Сыночек в подарок

Богда Ксения

Хлопаю глазами. Он ведь несерьезно?

— А я и не пытаюсь попасть под ваши вкусы, Сергей Витальевич, — гордо задираю нос и крепче стискиваю пальцы на гантели.

Шеф выгибает бровь.

— Серьезно? А мне вот почему-то показалось обратное.

Округляю глаза и резко поворачиваюсь всем телом к нему.

— Это когда вам такое показалось, могу я поинтересоваться? Точнее, в какой момент вы решили, что я нуждаюсь в вашем внимании?

Сергей Витальевич усаживается на тренажер и хмыкает.

— А разве

нет? Мне просто показалось, что ты пытаешься со мной заигрывать.

— Чего? — взвизгиваю от негодования. — У тебя бурная фантазия.

Вскидываю руку и охаю под весом снаряда.

— Аккуратнее с этими штуками, — показывает пальцем на гантели, — они могут навредить.

Прищуриваюсь.

— Ты же помнишь про интрижки, Лада? — дергает бровью. — И не нужно так активно крутить бедрами, когда после очередного доклада выходишь из моего кабинета. Меня этим не проймешь.

Задыхаюсь от возмущения. А шеф, наоборот, довольно скалит белоснежные зубы, которые не скрывает его долбаная борода.

Так, нужно взять себя в руки и проучить этого самовлюбленного павлина. Выдавливаю из себя, надеюсь, добродушную улыбку и подхожу к шефу почти вплотную.

Он вопросительно выгибает бровь и ждет моих дальнейших действий. Наклоняюсь к нему, заглядываю в глаза.

— Простите меня, Сергей Витальевич, я не хотела, чтобы вы расценивали мое поведение как что-то вызывающее и провоцирующее.

Босс удивленно хлопает глазами, но я вижу по выражению его лица, что ему нравится моя покорность и послушание.

Опускаю взгляд на ногу босса и расслабляю хватку на гантели. Зеленые глаза округляются, и шеф резко выдыхает.

— Твою ж мать, — воет от боли, отдергивая ногу, на которую аккуратно грохнулась моя гантелька весом в пять килограммов.

Шеф что-то шипит сквозь сцепленные зубы, а я отскакиваю от него, чтобы он не дотянулся до меня своими ручищами.

— Не-а, — качаю пальцем, — без ручек, милый.

— Ах ты ж… — шипит, сужая глаза.

Пытается взглядом убить, а потом и вовсе вскакивает на ноги. Но я успеваю отскочить на достаточно большое расстояние от него, и он ловит только воздух между нами.

— Ада, вернись, мать твою! — ревет на весь зал, пока я удираю от него в раздевалку.

— Не все крутится вокруг тебя, самовлюбленный павлин, — парирую на ходу.

— Я тебя уволю к чертям! — продолжает бесноваться.

Предпринимает попытку догнать меня, но в зал заходит кто-то из бухгалтерии, и это притормаживает босса.

Ещё бы, не рванет же он за мной.

Падаю на скамейку и закусываю губу.

— Боже, что я натворила? А вдруг и правда уволит? — закрываю лицо руками и шумно выдыхаю.

Глава 6

Сергей

Нет, я до сих пор не могу понять, какого хрена я не увольняю эту

рыжеволосую ведьмочку? Терплю её закидоны и выкидоны в свою сторону.

А она после зала только и делает, что испытывает мое терпение. А его у меня все меньше. Правда, вот уж досада, я не злюсь… я хочу её приструнить.

Через колени перегнуть и настучать по той самой попке, которой она так активно крутит, когда оказывается в поле моего зрения. И это аж зубы сводит.

А уж когда я вижу, как её провожает взглядом мужская половина нашего коллектива, вообще всем глаза хочется завязать. Только я могу смотреть на эти формы! Я! Она ж для меня старается, да?

В ушах тут же стучат два слова: «самовлюбленный павлин».

— Оксана, пригласи ко мне Трубецкую, пожалуйста. С отчетом за первую неделю декабря.

— Хорошо, Сергей Витальевич.

— А, ещё, Оксан. У Юли уточни по поводу корпоратива новогоднего, все там по срокам получается?

— Сделаю.

— Благодарю.

Нервно стучу по крышке стола ручкой. Прокручиваю в голове все наши встречи с Ладой. Морщусь… Адой.

Ну не идет ей это имя. Представляется эдакий чертенок из самого ада, который мучает простых смертных.

Хотя-я-я-я-я-я, вполне про неё. Она меня с ума сводит своим поведением.

Стук в дверь заставляет выпрямиться. Как пацан перед уроком и учителем, ей-богу.

Провожу ладонью по лбу, резко выдыхаю. Тянусь уже к волосам, чтобы по привычке взъерошить их, но вовремя одергиваю себя. Никак не могу привыкнуть к новой прическе, но стилисты мне все мозги проели, что сейчас так круто и мне вот это все идет. А мне нужно появляться на публике, быть презентабельным, и вся эта канитель.

Уже не рад, что повелся на уговоры отца и возглавил его детище. А тут ещё и девочка Лада с пощечиной и гирями…

— Входите, — изображаю бурную деятельность, а сам кошусь на входящую Аду.

И опять слюна во рту мгновенно накапливается.

Юбка обтягивает узкие бедра, шпильки по полу стучат, волосы спадают на плечи, бордовая рубашка обтягивает аппетитную грудь. Которую хочется потрогать, в руках ощутить.

Дергаю головой, выгоняя из мозгов образ Ады. Хотя уже в башке своей нездоровой накручиваю рыжие пряди на кулак и впиваюсь в пухлые губки.

— Никаких интрижек, — цежу сквозь зубы.

— И вам доброе утро, Сергей Витальевич, — нараспев проговаривает Ада и изящно усаживается в кресло напротив, пока я жру её глазами, — чудесный день.

Угукаю.

— Что там у нас по выполнению договоров по закупкам? — переключаюсь на работу.

А то недалеко от того, чтоб схватить её и усадить на стол, а потом… Так, не думать о том, что там потом.

Она подчиненная! Но почему-то именно она с ума сводит одним своим присутствием. И я даже уже узнал, какой у неё парфюм. Маньяк долбаный.