Сыскари
Шрифт:
Из-за домов на фоне темнеющего пасмурного неба возникла перепуганная воронья стая – заметалась беспорядочно и исчезла, точно сдутая ветром. И тут же эхом откликнулся второй выстрел. А следом в тишину ворвался стальной треск автомата.
Теперь Гуров и сам побледнел. Выругавшись в полный голос, он надавил на педаль газа и, повинуясь уже не разуму, а инстинкту, направил автомобиль туда, где звучала перестрелка.
«Пежо» выскочил со двора, перепрыгнул через обледеневший бордюрный камень, с хрустом прокатился по земле, засыпанной снегом, гравием и угольной пылью, и едва не врезался в синие «Жигули», притаившиеся за грудой шпал, сваленных
Сквозь стекло Гуров видел темный силуэт пригнувшегося к рулю человека в вязаной шапочке. Тот же, будто не замечая ничего вокруг, целиком сосредоточился на выполнении маневра, который ему никак не удавался, потому что мешали лед под колесами и Гуров.
– Держитесь, Хью! – проревел Гуров, оглядываясь назад и выворачивая руль так, чтобы не дать «Жигулям» выбраться на дорогу. – А лучше – ложитесь!
Батлер ложиться не стал, но Гуров уже забыл о нем. Теперь он ясно видел картину происходящего. Он видел бетонный забор вдоль железной дороги и подпирающие его сугробы, пролом в стене и расходящиеся от него в разные стороны тропинки.
По одной из тропинок в сторону дороги бежал человек. Бежал он неловко, боком, сжимая в правой руке какой-то тяжелый предмет. Гуров понял, что это такое, когда человек, вдруг резко развернувшись, направил предмет в его сторону. В руках его словно запульсировал огонек электросварки, и Гуров услышал знакомый стальной треск.
Пули буквально разорвали заднее стекло «Пежо» и обшивку крыши. Гуров услышал, как охнул и повалился под сиденье Хью Батлер. «Только этого мне не хватало! – мелькнуло в голове у Гурова. – Говорил ведь – прячься!»
Но думать об этом уже было некогда. Откуда-то со стороны раздалась еще одна автоматная очередь. Гуров даже не стал разбираться, кто и куда стреляет. Одной рукой вращая рулевое колесо, другой он выхватил из наплечной кобуры верный «макаров» и дал задний ход. «Пежо» снова перепрыгнул бордюр и встал, перегородив дорогу. Гуров открыл дверцу и выпал на покрытый снежной коркой асфальт.
«Жигули» тоже выбрались на дорогу. Водитель как раз собирался объехать Гурова, чтобы потом подсадить человека с автоматом. Высунувшись из-под собственного автомобиля, Гуров трижды выстрелил по «Жигулям», а потом, перекатившись на другую сторону, послал три пули в сторону автоматчика и сразу же отполз на обочину. Ответные пули стегнули снег вокруг него, но вдруг стрельба прекратилась.
Гуров, закусив нижнюю губу, быстро поменял магазин и снова взял пистолет на изготовку. Но улица была пуста. Он только успел заметить темную фигуру, с поразительной быстротой бегущую поперек тротуара, как она тут же исчезла за углом ближайшего дома. С верхушек деревьев снова сорвались вороны и закружили в холодном воздухе.
Полковник резко обернулся и увидел, что от пролома в заборе бежит, размахивая руками, Крячко. Гуров немедленно вскочил и, крикнув: «Жигули» проверь!", помчался вслед за скрывшимся автоматчиком.
Впрочем, через секунду он понял, что беглец уже безоружен – его бесхозный "узи" валялся посреди дороги, словно какая-нибудь безобидная железяка, потерянная сборщиками металлолома. Гуров не стал его подбирать, а сразу побежал во двор.
Пометавшись между домами и проверив ближайшие переулки, запыхавшийся
Глава 12
Следственная бригада работала в Перове до глубокой ночи. Подъехали даже высокие чины. Кроме генерала Орлова, присутствовал заместитель прокурора Москвы, чиновник из мэрии, а также какой-то молчаливый полковник ФСБ. Набежало и железнодорожное начальство. Переполох был страшный. Самым неприятным был тот факт, что среди убитых, обнаруженных в районе железной дороги, оказался некий Джейсон Такер, коммерсант и иностранный подданный. Он был убит очередью из "узи". Пули буквально разворотили ему живот и грудную клетку.
Кроме Такера, убиты были еще двое – возле бетонного забора нашли труп молодого человека с автоматом в руках, а в синих "Жигулях" на дороге – водителя со снесенным автоматной очередью черепом. Салон машины буквально был нашпигован битым стеклом и окровавленными лохмотьями.
Место трагедии осветили прожекторами и обследовали с особенной тщательностью. Следователь Мордовцев лично опрашивал жителей близлежащих домов, пытаясь найти свидетелей происшествия. Но все произошло так быстро, что свидетелей практически не было. Кто-то видел синие "Жигули", кто-то людей, слонявшихся у бетонной ограды, но особого внимания это ни у кого не вызвало – через дыру в заборе ходила половина района. По-настоящему информацией располагали только двое – Крячко и Гуров. После нежданного уличного боя нервы у обоих были взвинчены до предела, но бесконечные вопросы следователя Мордовцева они старались воспринимать спокойно, понимая, что делают одно дело. К тому же при всех свалившихся на них неприятностях и Гуров, и Крячко испытывали неподдельную радость – их помощники, австралийские гости Хью и Вэнс, были живы и здоровы! Ни единой царапины. В отношении Батлера это было более чем удивительно – ведь он, можно сказать, побывал на самой линии огня. Обоих австралийцев также взял в оборот Мордовцев, но отпустил довольно быстро – за ними приехали господин Стоковски и представитель австралийского консульства. Мордовцев опять переключился на оперативников.
– Я сам ни черта не успел понять, Николай Васильевич! – втолковывал ему Крячко. – Некогда было! Занесло этого Такера в такую дыру! А тут еще темнеть начало. Что оставалось делать? Подмогу не вызовешь – пока приедут, тут все и закончится. Ну мы со Львом Иванычем и решили разобраться самостоятельно. Но, если откровенно, то лажанулся я… Не прочувствовал ситуацию. Мне главное было – высмотреть, куда Такер направился. Ну, я сгоряча и сунулся за ним следом…
– Вот тут поподробнее, – хмуро сказал Мордовцев.
– Гм, подробнее, – смущенно отозвался Крячко. Подробности ему не очень нравились. – Сунулся я в дыру. Ну вот, которую все мы тут видим. И вот там, примерно на середине, стояли Такер и еще какой-то тип – кожаная куртка, шапочка черная, ничего примечательного. Они-то меня не заметили, разговором были заняты, причем, как мне показалось, довольно резким. Но разобраться не получилось, потому что откуда-то выкатился еще один – он, наверное, под забором караулил – и прямо ко мне. А этим двоим крикнул, чтобы уходили. Я вижу, терять уже нечего – пушку вынул и в воздух пальнул, с намеком, мол, сдавайтесь!