Сын погибели
Шрифт:
Мафраз поставила кубок и занялась новым лекарством.
— А это что? — снова встрял святой отец.
— Я уже говорила вам: это растение, именуемое у ромеев буглосса, а у вас — бычий язык.
«А у нас — порождением кошки», — подумала Мафраз, но не стала произносить вслух.
— Смешав смолотую траву с медом и хлебом, мы выпустили гной из его ран, а теперь отвар бычьего языка уймет лихорадку.
Дверь комнаты отворилась. В дворцовые покои, отведенные под импровизированный госпиталь,
— Как он? — игнорируя присутствие священника, поинтересовалась Матильда у врачевательницы.
— Самое опасное позади, — склонилась в поклоне черноокая Мафраз. — Сознание вернулось к нему. Если будет на то воля… — она чуть замялась, — Господа, через несколько дней граф сможет встать. Сильный организм быстро идет на поправку.
— Когда это случится, ты получишь свободу.
— Я непрестанно молю о том Отца небесного, — заверила персиянка.
— Если желаешь, останься при мне. Никто не посмеет обидеть тебя.
— Мне лестны ваши слова, и я с радостью приму ваше предложение, но мое самое заветное желание — увидеть госпожу.
Глава 15
Остерегайся во тьме черного козла и худую свинью, да приятелей их неразлучных: волкопса и петуха задиристого. То ли к удаче они путь укажут, то ли в беду заведут.
Пламя с трубным ревом ползло вверх по холму.
— Интересно мне понять, отчего оно гудит, — поморщился Камдил.
— Бытовая алхимия. — Лис поглядел на высоченные огненные языки, приближающиеся к стенам. — С чего бы оно гореть вздумало? Экая хренотень получается…
Рыцарь утер пот со лба.
— Становится жарко. Послушай, но ведь они твою землю вокруг замка рассыпали — я сундук узнал.
— Я тоже узнал, — с нескрываемой досадой подтвердил его напарник. — И шо с того? Земля — обычней не бывает, не чета нашим черноземам. Откуда бы такой пламень страсти и дым отечества? — Он прикрыл лицо мокрой тряпкой. — Капитан, будут какие-нибудь деловые предложения по пожарно-аграрному вопросу?
— Есть одна мыслишка, — ответил Камдил, разглядывая склоны холма, — не то чтобы сильный ход, но по крайней мере хоть какой-то способ выбраться отсюда.
— Ну давай, блесни гением.
— Там, во дворе замка, множество бочек. Если набрать воды из колодца…
— Ты шо, хочешь залить пламя?
Камдил отрицательно покачал головой:
— Вряд ли это получится. Но если полить водой бочку, посадить внутрь мокрого человека, да скатить ее вниз по склону, то сквозь пламя можно проскочить довольно безболезненно.
Лис с сомнением поглядел на друга:
— Может, проскочим,
— Ты это к чему?
— Мы верим курсу физики, а не своим глазам.
— То есть?
— Скажи, куда летела стрела в тот момент, когда мы с Федюней здоровкались?
Камдил на мгновение задумался:
— В меня.
— А воткнулась в того убогого, который вдруг перекрыл линию выстрела. И потом, когда мы к воротам улепетывали, в нас тоже все никак попасть не могли. И это — валлийские-то лучники, никогда косорукостью не страдавшие.
— Хочешь сказать — все это обещанная нашим лесным знакомцем неуязвимость?
— Да к гадалке не ходить! Давай просто возьмем Федюню, он же ж тоже по Андаю — шо танк, откроем ворота и пойдем сквозь пламя, как по бульвару. Ты ж понимаешь, что огня из той земли не может быть — это навь, — он закашлялся и попытался рукою отогнать вползающий через бойницы дым, — хотя и очень убедительная.
— Наш лесной знакомец еще очень настоятельно просил его не обманывать. И не забывать о нитях судеб. Как бы эта навь не оказалась чересчур явной. А если…
Камдил улыбнулся собственной мысли.
— Федюня! — окликнул он мальчишку, не сводившего глаз с пламени. — Скажи, ты думаешь отсюда спасаться?
— К чему? Я говорю о жизни в согласии, об искоренении страха в себе, а они моим именем грабят и убивают. С того дня, как вышел я из вод озера, чувствую силу небывалую, а уж то, что знаю и умею, и высказать не могу. Но только все не к добру. К чему так жить?
— Федь, ты че, дымом обдышался? Так вроде конопля по склону не растет. Если ты тут сейчас поляжешь, народ такое насочиняет, шо ты будешь в гробу крутиться, как каплун на вертеле. Напортачил и все? Обидели мышку — написали в норку? Разруливать надо!
— Федюня, — перебил друга рыцарь, — когда твои люди брали этот замок, ты каким-то образом поднял воду из колодца и погасил горящий дом.
— Да, — кротко ответил мальчик, — там могли погибнуть люди…
— Здесь они тоже могут погибнуть, — заверил Лис.
— Погоди, — оборвал его Камдил, — ты можешь повторить это?
— Могу, — безучастно отозвался Кочедыжник. — А еще я чую вблизи подземный ход.
— Не, ну это нормально? — возмутился Лис.
— Сергей, не мешай… Ты уверен, что в замке есть подземный ход?