Сын змеи
Шрифт:
– Мне позарез нужен этот саркофаг, - пояснил он ошарашенному Астиду. – Давай следующий.
В склепе находилось четыре гробницы. Они открыли и очистили от останков все. Потом вернулись в библиотеку, и Астид по приказу Гилэстэла приволок тележку и второй фонарь.
– А теперь, - сказал князь, - бери самые дорогие книги и неси их в склеп.
– Мы грабим дворцовую библиотеку? – поразился Астид.
– Именно, - усмехнулся Гилэстэл, снимая с полки фолиант в обложке, украшенной жемчугом, и опустил его в тележку.
– Зачем?!
– Мне
– Но Бафарий знает наперечет все книги! Он завтра же обнаружит их пропажу!
– Илану Бракке завтра утром будет предложено отправиться на заслуженный отдых. От огорчения бедного старика хватит удар. Так что нам надо успеть до того момента, пока здесь не появился новый хранитель.
– Откуда вы знаете про удар?
– В моей коллекции ядов есть замечательные образцы.А с Бафарием мы сегодня выпили по бокалу вина.
Они носили книги до самого утра. На этот раз Гилэстэла не интересовало содержание – он брал те, что были наиболее ценны в материальном плане. Те, переплеты которых отягощали драгоценные камни, жемчуг, золото и серебро. Когда в запыленном окне над дверью склепа забрезжил рассвет, саркофаги были полны доверху. Крышки задвинули на место, оставив клад дожидаться своего часа.
Пробираясь через брешь в последний раз, Астид покачал головой.
– Заделать бы надо.
– Согласен, - кивнул князь.
Астид отошел подальше, а Гилэстэл развел в стороны руки, выговаривая слова нового заклинания. Обломки кирпичей дрогнули, закружились, укладываясь друг на друга.И вскоре стена, разделяющая гробницу и хранилище библиотеки, снова поднялась в коридоре. Гилэстэл осторожно тронул шаткую перегородку.
– Надеюсь, никому не придет в голову пнуть её. По крайней мере до того момента, когда я заберу книги. Пора возвращаться, Астид.
Четвертый ключ открыл ржавый замок с оглушающим скрипом. Гилэстэл с досадой поморщился, когда дверные петли провизжали, и дверь приоткрылась,выпуская их наружу. Выбравшись из склепа, они зажмурились от солнечного света. Вопль ужаса резанул по ушам Астида. Он распахнул глаза и увидел невдалеке человека, привалившегося к каменному надгробию - очевидно, случайно забредшего сюда пьяницу. Тот, повизгивая, скреб ногами по земле и пытался встать. Гилэстэл сделал шаг в его сторону, но человек закатил глаза и хлопнулся под гранитный бок. Астид взглянул на князя и хохотнул – припорошенные пылью белые волосы, покрасневшие от напряжения глаза и светлая одежда – чем не призрак?
– Ты выглядишь не лучше, - понял тот его взгляд. – Быстрее в гостиницу, пока еще кто-нибудь нас тут не увидел.
Стряхнув пыль с одежды, они быстро направились к «Королевскому виночерпию». Астиду не терпелось увидеть Наллаэн. Он не видел её сутки, и успел невыносимо соскучиться.
На пороге гостиницы их встретил Вантад со смятенным лицом и всклокоченной головой. Одежда трактирщика была запятнана алым.
– Что случилось? – встревожился князь.
– Беда. Беда, Ваша светлость, - выдохнул тот.
–
– Наллаэн умирает, ваша светлость.
– Наллаэн?
В первую минуту князь, озабоченный собственными делами,даже не понял, о ком идет речь. Лишь когда Астид, охнув, рванулся в дом, до Гилэстэла дошел смысл слов трактирщика.
Скорым шагом он устремился вслед за Вантадом. В обеденном зале, на столе, на боку лежала Наллаэн. Возле залитого кровью стола, плача, бестолково топтались её подруги. Астид подскочил и, взглянув на девушку, завыл в отчаянии. Голова Наллаэн на затылке была разбита, а осколки кости глубоко вмяты внутрь. Временами по её лицу пробегала дрожь, и неконтролируемая судорога подергивала тело.
Гилэстэл подошел, повернул голову раненой, рассматривая рану. Отпустил, с шипением втянув воздух.
– Князь, прошу вас!!! – Астид вцепился в его камзол, умоляющими глазами сверля лицо полуэльфа.
Тот вздохнул, оторвал от себя его руки.
– Не могу. Она уже мертва.
– Я прошу вас! Я сделаю для вас все, что прикажете! Все!!! Только помогите ей! Вы же изучали целительство! – повис на нем Астид.
– Я лекарь, а не некромант! – попытался оттолкнуть воспитанника Гилэстэл.
– Ваша светлость…, - трясся Астид, сползая по груди князя вниз, обнимая его колени, приникая лицом к запыленным сапогам. – Ваша светлость!! Князь!!! Вылечите её!! Все…все что хотите! Я буду вашим псом, вашей тенью! Спасите её!!! Почему вы отказываетесь?!
– Она умрет! Её мозг поврежден! Посмотри сюда. Смотри!!
Он схватил Астида, рывком поднял его, и, схватив за шею, пригнул его к столу, заставляя смотреть.
– Видишь?! Видишь эти сгустки? Эти комки, вытекающие с кровью? Это. Её. Мозг. Он уже мертв. Ее тело живет, пока сердце качает кровь. Скоро оно остановится.
Гилэстэл отпустил полукровку. Астид приник к Наллаэн, прижался щекой к её руке. Его колотило и трясло, а серые глаза были полны отчаяния и ужаса от страшной потери. Вантад причитал, прижав ладонь к лицу и мотая головой из стороны в сторону.
– Вы знаете, кто это сделал? – спросил его Гилэстэл.
– Как не знать. Дворяне из Златолесья. Да вы их и сами видели, Ваша светлость. В общем зале всегда у второго окна сидели. Трое их было. У одного еще конь такой забавный, пятнистый, ровно поросенок урукхайский. Уехали они сегодня на заре. Расплатились и уехали. Я и остановить не посмел. Уж больно грозно выглядели.
Гилэстэл кивнул. Астид, оглянувшись на слова трактирщика, тоже смутно припомнил ту компанию – молчаливые, надменные эльфы, в камзолахс лиственным орнаментом. Вантад вытащил из-за спины одну из банных девушек – растрепанную, с красными и опухшими глазами.
– Да вот Доротка была с нею там же, всевидела. Она и на помощь позвала.
– Говори, - Гилэстэл коснулся её головы, погладил.
– Расскажи, что там случилось?
Та подняла заплаканное лицо, запинаясь и всхлипывая, забормотала.