Шрифт:
«Не суди человека понаслышке, иногда не то, что снаружи, то и внутри».
Пролог
Город Волейбург.
Утро Ростислава началось с головной боли, погрома и полиции.
Очередной взрыв гаража с новеньким Ягуаром уничтожил всё настроение, которое и так частенько хлипкое из–за постоянной борьбы с противоположной бандитской группировкой, пытающейся наложить лапу на его город.
Отец – крупный авторитет по кличке Дайкон, слабо справлялся с невменяемым Грогом – другим подобным авторитетом в городе, поэтому помощь сына со своей бригадой всегда была кстати.
«Собаки Грога
– Ростислав Валерьевич, у вас были враги? – вывел его из оцепенения голос полицейского, противно скрежещущего по мозгам.
– Да какие на хрен враги? Я работаю садовником на отца, – соврал он, еле сдерживаясь, чтобы не поругаться с полицией.
– Мы понимаем ваше негодование, однако ваш отец, уважаемый человек, и у него могли быть серьёзные враги, а вы тогда случайно попали в эту мясорубку.
– За случайно бьют отчаянно. Слушайте, оставьте меня в покое. Я ничего не знаю, делайте своё дело, – встал с бордюра и направился в дом.
Полицейские проводили его взглядом, мимолётно ещё раз восхищенно, разглядывая трёхэтажный особняк светло–бежевого цвета с тёмно–красной крышей, какие бывали только в этом богатом районе, огромные окна с колыхающимися пастельных тонов тюлевыми шторами.
– Бандиты хреновы, вечные у них проблемы, – буркнул себе под нос полицейский и стал дальше всё обнюхивать.
Глава 1. Волк
Ростислав снял брендовые кроссовки, которые стоили как вся одежда на полицейском, прошёл к ванной комнате, открыл, снял вещи, вошёл в душевую кабинку и, встав под душ, попытался расслабиться. Вода приятно охлаждала натруженное каждодневной тренировкой тело, стекая по идеальному рельефу в керамический поддон ярчайшей белизны. Спустя примерно минут десять вышел, накинув на низ белоснежное полотенце, и направился в свой кабинет. Присел в кресло с тёмно–зелёной мягкой обивкой, достал вейп и закурил, выпуская густой ягодный дым. Внезапно заиграла тяжелая музыка на мобильнике, и он отрешённо поднял трубку.
– Сын, что там у тебя? Парни принеслись как угорелые, говорят, твой гараж подорвали!
– Да, с моей любимой тачкой – Ягуаром, хорошо хоть вчера ночью Мерс бросил за воротами, лень было загонять.
– Главное, ты жив! Всё это херня, железки, купим новую. Эти твари совсем распоясались и на рынок вчера напали, наших предпринимателей трясли. Ты нужен мне, давай, приезжай в клуб. Парни без тебя как лапша.
– Ладно, скоро буду.
После он набрал другой номер.
– Карандаш?
– Да, Волк.
– Вы нашли второй ресторан Грога, где обмывают все дела его псы?
– Да, мы сейчас внутри. Их тут пятнадцать человек, пьют.
– Всем приготовиться, ждите моего звонка, они или сегодня потеряют свои яйца или сохранят. Позже скажу.
– Ок, Волк, ждём твоего приказа.
Он кинул мобильник на стол, быстро оделся: светлые джинсы, серую майку и короткую кожаную куртку, на левую руку надел золотые часы, за пояс джинсов засунул пистолет. Вышел за ворота, полицейские уже уехали, облегчённо вздохнул, сел в белоснежный Мерседес, опустил окна, включил тяжёлый рок и рванул к отцу в клуб. Деревья мелькали сплошным пятном. В голове роились разные мысли, что надо найти этих отморозков и прострелить им яйца. Он почти уже приехал, как внезапно решил развернуться и поехать в
– Я заставлю тебя заплатить за мою тачку, – скрежетал, и проведу как идиота.
Впереди показалась броская вывеска со странным названием «Шайтан», болтающаяся на металлических цепях, выкрашенных в чёрный цвет. Рядом припаркованы дюжина тачек и кучковались парни бандитской наружности; одни курили, другие – ковыряли от нечего делать носком кроссовка асфальт.
Ростислав резко затормозил, на него все сразу обратили внимание. Некоторые сузили зрачки под чёрными солнцезащитными очками, другие недовольно свели брови.
– Это кто? Волк?
– Смелый.
– Какого хрена ему тут надо?
– Смелость иногда признак дурости.
Ростислав вышел из своей тачки и уверенной походкой сразу направился к входу в ресторан, миновав всех недовольных.
Однако прямо на входе ему преградили путь двое крепких охранников с оружием на боку. Их морды с тяжёлыми челюстями подобные бульдогам, не обещали радушного приёма.
– Чего тебе здесь надо? – прорычал один из них, делая шаг вперёд.
– Не твоё собачье дело. Я хочу видеть Грога, – глаза Волка даже не моргнули.
– А ты не боишься, что он тебе яйца отстрелит?
– Заткнись, иначе начнёшь давиться своими, – злобную реплику он сопроводил лёгким сведением бровей.
Те заржали, выставляя оружие, но Волк со спокойным выражением лица показал правую руку, в которой держал взрывчатку.
– Не пропустите, взлетим все на воздух.
– Ты дебил? Держи её крепче.
– Веди, если нормально поговорим, всё будет ок.
Охранники открыли стеклянную дверь, и повели его внутрь. Он был здесь впервые, взгляд быстро сфотографировал полутёмное помещение и богатую обстановку с кожаными диванами последней моды, мраморными черными столами, совсем не свойственными обычному ресторану. Слева находился подиум с серебристым полом, на нём танцевали шикарные стриптизёрши.
Его взгляд переместился к дальнему столу, за которым сидел крупный лысый мужчина в элитном пиджаке.
Ростислава подвели к нему.
– Кто такой? – голос Грога противно скрипнул по напряжённым нервам.
– Босс, это Волк, и он очень серьёзно хочет с вами поговорить, – ответил один из охранников.
Грог насторожился, на высоком лбу образовались три глубокие борозды, глаза сузились.
– Насколько серьезно?
– У него в руке взрывчатка.
– И вы его пропустили? А если он смертник и подорвёт сейчас всех нас вместе с собой? Идиоты!
– Я сын Дайкона и прежде всего, хочу прожить свою жизнь нормально.
– Я знаю, чей ты сын, и то, что у тебя и своя банда неплохая, и не дурак ты точно. Ладно, чего пожаловал? За мясной рынок? Ну, так твой отец слишком много с него получает. А рынок находится посередине наших сторон, так что считаю, что и я имею право тоже с него иметь свою долю.
– На рынок ты не имеешь никакого права. Мы его сами строили и давали места мясникам, но сейчас я пришёл не за этим. Сегодня подорвали мой гараж, хотели о чём–то предупредить? Там находился новый Ягуар. Если ты не вернёшь мне бабки за него, мы перестреляем дюжину твоих парней.