Сюжет для романа
Шрифт:
Если главный женский персонаж окажется жгучей брюнеткой, она всегда сможет выбросить книгу в ведро.
— Ваша дочка так похожа на отца, — с дружелюбной улыбкой заметила женщина средних лет, стоявшая у прилавка. — И такой же твердый характер, держу пари. — Ее улыбка стала еще шире, когда Пол и Уэнди подошли к Робин. — Ну как, выбрали? Смотрите, не усердствуйте, не то потеряете зубы.
— А у меня все равно вставные. — Уэнди выложила на прилавок три шоколадки и стрельнула взглядом на женщину. — Одна сейчас, а две попозже.
— Значительно
Контраст между правильным английским мужчины и странным акцентом девочки привел продавщицу в смущение. Робин хотела было объяснить ситуацию, но решила, что Пол не оценит этот жест.
— Она подумала, что ты отец Уэнди, — сказала Робин, когда они вышли из магазина, а девочка уже успела убежать вперед. — Я только сейчас обратила внимание, насколько вы похожи.
— Мы и с Бетти были очень похожи друг на друга, — сообщил Пол, на ходу обнимая ее за плечи и притягивая к себе.
Ощутив тепло его тела, Робин на мгновение поверила, что все вернулось вновь. И тут же вспомнила, что даже прежде сомневалась в глубине его чувств.
Она мельком взглянула в зеркало у входа, мимо которого они проходили: Пол — высокий, темноволосый, в мягком кашемировом пальто, и она — водопад золотистых волос, мягко обрамляющих лицо, ростом едва достигающая его подбородка. Мы хорошо смотримся вместе, подумала Робин.
Вернувшись домой, они обнаружили тушеное мясо, оставленное в духовке миссис Мэрфи. Это решило проблему обеда, к глубокому удовлетворению Уэнди. Словно и не было ни ланча, ни шоколада. Девочка немедленно уничтожила то, что перед ней поставили, и попросила добавки.
— Мне понравились ваши папа и мама, — сообщила она, помогая Робин составлять тарелки в посудомоечную машину. — Ваша мама сказала, что я могу называть их бабушкой и дедушкой, но это, наверное, только после того, как меня удочерят?
— Никаких до и после, — быстро ответила Робин. — Нам просто нужно пройти через испытательный период, чтобы власти убедились, что мы счастливы вместе.
Уэнди задумчиво взглянула на нее.
— А вы с дядей Полом счастливы вместе?
Неожиданный вопрос на несколько секунд лишил Робин дара речи. Она судорожно пыталась припомнить, не было ли в последние несколько дней между ними каких-либо размолвок. Нет, — во всяком случае, в присутствии Уэнди.
— Конечно. Очень счастливы.
Ответ, казалось, удовлетворил девочку. Хотя кто знает, что происходит в этой маленькой головке? Уэнди похожа на Пола не только внешне, сокрушенно подумала Робин, закрывая дверцу посудомоечной машины.
Пол включил телевизор, чтобы посмотреть вечерние новости и, когда Робин и Уэнди вошли в гостиную, лениво наблюдал за какими-то беднягами на экране, которых мучил ведущий с садистской улыбочкой.
— Сколько будет двадцать девять умножить на триста пятнадцать? — услышали они от дверей вопрос последнего.
— Девять тысяч сто тридцать пять, — ответила Уэнди на целую секунду раньше, чем испытуемый
Ошарашенная Робин взглянула на Пола и встретила его не менее удивленный взгляд.
— Как тебе это удалось? — спросил он.
Уэнди пожала плечами.
— Легче легкого.
— Может, попробуешь еще? — словно бы невзначай спросил он. — Просто чтобы посмотреть, кто быстрее.
В серых глазах, так похожих на его собственные, зажглась слабая искра интереса.
— Хорошо.
Она опередила всех испытуемых и в последующих задачах, споткнувшись лишь тогда, когда дело дошло до пятизначных чисел. Робин не верила собственным ушам.
— Твоя мама тоже неплохо управлялась с цифрами, — заметил Пол, когда передача закончилась. — И в школе ей приходилось скучать, потому что она все схватывала на лету. Наверное, у тебя похожая история, а?
На лицо Уэнди набежала тень.
— Наверное.
— Думаю, в новой школе тебе скучать не придется.
Уэнди не отреагировала на его слова. Остаток вечера она казалась подавленной и, ко всеобщему удивлению, в девять часов без напоминаний отправилась спать.
— Странно, что никто до нас не заметил ее способностей, — сказала Робин, едва за девочкой закрылась дверь.
— Уэнди могла просто скрывать их, чтобы не выделяться среди сверстников и не стать предметом их насмешек.
— Наверное, и книги, которые мы накупили, не заинтересовали ее потому, что она уже переросла их, — задумчиво проговорила Робин. — Знаешь, мы должны бережно обращаться с ней. Такие одаренные дети бывают очень ранимы.
— Значит, ее примут в Форрест-хилл. — Если Пол и торжествовал свою победу в выборе школы, он ничем этого не выдал. — Ты еще не говорила с Шоном?
— Лично — нет, — призналась Робин. Перемена темы застала ее врасплох. — Я оставила для него сообщение на автоответчике о том, что переношу нашу встречу на четверг.
— А если в четверг он не сможет?
— Тогда бы он уже перезвонил мне. — Робин недовольно взглянула на Пола. Если ты думаешь, что я ограничусь телефонным звонком, то напрасно.
— Тогда имеет смысл провести пару дней в Вашингтоне. Мы с Уэнди приедем туда вечером в четверг, а в пятницу все вместе отправимся показывать ей достопримечательности. — Он помолчал, затем добавил: — Так обычно поступают семьи.
— Хорошая мысль, — одобрила Робин, подумав, что было бы еще лучше, если бы перед этим ей не пришлось встречаться с Шоном. — Я смогу заехать к себе и взять кое-какую одежду, а потом присоединиться к вам.
— Значит, решено. — Мгновение спустя глаза Пола приобрели выражение, от которого у Робин быстрее забилось сердце. — Иди ко мне, — мягко позвал он.
— Я не в настроении, — пересилив себя, проговорила она. — Да и Уэнди может спуститься.
— Я же не предлагаю устраивать оргию. Впрочем… — он философски приподнял плечи, — если не хочешь, чтобы я тебя обнял и поцеловал, могу вместо этого снова включить телевизор.