешевые притоны?
Мой спутник побледнел, потом внезапно разозлился:
– Приличной супруге незачем знать, где проводит время ее муж!
– В таком случае мне заранее жаль вашу будущую жену, – честно сказала я. – Надеюсь, вы не станете свататься ко мне или к моим родственникам. Следы от «любовной проказы» сходят долго.
Виконт едва удержался, чтобы не бросить меня посреди
Танец за танцем я общалась с охотниками за приданым, сластолюбцами, равнодушными, занудами, гуляками… Вырвавшись из круга гостей, я отошла в сторону и, взяв с подноса бокал с вином, укрылась за портьерой у окна. Минуты через три ко мне подошла госпожа де Суисс:
– Нелегко пришлось? – спросила она, набрасывая мне на плечи воздушную, по виду кружевную шаль. На деле шаль была связана из шерсти альпак, скрученной с шелком, и грела не хуже плаща.
– Софи, – я говорила негромко и сочла возможным обратиться к своей дуэнье по имени, – почему я вижу в этой толпе блестящих кавалеров только ложь, сластолюбие и грязь?
– Потому что ты еще не поняла, что идеальных людей не существует, – пожала плечами компаньонка.
– А мама и папа?
– К их поведению и привычкам ты присмотрелась с детских лет, а они привыкли друг к другу. Поверь, не каждый мужчина допустит в супруге самостоятельность, привычку носить штаны, иногда выпивать бренди и ругаться, как конюх, упав с лошади.
Я поежилась. Все так. Знакомые мне матроны обычно занимались хозяйством, рожали детей, сплетничали и соревновались в дороговизне нарядов и украшений. Мама очень отличалась от сестер отца, тетушек и прочих родственниц. Но папа ее, несомненно, любил, уважал и оберегал. Как и она его.
Я вздохнула и отчиталась:
– Пообщалась практически со всеми новичками, наиболее достойными мне показались господа ля Нэж, де Троллон и Пардиз, но, возможно, мы просто мало о них знаем.
– Я уточню, – госпожа де Суисс нашла в толпе взглядом моих кавалеров и прищурилась. – Не стой здесь долго, Мирана, матушка уже спрашивала, где ты.
Я тоскливо посмотрела в окно – на блеск факелов, на рельеф замковой стены, и, оставив шаль на плечах, двинулась в гущу гостей. Танцевать я больше не хотела, но ведь можно сесть за карточный стол и поболтать с претендентами за «мушкой».
Увы, карточная игра меня тоже разочаровала. Кто-то был чересчур азартен и несдержан на язык, кто-то не утомлял себя счетом карт и очков, кто-то вообще считал, что женщины глупы, и за стол, крытый зеленым сукном, садятся лишь для флирта. Проиграв пригоршню мелкого серебра, я оставила картежников и вернулась к танцам. К счастью, настало время танцев медленных, церемонных и торжественных. В них, не стесняясь, выходили в круг и господа в солидных летах, и дамы с детьми. Эти танцы считались сложными и доступными лишь для старшего поколения, но молодежь тоже принимала в них участие. Обычно дочери танцевали с отцами, сыновья с матерями, и эта часть бала порой была особенно зрелищной, пусть и очень размеренной.