Тактик
Шрифт:
Город строил тот же трест, который занимался возведением Дворца Советов, и работали они быстро и качественно. Новикову, который раз в неделю приезжал проверить ход работ, оставалось только удивляться тому, как быстро меняется пейзаж на стройплощадке.
Главное Управление Лагерей а точнее Дмитровлаг предоставил более пяти тысяч человек работавших на строительстве, что ещё больше ускорило процесс.
Проектирование всего города взяли на себя Лев Владимирович Руднев, и Дмитрий Николаевич Чечулин — знаменитые советские архитекторы и лауреаты Сталинской премии.
Город, во всяком случае, на макете, выглядел, словно картинка с выставки, и Кирилл
Тут же, на территории города возводились цеха будущего опытного станкостроительного и тракторного заводов, планировались филиалы ГОИ, НИИ-3 занимавшегося ракетной тематикой и других институтов. Сталин, говоря о том, что собирается построить настоящий наукоград, вовсе не кривил душой и как видно собирался сконцентрировать все новейшие разработки в одном месте. Казармы и полигоны Корпуса располагались вокруг будущего города, обеспечивая таким образом, повышенную защиту и охрану секретов.
Сапёрные подразделения бригады уже давно переселились поближе к месту стройки и помогали строителям в рытье котлованов, и заодно утилизировали старые боеприпасы.
Для хранилищ и складов Новиков предложил возводить купольные своды из железобетона, заливая каркас прямо на земле, и поднимая потом с помощью огромных надувных мешков. Благодаря этому, склады корпуса подняли буквально за неделю, и уже к концу зимы, начали потихоньку перевозить имущество из Монино.
Весной были завершены работы на подземных сооружениях, и строители приступили к возведению основных зданий нового города. К этому времени весь периметр был уже принят под охрану войсками НКВД, и даже для того, чтобы попасть на стройплощадку, нужно было преодолеть три поста, и иметь специальный пропуск, предъявляемый вместе с паспортом.
А жизнь в стране шла своим чередом. Сталин, наконец, пришёл к решению относительно Украинской СССР, и специальным указом СНК, и решением ЦК, республика расформировывалась. Теперь там будут лишь области РСФСР, и даже без прав автономий, которые тоже потихоньку прикрывались. За прошедший год закончились Башкирская, Татарская и несколько других автономных республик, и переведены в статус областей.
Как ни странно, но республики Средней Азии, тоже захотели полностью присоединиться к России, но Сталин был категоричен, и они так и остались Хивинской и Бухарской республиками. А вот на Украине попытались поднять голову националисты, но НКВД не зевало, и ГУЛАГ получил более десяти тысяч новых работников.
Вместе с географией начались перемены и в политике. Тотальная переаттестация политработников армии и агитационных органов партии, не обошлась без уголовных дел, и оргвыводов, а кое-кто надолго застрял в кабинетах следователей рассказывая подробно о различного рода неформальных связях между партработниками.
Военнослужащие корпуса частенько выезжали по заявке центральных органов, превратившись явочным порядком в ударный кулак партии.
Но более всего Кирилла
Мехлис который долго кривился от одного упоминания Новикова, через какое-то время сам сел за парту, чем заслужил немало очков перед Кириллом.
Задачи, которые ставились перед контролёрами далеко выходили за рамки собственно разъяснения политики партии и ответов гражданам на самые злободневные вопросы. Кроме этой безусловно нужной работы, в задачах троек был сбор информации самого широкого спектра о работе предприятий и организаций на всей территории Союза, для последующего принятия решений. Партконтроль в этой работе выполнял лишь функции координатора и основной базы для всей работы Наркомата Рабочего контроля. А основное политическое прикрытие осуществляло политбюро ЦК ВКП(б).
В газетах начали появляться статьи, посвящённые различным спорным моментам истории, а для школ готовилась новая редакция учебников, и вводилась новая дисциплина «история» [92]
Поворот был довольно крутым, и всё же рассчитанным на некоторое время, чтобы граждане смогли адаптироваться к новой политике, но всё равно эффект сказался довольно быстро, и совсем не там где Новиков мог предположить.
В начале весны, когда снегопады сменились оттепелью, его вызвал к себе Берия и положил на стол перед Кириллом толстую пачку папок.
92
История, как предмет, в то время не преподавалась, а преподавалось обществоведение.
— Забирай. — Лаврентий Павлович снял пенсне и начал неторопливо протирать его бархатной тряпочкой. — Тут несколько офицеров Особого Делопроизводства сиречь разведки Российской Империи, и полицейского департамента. Все проверки они прошли, но как сам понимаешь окончательный выбор за тобой.
— Персональный вызов? — Новиков скупо улыбнулся. — Сделаю товарищ комиссар госбезопасности. А чем эти люди так приглянулись вам, что их нужно вводить в совершено секретный проект?
— Ты сам это начал. — Сухо ответил Берия. — Теперь те, кто нам поверил, возвращаются на Родину, и мы просто обязаны дать им шанс.
— Хорошо. — Новиков коротко кивнул, и размашисто расписавшись в приёмке документов, сгрёб папки и вопросительно посмотрел на начальство.
— Иди, правдолюб. — Берия вздохнул, и когда дверь кабинета закрылась, ещё долго смотрел невидящим взором, словно силился разглядеть что-то в грядущем.
Группа мужчин в лёгких не по сезону пальто сидела в небольшом зале для штабных совещаний и негромко переговаривалась между собой. Тут были и жандармские офицеры, и разведчики много лет отдавшие своему делу, оказавшиеся за границами России после октябрьского переворота.