Так бывает

Мазуровская Никтория

– Ты то хоть помолчи, а лучше скажи ей чтоб дурить перестала!

– Хватит уже меня дурой называть, сам то чем лучше?

– Начинается...- Олег трагично закатил глаза и возвел руки к небу, - Задолбали вы меня, честное слово. Пусть делает, что хочет, это ее жизнь, - назидательно проговорил, глядя на Саныча, повернулся ко мне, - Не ори на старших, и слушай, умудренных опытом, они иногда полезные вещи говорят.

– Слышь, умудренный опытом, пошли работать, на нас там, между прочим, так на минуточку, в суд подали.

– Не береди мне душу, Татьяна.

На

этом перепалка закончилась и шли мы втроем до офиса молча. Саныч был на меня зол и обижен, Олег наоборот повеселел, видимо, когда у других неприятности, о своих ему думать легче. В общем, в офисе разошлись по кабинетам, показательно хлопая дверьми. Двери, конечно, ни в чем не виноваты, и Степан, который мне под руку попался тоже не виноват, -ну, порычала немного на своих сотрудников, подумаешь. Они привычные, Саныч нас всех в тонусе держит, а тут роль грозного начальника на себя примерила я, не страшно ведь совсем.

Обмозговать ситуацию как следует не успела, в кабинет ворвалась Леонидовна, красная как рак, глаза на выкате, того гляди в обморок хлопнется:

– Татьяна Юрьевна, там...там...Танечка, угомони их, а то весь офис разнесут. И тебе из школы звонили, сказали, чтоб приехала, иначе Кирилла в каталажку упекут.

– Час от часу не легче. Мне куда лететь сначала? Кого спасать то?

– Танечка, ты только их разними, а дальше я сама, ладно? Ты к Кириллу потом поезжай, - говорила она мне это, как душевнобольной, очень спокойно и так... не знаю, но ощущения мне от такого тона не понравились.

В кабинете Саныча творилось невероятное. Действующие лица все те же, плюс Дима и пара парней, его охраняющих. Кабинет на такое количество здоровенных мужиков явно был не рассчитан, поэтому с моим появлением и, маячившей за моей спиной все той же Леонидовной, стало до жути тесно.

– Мужики, может вы в переговорную переберетесь, а? Там места больше, документов под руками важных нет, стулья опять же полегче будут, ну если вам они вместо метательных снарядов подойдут, а то, Александр Александрович, людьми кидаться как-то не по статусу, Вам так не кажется?
– Саныч держал Диму за горло, тот спокойно смотрел ему в глаза и, кажется после моих слов старался подавить довольную улыбку, скотина такая, все остальные с моим появлением только разве что за пушки не хватались.
– Олежа, ты им случайно не говорил, что мы очень дорого стоим и бесплатные представления, даже для своих, со скидкой, не очень выгодная финансовая политика?

– Я пытался, Татьяна Юрьевна, но разве ж меня кто слушает?
– этот тоже пытался не ржать,- меня саму от напряжения аж потряхивало, и до них всех кажется наконец это дошло.
– Татьяна Юрьевна, а чего это ты так глазами зло сверкаешь?

– Я то? Да меня тут, понимаешь, муж до трусов обобрать хочет, на нас в суд подали, дядя мой на меня обиду затаил горькую, а еще в школу вызвали, ага, вот и потряхивает.

– А в школу зачем?

– Да у вас у всех, видимо день такой, мордонабивательный, вот и Кирилл не утерпел, тоже кому-то съездил, - сил смотреть на этот театр абсурда не было, нервы уже...на пределе.

–

Может все-таки стакашку хряпнешь?

– Дыхну на ментов спиртным амбре и они вместо Кирилла мне за вождение, в нетрезвом, вкатают? Отличная идея.

– Мое дело предложить, ваше дело отказаться, - он пожал плечами и двинулся к так и стоящим Санычу и Диме, - все мужики, хорош. У нас и так проблем хватает. Леонидовна, тащи коньяк. И корвалолу Татьяне накапай, а то она сейчас взорвется. И себе тоже накапай.

– И в самом деле, не стыдно вам пожилую женщину пугать? Устроили тут цирк. Сан Саныч, я же просила!

– Твой отец в это дело душу, да что там, всю жизнь вложил, а ты ему хочешь всё отдать??? Что я должен был делать?

Дима, до этого молчавший, вдруг улыбнулся и, глядя мне в глаза сказал:

– Все мое- твое, так ведь Таня, а твое -мое?

– Не подавишься таким куском, а то я ведь не жадная, отдам все, что есть, подпишу все бумаги, даже спорить не буду, - от моих слов его перекосило.
– Ладно, все живы-здоровы, я тогда поехала.

– Куда?
– рявкнул Дима, Саныч уже хотел ему что-то сказать, но я его перебила.

– Ты как всегда слушаешь только себя, а остальное мимо ушей пропускаешь.

– Давай все претензии наедине обсудим.

– А давай ты прекратишь устраивать театр и просто оставишь нас в покое.

– Я бы с удовольствием, но ты пока еще МОЯ жена и ни о каком покое и речи быть не может.

– Вот именно, что пока, Дима, и я еще раз повторяю, соглашусь на любую сделку лишь бы нас развели!

– Таня...- начал он с предупреждением в голосе.

– Иди к черту!

Больше ничего не говорила, вышла в коридор, пытаясь не слушать опять начавшего орать Саныча. Господи, что за идиотизм? Устроили тут соревнования кто круче и главнее, мужики гребанные...

– Стой!
– Олег догнал на лестнице, - Куда ты за руль такая чумная? В аварию влететь хочешь?

– Отстань, нормально все со мной!

– А то я не вижу нормально твое, руки хоть в карманы спрячь, а то как у алкоголика запойного ходуном ходят,- посмотрела на руки, хмыкнула.

– Садись, домчу с ветерком, я сегодня добрый!

Возле школы нас ждал наряд ментов, взбешенный директор, лицо которого было красней, чем лицо Леонидовны недавно, виноватый Кирилл с подбитым глазом и еще один парень с разбитой губой, синяком на скуле и в порванной футболке. Вслед за нами на парковку въехала машина Вовы и он, недовольный, показался нам на глаза.

Дело решили мирным путем, никто никаких заявлений писать не стал, обоим парням влепили по выговору в личное дело и до конца учебного месяца они будут дежурить по школе, то есть будут помогать уборщице с уборкой классов после уроков.

– Довольна?
– Вова разве что не плевался, так шипел мне в лицо и руками размахивал, - Это ты виновата, ты!

– В чем виновата? Не я твоего сына из дома выгнала!

– Ты виновата, какого хрена ты вмешалась? Я бы Лильку угомонил, Кирюха бы дома остался, а теперь что? Да об этом весь город судачит теперь! Даже вот в школе болтают.