Сын Нептуна
Шрифт:
— Главнее всех будет ячмень!
К этим голосам присоединились другие, каждый из карпои славил свой вид растений.
— Отлично. — Хейзел поборола в себе отвращение. Значит, ты — пшеница, я говорю, вот ты — в желтых… штанах.
— Ммм, — пробормотал Пшено, — слезай со своего сланца, полубог. Мы должны отвести тебя к армии нашей хозяйки. Они нас наградят. Они убьют тебя медленно!
— Соблазнительное предложение, — сказала Хейзел. — Но спасибо, я вынуждена отказаться.
— Я дам тебе пшеницу! — сказал Пшено, словно предлагая ей равноценную
Хейзел попыталась оценить ситуацию. Как далеко ее унесли? Сколько времени понадобится Фрэнку и Перси, чтобы ее найти? Карпои наглели, приближались к камню парами и тройками, скребли сланец, чтобы проверить, не повредит ли он им.
— Прежде чем я спущусь, — девушка повысила голос, надеясь, что его разнесет по полю, — объясните мне кое-что. Если вы духи зерна, то разве вы не должны быть на стороне богов? Разве богиня земледелия и плодородия Церера…
— Дрянное имя! — завопил Ячмень.
— Она окультуривает нас! — брызгая слюной, воскликнул Сорго. — Заставляет нас расти правильными рядами! Позволяет людям пожинать нас. Тьфу! Когда Гея снова станет хозяйкой мира, мы будем расти, как захотим! Да!
— Ну да, конечно… И значит, эта ее армия, куда вы меня несете в обмен на пшено…
— Или ячмень, — предложил Ячмень.
— Да, — согласилась Хейзел. — Эта армия — она где сейчас находится?
— За горным хребтом. — Сорго возбужденно хлопнул в ладоши. — Да, мать-земля, она сказала нам: «Ищите дочь Плутона, которая ожила. Найдите ее! Приведите ее ко мне живой! У меня для нее припасено много пыток». Нас вознаградит за тебя гигант Полибот! И потом мы отправимся на юг и уничтожим римлян. Нас нельзя убить. Но тебя можно.
— Замечательно! — Хейзел попыталась подпустить воодушевления в свой голос, что было нелегко, когда она узнала, что Гея заготовила для нее особую месть. — Значит, вас невозможно убить, потому что Алкионей захватил в плен Смерть?
— Именно!
— И держит, заковав в цепи, на Аляске. Так, постойте, как же называется это место?
Сорго начал было отвечать, но Пшено налетел на него и сбил с ног. Карпои затеяли драку, превратившись в воронкообразные зерновые облака. Хейзел уже подумывала, не броситься ли ей наутек, но тут из облака возник Пшено, борцовским приемом удерживающий Сорго за шею.
— Прекратить! — закричал остальным духам Пшено. — Многозерновые драки запрещены!
Карпои снова преобразились в пухлощеких ангелочков-пираний.
Пшено оттолкнул в сторону Сорго.
— Ишь ты, какая умненькая полукровка, — сказал он. — Пытаешься выведать у нас секреты! Нет, тебе никогда не найти логова Алкионея.
— Я и без того знаю, где оно. — Хейзел с напускной уверенностью пожала плечами. — На острове, в заливе Воскресения.
— Ха! — ухмыльнулся Пшено. — Это место давным-давно ушло под воду. Уж ты-то должна была бы знать! Гея тебя за это ненавидит. Когда ты нарушила ее планы, она была вынуждена снова погрузиться в сон. На долгие десятилетия. Алкионей смог восстать
— Восьмидесятые годы, — подтвердил Ячмень. — Ужасно! Ужасно!
— Да, — сказал Пшено. — А наша хозяйка все еще спит. Алкионей на этот раз был вынужден спрятаться на севере, он ждет, планирует. И теперь Гея начинает пробуждаться. Но она помнит тебя. И ее сын тоже помнит!
Сорго радостно захихикал.
— И тебе никогда не найти тюрьму Танатоса. Вся Аляска — дом гиганта. Он может прятать Смерть где угодно. Тебе понадобятся годы, чтобы его найти, а твоему несчастному лагерю жить осталось считаные дни. Так что лучше сдавайся. Мы дадим тебе зерна. Очень много зерна.
Хейзел ощутила, как тяжел меч у нее в руке. Она боялась возвращаться на Аляску, но прежде у нее, по крайней мере, было представление о том, где искать Танатоса. Она предполагала, что остров, на котором она умерла, не был уничтожен полностью, а, возможно, снова поднялся, когда пробудился Алкионей. Хейзел надеялась, что база Алкионея находится там. Но если острова больше не существует, то она понятия не имеет, где искать гиганта. Аляска — громадный край. Они могут искать хоть сто лет — и ничего не найти.
— Да, — подтвердил Пшено, чувствуя ее смятение. — Сдавайся.
Хейзел покрепче ухватила свою спату.
— Никогда! — громко крикнула она, надеясь, что ее услышат друзья. — Если мне придется уничтожить всех вас, я это сделаю. Я — дочь Плутона!
Карпои надвинулись на нее, они обхватили камень и зашипели, словно собираясь раскалить его, а потом начали карабкаться к ней.
— Теперь ты умрешь, — пообещал Пшено, оскалив зубы. — Узнаешь, что такое гнев зерна!
Внезапно раздался свист. Рычание Пшена замерло. Он посмотрел на золотую стрелу, пронзившую его грудь, и тут же рассыпался, обратившись в подушечки для завтрака «Chex Mix».
XX
Хейзел
На миг Хейзел растерялась не меньше, чем карпои. Но тут в поле зрения появились Фрэнк и Перси и принялись молотить по всем растениям, что попадались им под руку. Фрэнк поразил стрелой Ячмень, и тот рассыпался на зернышки, Перси разрубил Сорго и бросился к Просу и Овсу. Хейзел спрыгнула на землю и присоединилась к схватке.
Несколько минут — и все карпои превратились в горстки семян и разные сухие завтраки. Пшено начал было формироваться снова, но Перси достал зажигалку из рюкзака и щелкнул ею.
— Только попробуй, — предупредил он, — и я подожгу все это поле. Оставайся мертвым. И не суйтесь к нам. Или трава загорится!
Фрэнк поморщился, словно пришел в ужас от этой мысли. Хейзел не поняла почему, но все равно крикнула кучкам зерна:
— Он это сделает! Он психованный!
Остатки карпои разнес по полю ветер. Фрэнк забрался на камень, чтобы увидеть, как их разметет.
Перси погасил зажигалку и подмигнул Хейзел.
— Молодец, что закричала. Иначе бы нам тебя не найти. Как тебе удалось так долго продержаться?