Сын моего мужа
Шрифт:
— Ну и прекрасно. Жду в субботу вечером.
Мужчины обменялись рукопожатиями и разошлись по своим делам.
Рэйн он нашёл в конюшне. С минуту стоял, прислонившись к косяку двери, наблюдал. Женщина тихо наговаривала что-то на ухо одному из жеребцов, а тот фыркал и тихо ржал.
Кевин откашлялся — надо дать ей знать, что здесь. Рэйн тут же обернулась, на ее лице засверкала широкая улыбка.
— Наконец-то добрался и до меня.
— Сделаешь чай?
Она согласно
— Пойдём в дом. Я словно знала, что ты сегодня появишься — напекла коричных булочек, как ты любишь.
— Я их всю жизнь любил, — Кевин рассмеялся. — Помнишь, как ты их в первый раз пекла? Сколько тебе тогда лет было?
— Шестнадцать. Ещё бы не помнить — я тогда вместо сахара насыпала соль. — Она рассмеялась.
— А потом гостям подала, — продолжил Кевин.
— Да уж, твоим родителям. Вот, наверное, они тогда меня и невзлюбили.
Они не торопясь шли по дорожке к дому.
— Погода сегодня хорошая. Посидим на веранде?
— Я — как ты, дорогая.
Женщина указала на старое плетёное кресло, а сама скрылась в доме.
Вернулась минут через десять с подносом и двумя большими кружками чая. На большом блюде горкой возвышались румяные булочки, своим ароматом вызывая слюноотделение.
— Да, с тех пор ты усовершенствовала технику выпекания.
— А твоя Мила умеет печь? — вопрос сам вырвался, и Рэйн смутилась.
— Да, она прекрасно готовит. Готовила. До того как развелась с мерзавцем, который ее бросил. Во всяком случае, она так сказала, — он вздохнул. — Но, Рэйн, ты же понимаешь, что ей незачем этим заниматься — в доме есть повар.
— Конечно.
Кевин взял булочку, втянул носом аромат корицы.
— Обожаю, как ты печёшь.
— Когда ты улетаешь? — Рэйн подняла на мужчину глаза.
— Через три дня. А ты? Собрала чемодан?
— Кевин...
— Давай ты не будешь спорить со мной. Ты мне нужна там.
— Но... ты подумай ещё раз, стоит ли? У тебя есть Мила... Она молодая, красивая...
Кевин нахмурился, поставил чашку на стол.
— Что ты удумала? Рассуждаешь, как школьница. Мила — просто друг, которого я хочу видеть членом своей семьи, но в другом статусе. И знаешь, — он прищелкнул языком. — Мне кажется, что у меня все получится.
— Она не может не понравиться Марку, — согласилась с ним Рэйн, — но вот понравится ли ей он? Сам знаешь, каким может быть твой сын. Он женщин за людей не считает.
— Мне всё-таки кажется, что она не так равнодушна к нему, как показывает. У Милы есть зубки, и за эти дни она уже не раз показывала их ему. Марку не поздоровится. Тем более я подключил тяжелую артиллерию.
— А с этого места поподробнее.
Мужчина довольно улыбнулся и рассказал о своём плане.
Кевин огорошил меня, заявив, что сегодня к нам придут гости. Хоть
С утра поговорила с Елизаветой по ватсапу, показала свой наряд, который она одобрила. Заодно подруга попросила меня показать дом и наделать семейных фотографий, где должен быть не только мой муж, но и Марк. Я возмущённо хмыкнула:
— Ты, наверное, тронулась умом? Ну как я должна это сделать — бегать за ним с телефоном, как репортёр, и просить фотку на память?
Мы ещё немного поболтали, посмеялись, и Лизка начала прощаться.
— Кстати, Мил, ты случайно не встречала Олега? — спросила она, когда я уже собиралась повесить трубку.
— Олега? С какой стати?
— Он же, насколько помнится, иммигрировал в Канаду.
— Канада — вторая по величине страна в мире. Это как иголку в стоге сена искать. К тому же мне это совершено не интересно. И вообще, зачем ты вспомнила о нем?
— Извини, подруга. Не знала, что ты все ещё не можешь спокойно о нем говорить.
— Ерунда. Просто не хочу. Да и вообще я разочаровалась в мужчинах.
— Что так? Решила сменить ориентацию?
— Нет. Женщины тоже мне не по нраву, — я на мгновение представила бывших сотрудниц с их драмами, двуличную Кимберли, невесту Марка. — Мне очень уютно с Кевином, и пока нас устраивает наша семейная жизнь.
— А дети?
— Лиз, давай заканчивать разговор, — я не смогла сдержать вздох. Елизавета прекрасно знала, что у меня мало шансов иметь детей, а так как в моей жизни нет мужчины — Кевин не считался, то шансы сводились к нулю.
— У нас гости? — первым делом спросил Марк, переступив порог. Взглядом прошёлся по накрытому синей скатертью столу и аппетитным закускам, стоявшим на нем. — А я думал, что у тебя завтра самолет…
Кевин выглянул из кухни.
— Задерживаешься, сын.
— Какая новость, — буркнул молодой человек, бросая в угол с кожаный портфель.
— Думал, что хоть в субботу придёшь пораньше.
— Суббота ничем не отличается от остальных дней, когда у тебя свой бизнес.
— Только не говори, что работаешь и завтра.
Марк ухмыльнулся, кивая головой.
— Верно. И завтра.
— Ну что ж, сынок, наверное, не придётся тебе нагуляться на прощальной вечеринке твоего отца, — уголки рта Кевина грустно опустились. — Придётся нам с Милой одним развлекать Джеймса.