Талейран
Шрифт:
Осмеливаюсь сказать Вашему Величеству, что в этом заключается то, что ждут от политика предусмотрительного и великодушного все искренние друзья его славы.
Если австрийская монархия, слишком ослабленная на западе, не сможет больше удерживать под своим скипетром все свои государства, венгры… смогут создать независимое государство и отдаться русским, с которыми у них так много общего. Я имею информацию, что подобные проекты находят в Венгрии многочисленных сторонников. Но тогда русские, став хозяевами Венгрии, мощно встанут против всей Европы.
Умоляю Ваше Величество соизволить перечитать проект, который я имел честь направить вам из Страсбурга. Сегодня, более чем когда-либо, я считаю, что он самый лучший и самый благотворный. Победы Вашего Величества делают его теперь легкоосуществимым. Он может хорошо примирить
264
Йоганн-Филипп фон Штадион(1763–1824) — граф, австрийский государственный деятель и дипломат. В 1805 году сопровождал императора Александра I в его поездке в действующую армию. После заключения Пресбургского мира стал министром иностранных дел Австрии.
265
Людвиг фон Кобенцль(1753–1809) — граф, австрийский дипломат и государственный деятель. С сентября 1800 года — министр иностранных дел и государственный вице-канцлер, фактически глава австрийской внешней политики с сентября 1801-го по декабрь 1805 года. Разгром союзных австрийских и русских войск под Аустерлицем послужил причиной ухода Кобениля в отставку.
Я много раз видел господина Гаугвица [266] . Он получил известие о победе Вашего Величества с выражениями радости. Но он выдал мне секрет Берлинского двора, когда я объявил ему, что маршал Бернадотт должен был находиться на поле сражения. Корпус маршала Бернадотта их очень волновал. Они перевели в Силезию войска, которые до того стояли в Вестфалии. Я увидел по манере держать себя господина Гаугвица, что доминирующим чувством при их дворе является страх… Я буду счастлив, если Ваше Величество позволит мне договориться с этими людьми, я убежден, что это лучше любых других возможных гарантий обеспечит мир на континенте на века» [267] .
266
Христиан Август Гаугвиц(1752–1832) — граф, прусский государственный деятель. В 1805 году получил поручение передать Наполеону ультиматум, но, потеряв много времени и дав Наполеону выиграть Аустерлицкую битву, вынужден был заключить постыдный Шёнбруннский мир. Заключенный Гаугвицем в следующем году в Париже союзный договор с Францией окончательно изолировал Пруссию и подготовил ее разгром Наполеоном. В том же году Гаугвиц оставил службу.
267
242 Там же.
За свои заслуги 5 июня 1806 года Талейран был одарен Наполеоном титулом князя Беневентского.
Отметим, что Беневенто ( Benevento) — это итальянская провинция [268] , долгое время принадлежавшая Ватикану, а в 1798 году завоеванная французами. Сначала она была уступлена Неаполю, затем Наполеон подарил ее Талейрану, получившему княжеский титул. Протесты папы при этом, естественно, в расчет приняты не были.
Одновременно с этим Талейран остался министром иностранных дел и одним из самых влиятельных людей в Европе. В самом деле, все, что происходило на внешнеполитической сцене, было отныне связано с именем Талейрана. Дело в том, что Наполеон вел бесконечные войны и они всегда завершались заключением соглашений, которые готовил и подписывал Талейран.
268
Новое владение Талейрана насчитывало примерно 40 тысяч жителей и стало приносить ему 40 тысяч франков годового дохода.
При этом, например, после блестящей победы под Аустерлицем именно Талейран, как следует из приведенного выше письма, настойчиво рекомендовал Наполеону примирение с Австрией. А потом он не одобрил жестокость условий заключенного 26 декабря 1805 года Пресбургского мира. Этот договор был ратифицирован 1 января 1806 года, и тогда он, с одной стороны, написал Наполеону:
Это
269
Республиканский (революционный) календарь был введен во Франции в октябре 1793 года и отменен Наполеоном 1 января 1806 года.
На посту министра иностранных дел Шампаньи (1756–1834) пробудет до 16 апреля 1811 года.
270
243 Orieux.Talleyrand ou Le sphinx incompris. P. 442.
С другой стороны, он в это же время полушутя-полусерьезно говорил: «Мне все время приходится вести переговоры не с Европой, а с Бонапартом!» [271]
Теперь попасть на прием к Талейрану было практически невозможно (так он был занят делами). Но и с Наполеоном его отношения начали меняться. В частности, он «начал делать Талейрану замечания, чего раньше никогда не случалось» [272] .
Император и в самом деле вздумал руководить всем, даже тем, в чем не особенно разбирался.
271
244 Черняк.Вековые конфликты, (
272
245 Лодей.Талейран. Главный министр Наполеона. С. 250.
Талейрану он раздраженно говорил:
— Что-то я не пойму, как вы работаете. Вы хотите все делать по-своему.
Собственно, так оно и было. Талейран знал, что нужно делать, а император теперь вдруг начал подозревать его якобы в слишком тесных контактах с некоторыми послами. Но разве не в этом состояли прямые обязанности министра иностранных дел?
Талейран продолжал льстить императору, но и его отношение к нему постепенно менялось. После того как Наполеон в 1806 году разгромил Пруссию, его министр вдруг заявил:
— Штыками можно добиться всего, кроме одного: на них нельзя сидеть.
Не был согласен Талейран и с введением Континентальной блокады, которая, по его мнению, наносила Франции не меньший ущерб, чем Англии, против которой она задумывалась. Многие товары (чай, кофе, сахар и т. д.) в стране исчезли, и это было на руку исключительно спекулянтам.
После победоносного сражения при Фридлан-де, имевшего место 14 июня 1807 года (в седьмую годовщину блестящей победы при Маренго), Талейран написал императору:
Сир!
Я узнал, наконец, некоторые подробности битвы при Фридланде; и я теперь имею достаточно оснований для того, чтобы занести ее в число величайших победу которые навечно войдут в историю. Однако я не стал бы рассматривать ее только лишь с точки зрения славы, я бы хотел видеть в ней предвестницу, гарантию мира, дарующую отдохновение, которое Ваше Величество может дать народам ценой стольких усилий, лишений и опасностей. Я бы хотел считать эту победу последней из тех, что Ваше Величество вынудили одержать. Этим-то она так дорога мне; ибо как бы она ни была красива, я должен признать, что она потеряет в моих глазах больше, чем я бы мог сказать, если Ваше Величество пойдет по пути новых сражений и будет подвергать себя опасностям, неизбежность которых меня особенно тревожит ввиду полного пренебрежения ими со стороны Вашего Величества [273] .
273
246 Lettres de Talleyrand a Napoleon. 1800–1809 ( le-prince-de-talleyrand.fr/napo.html)
Такой текст в подобных обстоятельствах выглядел явной дерзостью, несмотря на всю его вежливость и учтивость. Фактически, он означал одно: необходимо остановиться. И, естественно, он очень не понравился Наполеону, опьяненному очередной блистательной победой над противником.
Тем не менее практически всё, происходившее в мире в это время, было неразрывно связано с фигурой Талейрана. Многие события происходили по его воле или при непосредственном участии. Отдельной статьей проходили в деятельности министра русские дела, и, благодаря им, в июне 1807 года Талейран оказался в Тильзите, где Наполеон встретился с императором Александром для заключения мирного соглашения.