Сын соперника
Шрифт:
– Вы не стали бы мне это показывать, если бы не сочли важным, – сказала Гэлис. – Почему бы вам не рассказать мне все, что вы знаете?
Эриот поискала кого-то взглядом.
– Белвит, иди сюда, – позвала она.
Пожилой мужчина осторожно вышел вперед. У него были тонкие седые волосы и длинный нос. Он беззубо улыбнулся женщинам.
– Госпожа Флитвуд… – начал он, прилагая, похоже, все усилия, чтобы собраться с мыслями.
– Пожалуйста, расскажи стратегу Валера, что ты видел сегодня на Херрисе.
Белвит выпрямился.
– Ну,
– И на острове ты увидел?.. – сказала Эриот, не проявляя никаких признаков нетерпения.
– Ну, вот это, – произнес Белвит, кивнув на знак. – Они там повсюду. На дереве и камне. Все одинаковые. Полоски. Средняя – побольше. Все свежие. – Он покачал головой. – Грубая работа, но это, я так думаю, вы понимаете.
– Спасибо, Белвит, – поблагодарила Эриот. Старик шагнул назад в толпу колонистов. Гэлис беспомощно посмотрела на девушку.
– Чуточку терпения, Эриот Флитвуд. Что все это значит?
– Три черты, – ответила девушка. – Три острова. Но значение придается только средней черте.
Стратег удивленно рассмеялась, но выражение лица Эриот заставило ее смолкнуть.
– Вы – герой для обеих сторон, – пояснила девушка. – Вас на Херрисе знают так же, как и здесь. Вы хороший солдат, друг и покойного Кевлерена, и командующего, и заморского принца.
– Заморского принца?..
– Поломы. Пока вам никто из них не будет досаждать. Но мы, переселенцы, ездим на Херрис и обратно, наблюдаем за киданцами и кое-что замечаем. Мы видим, как они отдаляются от нас. Они не любят нас, стратег. Они не хотят, чтобы мы здесь оставались. – Девушка указала на отметины на двери. – Я готова поспорить, что это именно их знак.
Казалось, Гэлис приняла новость скептически, но Эриот видела, что ее слова глубоко запали в душу стратега.
– Так я спрошу еще раз, – сказала девушка. – Кто здесь главный? К кому нам обратиться по этому поводу?..
Гош подумал, что закаты в этой части света неописуемо прекрасны.
Отсюда, с западной оконечности острова Кархей, Киданский залив сверкал словно золотое блюдо. Раздувшийся солнечный диск все еще нависал над горизонтом: его лучи пытались противостоять наползавшей с востока темноте ночи. Дома, в Омеральте, или на ферме недалеко от южного города Боутелл, где прошло детство Линседда, закат был похож на волшебство. Летом солнце вставало подобно неведомой жар-птице и, рано опускаясь за Вардарские горы, посылало пурпурные тени на поля и каналы…
Гош ощутил тоску по дому, но тут же понял, что тоскует по молодости. Ему нравилось чувствовать
Мэддину пришлись бы по душе здешние закаты, подумал Линседд.
Услышав позади шаги, он обернулся. Это оказались Гэлис и, к его величайшему удивлению, Кадберн.
Избранный немигающими глазами смотрел на запад. Шрамы на его лице походили на глубокие морщины.
Все трое молча наблюдали за тем, как солнце окончательно опустилось в море, затем повернулись и зашагали к поселению.
– Мы не можем рассчитывать на то, что Полома сдержит советника Неври и его сторонников, – сказала Гэлис. – Необходимо что-то предпринять, чтобы помочь ему. Иначе мы потеряем все.
– Еще до нападения Кевлерена?
– Если он вообще нападет, – заметил Кадберн.
Гоша поразило подобное высказывание. Когда Избранный выступал перед Ассамблеей, то уверенности в том, что войны с Сайенной не миновать, в его словах было больше.
– Неври будет выжидать, пока мы стоим на защите Кидана, – сказала Гэлис. – Но он уже начал кампанию против нас. Это хитро…
– Подло, – перебил Кадберн.
– Но очень умно. Он рассчитывает получить поддержку и одновременно вызвать вражду среди поселенцев.
– Кажется, я что-то пропустил, – заметил Гош, чувствуя, что не понимает сути разговора. – Собственно, я понятия не имею, о чем речь…
– Мы лишь кое-что обсудили по дороге сюда, – пояснила Гэлис. – А это я обнаружила только днем, и то лишь благодаря странной маленькой девушке, претендующей на звание представителя всех переселенцев.
– Эриот Флитвуд, – понимающе кивнул Гош. – Она может… Что вы с Кадберном решили предпринять?
– Пока ничего, – промолвил Акскевлерен.
– Но есть кое-какие идеи, – добавила Гэлис.
Глава 8
Казалось, Чиерма уже несколько часов разглядывает бумагу, лежащую перед ним на столе. Это был список воинских частей, которые губернатор мог использовать для обороны границы. Дело грозило затянуться, так как граница велика, а список слишком короток.
Кое-что являлось очевидным: например, было понятно, что гарнизон в Геймвальде, самом большом городе на севере Ривальда, по сути, второй столице республики, просто необходим.
Далее: нужен эскадрон кавалерии на полпути между Геймвальдом и Каттлом, самым южным городом империи. Еще – кавалерийский эскадрон для постоянного дозора на пустынных западных территориях… После всех этих подсчетов на оборону оставшихся четырехсот миль границы приходилось только две тысячи солдат.
Проблема не имела очевидного решения. Чиерма лишь отчаянно надеялся на то, что хоть какая-то мысль посетит его, если он будет продолжать сверлить глазами буквы и цифры на бумаге. Да, нужно подумать над этим вопросом на досуге.