Сын Нептуна
Шрифт:
Он развернул ствол, прицелился в главаря великанов и нажал на спусковой крючок. Восемь высокомощных картофелин ударили в грудь лестригона, откинули его назад с такой силой, что он рухнул на горку бронзовых ядер, и та мгновенно взорвалась, образовав во дворе дымящуюся воронку.
Да, судя по всему, крахмал был вреден для великанов.
Пока остальные великаны в смятении бегали по двору, Фрэнк натянул лук и обрушил на них град стрел. Некоторые стрелы, попадая в цель, взрывались. Другие расщеплялись наподобие
К несчастью, лестригоны быстро пришли в себя и принялись кидать ядра — по десятку одновременно. Весь дом застонал под их ударами. Фрэнк бросился к лестнице. Чердак разрушился у него за спиной. В коридор второго этажа хлынули дым и пламя.
— Бабушка! — крикнул он, но жар не позволил ему добежать до ее комнаты. Он помчался на первый этаж, держась за перила. Дом сотрясался, обваливались громадные куски потолка.
У основания лестницы образовался огненный котел. Фрэнк перепрыгнул через него и пробежал через кухню. Задыхаясь от пепла и сажи, он влетел в гараж. Фары «кадиллака» были включены. Двигатель работал, дверь гаража открывалась.
— Садись! — крикнул Перси.
Фрэнк прыгнул на заднее сиденье рядом с Хейзел. Элла свернулась в комочек впереди, закрыв голову крыльями и бормоча: «Ой-ой! Ой-ой! Ой-ой!»
Перси нажал на газ. Они выкатились из гаража, не дожидаясь, когда дверь откроется полностью, оставив в дверях дыру в форме «кадиллака».
Великаны бросились наперехват, но Перси закричал страшным голосом, и система полива взорвалась, забили в воздух сотни гейзеров, подняв комья земли, куски труб и очень тяжелые верхушки разбрызгивателей.
Когда они врезались в первого великана, «кадиллак» набрал скорость около сорока миль, и монстр рассыпался от удара. Пока остальные монстры пришли в себя, «кадиллак» промчался около полумили по дороге. У них за спиной начали взрываться ядра.
Фрэнк оглянулся и увидел, как горит его родной дом, как обрушиваются внутрь стены и устремляется в небо дым. Он увидел большую черную точку — может быть, канюка, вырвавшегося из огня. Может, это было игрой воображения, но ему показалось, что птица вылетела из окна второго этажа.
— Бабушка? — пробормотал он.
Это казалось невероятным, но она обещала, что умрет на свой манер, а не от рук великанов. Фрэнк надеялся, бабушка знает, что говорит.
«Кадиллак» мчался на север через лес.
— Тут мили три! — крикнул Фрэнк. — Не пропустишь!
Сзади раздались новые взрывы. В небе клубился дым.
— С какой скоростью бегают лестригоны? — спросила Хейзел.
— Давай не будем это выяснять, — отозвался Перси.
Перед ними возникли ворота посадочной полосы — всего в нескольких сотнях ярдов. На
«Кадиллак» пробил дыру в воротах и подскочил в воздух. Голова Фрэнка ударилась в потолок. Когда колеса снова коснулись земли, Перси нажал на тормоза, и они остановились за воротами.
Фрэнк выскочил из машины и вытащил лук.
— Садитесь в самолет! Они наступают!
Лестригоны приближались с пугающей скоростью. Первый ряд великанов выбежал из леса и бросился к посадочной полосе — пятьсот ярдов, четыреста ярдов…
Перси и Хейзел вытащили Эллу из «кадиллака», но, едва увидев самолет, гарпия начала визжать.
— Нет-нет! — кричала она. — Летать на крыльях! Самолет — нет!
— Все будет хорошо, — успокаивала ее Хейзел. — Мы тебя защитим!
Элла испустила жуткий мучительный вопль, словно ее бросили в костер.
Перси в отчаянии вскинул руки.
— Что будем делать? Не можем же мы заставить ее?!
— Не можем, — согласился Фрэнк. Великаны были в трехстах ярдах от них.
— Она слишком ценна, чтобы ее оставлять, — сказала Хейзел и поморщилась от собственных слов. — О боги! Извини, Элла. Я говорю, как Финей. Ты живое существо, а не сокровище.
— Самолет нет. Самолет нет. — Гарпия учащенно дышала.
Еще немного — и великаны смогут забросать их ядрами.
— У меня идея. — Глаза Перси загорелись. — Элла, ты сможешь спрятаться в лесу? Сможешь спрятаться от великанов?
— Спрятаться, — согласилась она. — Безопасно. Прятаться для гарпий хорошо. Элла быстрая. И маленькая. И проворная.
— Хорошо. Оставайся здесь неподалеку. Я пришлю друга, чтобы забрать тебя в лагерь Юпитера.
— Друга? — Фрэнк вставил стрелу в лук.
Перси отмахнулся — мол, потом объясню.
— Элла, тебя это устраивает? Хочешь, чтобы мой друг забрал тебя в лагерь Юпитера и показал, где мы живем?
— Лагерь, — пробормотала Элла. А потом на латыни: — «Одна гуляет мудрости дочь, знак Афины над Римом и день и ночь».
— Так-так, — пробормотал Перси. — Похоже, это важно. Но мы можем поговорить об этом позже. В лагере ты будешь в безопасности. Любая еда и любые книги, какие пожелаешь.
— Самолет нет, — гнула свое она.
— Самолет нет, — поддакнул ей Перси.
— Элла теперь спрячется. — Сказав это, гарпия исчезла — только красный вихрь метнулся к лесу.
— Мне будет ее не хватать, — печально сказала Хейзел.
— Мы ее еще увидим, — пообещал Перси, но он встревоженно хмурился, словно его насторожила последняя часть пророчества — касательно Афины.
От взрыва разлетелись ворота.
Фрэнк сунул письмо бабушки Перси.
— Покажи это пилоту! И покажи ему свое письмо от Рейны! Нам нужно взлетать.
Перси кивнул. Они с Хейзел побежали к самолету.