Сыщик для феи
Шрифт:
Ничего, глядишь, от нити этого фитиля, прошу прощения за каламбур, ниточка-то и потянется. Еще бы! Свечи для королевской свадьбы в ближайшей лавке не покупают. Рубль за сто, есть некая солидная фирма, которая выпускает престижные свечи, и уж конечно, ей и был спущен заказ на изготовление всего этого воскового великолепия. Раз так, значит, среди тех, кто руководил, или производил, или доставлял искомые предметы во дворец, есть соучастник неведомых злодеев. Круг лиц, имеющих отношение к свечным поставкам, невелик, стало быть, необходимо давить на слабое место. А дальше по связям дойдем и до
Обрадованный таким умозаключением, я поспешил вернуться на удобную гостиничную лежанку, приказывая себе не забыть утром выяснить все возможное касательно свечного заводика – мечты отца Федора. А также отдать соответствующее распоряжение по поводу людей, связанных с производством и транспортировкой партии бракованной продукции в Торец Белокаменный. Если еще Вадиму удастся поймать диспетчера злокозненной преступной группировки, то карты у нас на руках будут уже пригодны для игры. Я кинул взгляд на зачехленное зеркало, оставленное Делли в наших с Вадимом личных апартаментах, и у меня появилась мысль вызвать молчавшего целый день Ратникова. «Зачем? Время, пожалуй, уже за полночь. К чему беспокоить спящего витязя. Ничего спешного нет», – мелькнула в голове успокоительная мысль. «Просто не хочешь второй раз вылезать из-под одеяла», – ни с того ни с сего встрепенулась пребывавшая в летаргии совесть. «Ну уж нет, – вступился я сам за себя, – всякие волшебные трюки не по моей части. Вот поутру придет Делли, пусть она с зеркалом и колдует». Поставив точку в затянувшемся споре, я гордо возложил умную голову на подушку и с чувством выполненного долга смежил очи. «А если он сейчас торчит под воротами, в город попасть не может?» – попыталась достучаться неугомонная совесть. «Позвонил бы», – на первом всхрапе мысленно отозвался я.
Утро выдалось свежее и ясное. На этот раз колдуньи и мальчики-оборотни не тревожили мой сон, я бы еще с удовольствием понежился в постели, однако едва-едва забрезжил рассвет, сознания начали достигать чуть слышные звуки. То бормотание, то смех, а то и вовсе куски чьих-то разговоров.
– Что происходит?! – пробормотал я, нащупывая стоящий у изголовья колокольчик.
Спустя минуту вместо ожидаемой покоёвки на пороге спальни возник сам хозяин заведения, горя желанием продолжить вчерашний отъем денег у аристократии.
– Ваша ясновельможность, – закрывая за собой дверь, выпалил он. – Придворные уже построились и ждут. Еще до рассвета очередь занимали.
М-да, ничего не попишешь. Придется подниматься, умываться и приступать к дальнейшему опросу свидетелей. Я вздохнул и приказал, отбрасывая одеяло:
– Выясни, есть ли среди собравшихся лакеи, зажигавшие свечи в церемониальной зале в тот вечер.
– А, да-да-да, – затараторил тайный агент субурбанского Головного Призорного Уряда. – Сейчас все устроим. Прикажете немедля привести или…
– Давай, – кивнул я, окончательно пробуждаясь и изготавливаясь к долгому муторному общению с вероятными носителями крупиц драгоценной информации.
– Одно мгновение! – Щек поспешно скрылся за дверью.
Пожалуй, идея немедля выслушать слуг, имевших непосредственное отношение к свечам, была опрометчивой. Не прошло и пяти минут, как на лестнице разгорелся нешуточный скандал между
– Господин одинец, вы же вчера ввечеру меня обещали вызвать первым! – сквозь приоткрывшуюся дверь кричал барон Закумар Закумарский.
– Да, я помню, – поморщился я. – Входите.
Как я и предполагал, опрос закумарского энтузиаста не дал сколь-нибудь внятных результатов. Барон долго и с упоением рассказывал о тонких винах, приготовленных для свадьбы, об огромных бочках пива, которые предполагалось выкатить для увеселения гуляющего люда, а между тем шум за дверями грозил перейти в потасовку. Принимая во внимание строение винтовой лестницы, последствия могли быть фатальными. Внезапно все стихло, я бы сказал, как по мановению волшебной палочки, но поскольку спустя мгновение в «кабинет» вошла Делли, не приходилось сомневаться, что все обошлось простым щелчком пальцев.
– Барон, – с тоской глядя на велеречивого собеседника, промолвил я, – надеюсь, вам больше нечего прибавить к вышесказанному. Ознакомьтесь со своими показаниями и подпишите на каждой странице.
– Ну что вы! – замахал на меня руками вельможный свидетель. – К чему эти глупости! Я вам вполне доверяю. Читать – дело не баронское! – Начертав косой крест и приложив для верности перстень с печаткой, Закумар Закумарский с чувством выполненного долга отправился во дворец, спеша приступить к своим прямым обязанностям.
– Привет! – подходя ко мне, улыбнулась Делли. – Есть что-нибудь интересное?
– Здесь, – я щелкнул пальцами по исписанному пергаменту, – полный отстой. Карта вин несостоявшегося праздника. А вот по свечам есть ряд вопросов.
– Понятно, – кивнула Делли. – Славный витязь Вадим Ратников свой светлый лик в зеркальце не казал?
– Нет, – отрицательно покачал головой я.
– Странно. – Очаровательная соратница подошла к волшебному агрегату и начала стягивать с него чехол.
– Может, он не смог его завести, – предположил я.
– Да уж что тут сложного, – хмыкнула красавица, устраиваясь поудобнее перед зеркальной гладью. – Вот сам погляди. Представляешь себе образ того человека, с коим хочешь связаться, и начинаешь мыслить о нем неотступно. И вот, коли рядом с ним зеркальце заветное есть, наше враз голубоватыми волнами пойдет. Вот… Ой! Красное!
– Где красное? – удивился я.
– Зеркало покраснело.
– Это оно здесь наслушалось, – съязвил я, пожалуй, неуместно, поскольку Делли только досадливо отмахнулась и заговорила возбужденно.
– Ты пойми, если бы Вадим был поблизости от зеркала, он бы его наверняка услышал. А оно бы, в свою очередь, почувствовало бы это и заголубело. А коли красным стало, выходит, нет рядом хозяина.
– М-может быть, он потерял свое зеркальце, – не слишком уверенно предположил я.
– Вряд ли, – покачала головой фея, – оно в рюкзаке лежало. Разве что он драгоценный рюкзак утерял.
– Может, он на постоялом дворе его оставил, а сам по делам отправился.
– Ну, может быть, конечно, – не слишком веря собственным словам, проговорила кудесница. – Но время-то еще раннее, куда б ему по утренней росе-то идти?