Та самая девушка

Хиггинсон Рейчел

В конце концов, Эзра вернулся, только на этот раз он принёс с собой стряпню. Не только еду и хорошие блюда, но и искусство. Затянул в это.

И он спас меня во второй раз.

Тогда я украла у него еще больше. На этот раз по необходимости. Из-за потребности смягчить своё выживание и нарисовать картину своей реальности, которая была чем-то иным, чем правда.

К этому моменту я уже отчаянно нуждалась в цели. Жадная до всего, что не заставило бы меня чувствовать себя такой... опустошённой. Очень неправильной.

Разрушенной.

Когда

Эзра познакомил меня с кулинарией, настоящей, искренней, с кровью и кишками, я впитала всё, что он предлагал. Поначалу это не было моим, но каким-то образом, окружённая огнём, жаром и пряностями, я нашла себя.

Посреди кухни, покрытая потом и жиром, я обнаружила, кто я.

Это был величайший подарок, который Эзра когда-либо смог бы мне сделать. Дар, который я не смогу даже описать, не признавшись ему в своём несоответствии, в изуродованной части меня, а даже если смогу, он все равно увидит лишь то, что лежало на поверхности. Он увидит только мои промахи. Он перестанет видеть милую сестрёнку, которую так нежно любил, и вместо неё обнаружит уродливую, ущербную неудачницу.

Я хранила кусочки этой головоломки в тайне, даже когда позволяла стряпне очищать мою душу, даже когда жар исцелял меня, а огонь возвращал жизнь в моё потрёпанное тело. И я сотворила еще одну, последнюю личность, чтобы смягчить все остальные жёсткие грани. Я стала девушкой, которая притворялась, что всё всегда хорошо, весело и замечательно. Я создала вторую кожу, которая казалась нормальной. И я решила носить её всю оставшуюся жизнь.

Эзра владел ресторанами, так что я получила диплом кулинара, чтобы работать на него. Это, казалось, соответствовало моей новой личности. Я знала, что для него это логично. Я понимала, что никогда не смогу объяснить все сложные причины любви к еде, но также знала, что мне не придётся этого делать. Я происходила из семьи гурманов. Еда была моим подарком. Еда всегда будет моим будущим.

И большую часть времени мне нравилось работать на брата.

Но на этот раз он зашёл слишком далеко.

Чертовски далеко.

— Это уже слишком, — прошептала я, пытаясь дышать сквозь панику.

Моя выдуманная личность уже ускользала, но я была слишком ошеломлена, чтобы обращать на это внимание.

Мой брат улыбнулся мне из-за стойки своего самого известного ресторана "Бьянка".

— С днём рождения, Диллон.

— Ты же не серьёзно, — я прошептала эти слова, надеясь, что он примет их за удивление, а не за шипение гадюки, рождающееся во мне.

Мой день рождения был две недели назад. Мы уже отпраздновали двадцать седьмое число. Он подарил мне нагреватель с термостатом. Это, должно быть, шутка.

Его улыбка стала шире, редкое и необычное зрелище видеть его таким счастливым.

— Да. Серьёзно.

— Эзра, я не могу...

— Я знаю, о чём ты думаешь, — поспешил сказать он. — Но ты идеально подходишь для этой кухни. А местный персонал уже больше года управляет этим заведением самостоятельно. Они здесь, чтобы помочь тебе совершить

переход.

— Я только что закончила школу. Я ещё двух лет не отработала в "Лилу", — рычание в моём голосе нисколько его не разубедило.

Во всяком случае, в его глазах появился тот блеск, который сказал мне, что он не собирается отступать. Не сейчас. Никогда. Я проглотила комок в горле, вызванный ужасом, разочарованием и большим количеством страха.

— Я ничего не знаю об управлении этим рестораном. Я думала, ты хочешь спасти его? А не загнать его в землю!

— Ты же не загонишь его в землю, — терпеливо возразил он.

— Прекрасно. Я сделаю кое-что похуже. Подожгу его. Взорву. Отправлю на чёртову луну, — истерика вцепилась мне в горло и выскочила изо рта. — Эзра, я не подхожу для этого ресторана! Ты с ума сошёл?

Его улыбка, наконец, исчезла, обнажив его фирменное хмурое выражение лица.

— Диллон, ты чего? Это возможность всей жизни.

Я подавила желание закатить глаза.

— Да, возможность увидеть, как моя карьера сгорает в огне. И я никогда не прощу тебе, если ты меня уволишь. Что неизбежно произойдёт, поскольку я не подхожу для этой работы. И тогда мы расстанемся. Ты хочешь расстаться?

— У тебя всё будет хорошо...

— Я недостаточно хороший повар для "Бьянки", Эзра. Я не хочу её. По крайней мере, пока.

Его брови сошлись на переносице в знак поражения.

— Я не могу больше ждать. "Бьянке" нужен лидер. И я хочу, чтобы это была ты. Если я отдам её кому-нибудь другому, она не будет стоять на месте. Я найду лучшего повара, какого только смогу достать. Если ты не возьмёшь её сейчас, она может никогда не стать твоей.

— Эзра, чёрт возьми! Дай мне встать на ноги, прежде чем начнёшь раздавать такие задания.

Он покачал головой.

— Хотел бы я.

Дверь кухни распахнулась, и наши друзья ворвались в обеденный зал.

— Поздравляем! — закричали они в унисон.

Я подавила желание заплакать.

Молли и Вера вышли, держа в руках воздушные шарики. Кайа сжимала невероятно дорогую бутылку шампанского. Уайетт шёл рядом с ней с совершенно белым поварским колпаком в руках — с эмблемой "Бьянки" в виде лилии. Киллиан следовал за ними, толкая тележку с чудовищным тортом.

Я моргнула, глядя на кремовый ужас. Поздравляем шеф-повара Диллон.

— Это от "Костко"?

Все дружно расхохотались. Они перекрикивали друг друга, рассказывая о нехватке времени и о том, что никто не знал, кто именно отвечает за это, и какой торт я люблю.

Было трудно не улыбнуться, когда мои друзья заполнили это пространство и смех зазвенел в воздухе. Трудно было не смотреть на элегантный декор и открытый дизайн, на глаза "Бьянки", на фреску, которую Молли так прекрасно нарисовала на длинной стене, и не хотеть сделать это место своим. Ещё труднее было вспоминать запятнанную репутацию "Бьянки" и трудности, через которые она прошла за последние несколько лет, и не желать её возвращения к жизни.