Сын леса
Шрифт:
— Могу ли я узнать, зачем это необходимо? — задал вопрос монах, слегка опешив.
О том, что некоторые его братья занимаются не только своими прямыми обязанностями он разумеется знал. Сам Вэй предпочитал служить в странствиях, двигаясь с места на место, но некоторые его коллеги порой на годы или даже десятилетия останавливались в крупных городах. Ведь город это всегда большое скопление людей, которых тоже следует лечить и наставлять, а при нужде изгонять злых духов, которые оказываются привлечены негативными эмоциями, сконцентрированными в одном месте. Не редко такие монахи становятся вхожи в дома знати,
Только вот сам Вэй предпочитал именно странствовать, а кроме того не очень одобрял то, что некоторые его собратья уделяют куда больше своего внимания знатным или богатым людям, нежели простым. А ещё твердо знал, что шпион он паршивый и сможет вызнать разве что то, что увидит своими глазами или то, что ему расскажут по доброте душевной.
— Это довольно занимательная история, брат Вэй — усмехнулся настоятель — Доводилось ли тебе слышать о братстве охотников Смертолесья, что презрели свои титулы ради бесконечных схваток с небесными зверьми и защиты людей?
— По правде сказать мне рассказывали нечто подобное, но я не придал этому значения. Среди крестьян ходит множество легенд, но на поверку все они оказываются лишь словами.
— Это так, но к моему удивлению данная история похоже имеет под собой некоторые основания — огладил седые усы настоятель — Года четыре назад в Шэлтэ появились люди, начавшие продавать шкуры, клыки, когти и кости небесных зверей, а так же волшебные травы из глубин северного леса. А кроме того они спасли людей, которых захватили и везли на продажу к рабскому торгу, включая Афэну и Мэриму из рода Сэгондэ. История была бы обычной, некоторые бывшие ополченцы, а порой и благородные люди ходят в Смертолесье за его дарами, презрев риск. Но в данном случае некоторые вещи выбивались из привычной картины.
Проговорив это, настоятель разлил чай, придвинув пиалу и Вэю, а потом продолжил:
— В данном случае охотники считались людьми простонародными и с их стороны было бы логично, получив награду от родичей спасённых дев, пойти к ним на службу. Но они предпочли вновь уйти в малую деревню на границе с северным лесом. А потом появились в городе вновь с его дарами. А потом и ещё раз и ещё.
— И правда необычно — согласился странствующий монах — Насколько я знаю даже один удачный поход туда может настолько обогатить простолюдина, что тому больше никогда не придётся работать. Не говоря о очевидной милости, которую они могли получить от семьи Сэгонда.
— Всё так — степенно кивнул настоятель, а затем продолжил — Но тем не менее они предпочли продолжить свою охоту, как считалось. А главное выяснилось, что наиболее сильный и при этом молодой охотник вообще не явился за своей наградой. Седьмая ступень Лестницы ветра в возрасте десяти двенадцати лет, подумать только. И такая скромность. Не говоря о том, что Афэна практически его ровесница.
— Очевидно ему была не интересна не благодарность провинциальной семьи, ни такая невеста. Такая сила в таком возрасте… Не припомню таких уникумов ни в княжеских, ни в королевском роде. Разве что в старых легендах —
— Некоторые так же грешили на высокие рода, но вскоре вылезла новая странность. Ромул, как зовут юношу, появился в городе в одежде простолюдина, даже не воина. А вскоре и вовсе начал одеваться вместе с остальными охотниками в одеяния, лишённые всяких украшений, переплюнув в аскезе даже нас.
— Но при этом я не слышал, чтобы на границе со Смертолесьем был основан некий новый храм — слегка нахмурился Вэй.
— Если они и монахи, то очень странные — усмехнулся в усы настоятель — Большая часть «монахов» женаты, а ещё отличаются гордыней, что превосходит их аскезу, не перед кем не склоняя голов и не сгибая спин. Но при этом не требуя поклона даже от последнего золотаря.
— Воистину необычно — проговорил монах.
— Без сомнения. Когда брат Шэно сообщил мне об этом, я даже погрузился в чтение старых свитков нашей библиотеки, потому что ещё мой наставник говорил о чем-то подобном про наш орден. И действительно нашёл упоминание о том, что столетия назад наши братья лишь склоняли голову даже перед королём, но спину только перед самим Небом. А кроме того нашёл упоминания о древних магах Десяти Лестниц, что обитали в месте, что сейчас называется Смертолесьем.
— Хм, к своему стыду должен сказать, что не слышал ни о них, ни о таком количестве путей к Небу.
— Тебе нечего стыдится, брат Вэй, здесь нет невежества. Я и сам не знал о них, пока среди прочих древних свитков не наткнулся на тот, где они упоминались. Но к моему сожалению наш собрат писал в нём не о них самих и их Лесницах, а о наших с ними взаимоотношениях.
— И каковы же они были? — с живейшим интересом поинтересовался Вэй. История и древние времена были не то чтобы его страстью, но без сомнения увлечением, а в библиотеке он перечитал в своё время не мало свитков.
— Когда-то мы были верными союзниками. Как ты знаешь из истории, ранее мир был другим, а мест подобных северному лесу в нём имелось куда меньше. Но более тысячи лет назад что-то произошло и мы получили то, что в хрониках было названо Годами Демонических Зверей. С тех пор лесов, гор, степей, а так же рек и морей, непригодных для жизни человека стало значительно больше, человеческих же земель меньше. Где-то опасные места уменьшаются, а порой исчезают на совсем, а где-то увеличиваются или и вовсе появляются там, где ранее всё было благостно. Однако суть не в этом. В годы нашествия лес на севере стал куда опаснее, считалось что его братство сгинуло тогда. И вот спустя тысячелетие выяснилось, что в лесу живут некие охотники на небесных зверей, среди которых даже ребёнок может иметь седьмую ступень Лестницы.
— Насколько же сильны те, кто вошёл во взрослый, тем паче в почтенный возраст? — задумчиво проговорил монах.
— Ясности в этом вопросе нет. Брату Шэно удалось узнать, что взрослые, сопровождающие Ромула в его поездках в городах являются неким новым набором в братство, чьё дело пока лишь охранять торговые караваны, охотятся же в самом Смертолесье совсем другие люди. Среди них Ромул самый младший, к тому же в их семье он не более чем приёмный ребёнок. И сама та семья довольно велика.