Сын Палача 3

Оришин Вадим Александрович

— Хорошие стрелки у тебя есть? Как насчёт осложнить жизнь противнику?

Капитан сам выглянул между зубьев, улыбнулся, крикнул:

— Мейс!

А пока к нам перебирался боец с необычной винтовкой, я подключил свою силу и преобразовал щель между двумя зубьями в маленькое оконце.

— Капитан! — невысокий худощавый парень с блондинистыми локонами, торчащими из-под солдатской шапки, преданно посмотрел на командира.

Шиллак указал на оконце.

— Развлекайся, только не рискуй.

Жаль, такой стрелок всего один, но один лучше,

чем ничего. Грохнул выстрел пушки. Северяне пока не высовывались, поэтому мы уже знали, что сейчас произойдёт. Из глухо хлопнувшего снаряда повалил дым, который я уже заготовленным заклинаниями вновь преобразил в пыль. И вновь северяне, словно тараканы, бросились к стенам, но Мейс успел выстрелить. Один из солдат упал.

— Промазал… — прошипел стрелок, перезаряжаясь.

Я рядовых от сержантов не отличал, больше занятый орудием. Если как-то достать до пушки…

Грохнул выстрел. Я оттолкнул стрелка от окна, да и сам спрятался за преградой. Грохнул взрыв, осыпая нас мелкими осколками. Колебания магии не заметил, зато на баррикаде появилось множество царапин.

— Быстро сообразили, — сплюнул Шиллак.

Мейс успел высунуться и сделать ещё выстрел, снова прячась за камнем. Пушка стала бить чаще, не переключаясь между разными снарядами, бьют только осколочными. Я выглянул между зубьями. Ещё немного, и стрелять начнёт не только Мейс.

— Приготовились…

— Вторая пушка, — вставил я, рассмотрев, как северяне подкатили второе орудие.

Грохнул взрыв, окатив нас осколками. В этот раз выстрелили уже больше десятка имперцев, последний участок пути точно не дастся северянам без потерь. Пушка бахнула в соло ещё один раз, дав нашим бойцам ещё один выстрел. А затем они начали палить по очереди, и промежутки между разрывами снарядов сократились до жалких пары секунд.

Имперцы стреляли, почти не целясь, наперегонки со смертью. И побеждали в этой гонке далеко не всегда. Первым лицом поймал порцию стальной дроби сам Мейс, слишком увлёкся прицеливанием. Разрывался снаряд за снарядом, падал то один боец, а то и несколько, а я не лез к щелям, чтобы не мешать стрелкам.

— Чтобы у них снаряды закончились, — прошипела Илара, помогая убрать тело с окровавленным лицом.

— Я бы на такое не надеялся, — отозвался капитан. — Похоже, они подошли достаточно близко для магии.

Это значило, что обстрел сейчас закончится. Именно в этот момент снаряд чиркнул о верхнюю плоскость баррикады и улетел дальше и в сторону, разорвавшись в руинах попавшегося на пути дома. Попробовали перевести огонь выше? Нет, вряд ли. Их пушки вообще не подходили для стрельбы навесом.

— Зови своих людей, ларрианец! — потребовал Шиллак. — Для них освободилось оружие.

Мысленно выругавшись я рванул к укрытию. За баррикадой продолжали рваться снаряды, некоторые перелетали магическую преграду. Но обстрел не прекращался, северяне не развивали атаку. Почему?

Ответом мне стала стрельба на других баррикадах. Там не было пушек, но и бойцов своих Шиллак послал по десятку на баррикаду.

Нас пытались обойти, а не долбиться в лобовую. Что же, этим же приёмом можно было воспользоваться и в обратную сторону.

— Вываливайтесь, парни! Наступило ваше время геройствовать и заслуживать медали! — ободряюще поприветствовал я, заглянув в подвал.

Энтузиазма мои слова не вызвали, но бойцы покорно начали выбираться и перебежками потянулись к баррикаде. Отсчитав два десятка, я успокоил остальных, что пока и этого достаточно, а сам огляделся, пытаясь восстановить в голове карту.

— Что ты задумал? — спросила оказавшаяся рядом Илара.

Рядом она оказалась не одна, а в компании ещё двух паладинов.

— Рисковать и геройствовать, конечно… — ответил, больше размышляя над тем, как зайти северянам в тыл или хотя бы во фланг.

— Я так и подумала, — хмыкнула паладин и обернулась к своим. — К бою.

Не сделал этого раньше я только потому, что надо было позволить северянам увязнуть, рассредоточиться. Сейчас самое время для контратаки.

— Не отставайте, — бросаю паладинам.

Маленькой гордой кучкой мы прошли по узкому проулку, где я не так давно сам устраивал непроходимые завалы. Завалы я не разбирал, пробивая дорогу в один конец, чтобы мы могли пройти туда, но без магии не удалось бы пройти обратно. Спрыгиваю с оставшегося позади препятствия, создавая луч хаоса, как самое универсальное боевое заклинание в моём арсенале.

Мы выходим из переулка на улицу, оказавшись за спинами бегущих к левой баррикаде северян, целого отряда, не смотрящего в нашу сторону. Они слишком беспечны для городского боя. Здесь всегда надо быть готовым к атаке из любого окна и переулка.

Луч хаоса срезает двигавшихся разреженным строем солдат. Форма и плоть вспухает и лопается, гниёт, сгорает, ссыхается, люди падают марионетками с обрезанными нитями. За спиной стрельба, паладины стреляют в следующий отряд, заставляя строй сыпаться. Я успеваю скользнуть за перевёрнутую карету, скрываясь от ответного огня. Чтобы уже после первого залпа выйти и обрушить пламя на выживших северян. Метать пламя с мастерством матёрого огневика я ещё не умел, но солдатам хватило. Улицу заполнили крики и запах палёного мяса.

— Сюда!

Я снова ушёл с основной улицы, двигаясь переулками. Моей целью были пушки, в первую очередь. А вместе с орудиями и маги северян. Ориентироваться было несложно, пушки продолжали пальбу, маяком указывая нам путь.

— План такой, я устраиваю хаос, а вы устраняете офицеров. Как тебе? — спросил я у Илары.

— Простой, не составит труда запомнить, — отозвалась паладин.

Мы ворвались в маленький дворик, зажатый домами, где справлял нужду одинокий боец северян. Застигнутый со спущенными штанами, он не успел даже понять, что произошло. Атака одного из паладинов оборвала его жизнь, нож в горло, умелое отработанное движение. Похоже, братья ордена решили показать, наконец, на что способны, а то я не оставлял им возможности.