Сын для миллиардера

Стар Дана

— И полы еще мыла в супермаркете… — а потом ещё и вторая добавила.

— Что, правда? Но как же Артур так мог продешевить? Девочки, вы нас разыгрываете!

— А я вообще слышала, что она задницей на шесте вертит!

— Серьезно? Да быть такого не может!

— Проститутка?! Вот это позор…

— Проститутка, которая залетела от высокопоставленного, уважаемого на широкий круг человека!

Всё.

С меня хватит!

Это уже точно перебор.

— Прошу прощения.

Я отшвырнула в сторону салфетку,

встала из-за стола и быстрым шагом направилась в сторону туалетов.

Только не плачь. Не плачь. Не плачь.

Это того не стоит.

Они не стоят ни одной твоей слезинки!

Да они просто жалкая кучка ничтожеств!

Я всё ещё слышала бьющий в спину их издевательский смех.

— Смотри, как эффектно побежала! Наверно сутенер звякнул, клиента подкинуть!

Я влетела в уборную, шарахнув дверью. Меня всю затрясло. Как во время гриппа лихорадило. По щекам текли слёзы. Всё-таки я не смогла себя пересилить и разревелась. Подошла к зеркалу, зажав рот ладошкой, смотрела на себя и пыталась подавить слёзы.

Я ненавидела судьбу за то, что она со мной так поступает! Почему? Ну почему именно я родилась в семье простой учительницы и мудака электрика, который нас бросил и сбежал!

Почему таким чудовищам всё даётся как по щелчку пальцев, а остальным, добропорядочным, вежливым, открытым… ничего.

Это так несправедливо…

Это так больно.

Я открыла кран, чтобы ополоснуть лицо холодной водой, как вдруг почувствовала резкий спазм, который согнул меня пополам. Я даже мыльницу на пол опрокинула и разбила.

Ох… Что происходит?

Я попыталась выпрямиться, но боль лишь усиливалась с каждой новой секундой, превращая мой живот в камень. Даже не смогла сделать глубокий вдох! Как будто внутри меня раздувался гигантский шар, который собирался лопнуть.

Боже… Как больно!

Нет, только не это. Нет!

Малыш…

Вцепилась в сумку и начала лихорадочно искать телефон, но руки не слушались. Боль всё нарастала и нарастала, становилось только хуже.

Пожалуйста…

Боже, пощади меня…

Где же этот чертов телефон!

Сейчас позвоню Артуру и он меня заберет!

Сумочка выпала из моих рук, всё её содержимое рассыпалось на белом кафельном полу, вместе с моими витаминами для беременных, которые как бусины со звоном разлетелись по кафелю.

Среди всех вещей я увидела какой-то клочок бумаги. Развернула и немо вскрикнула, когда прочитала то, что там было написано. Меня накрыл лютый ужас, а вместе с этим окружающий мир завертелся как на каруселях.

Я потянулась к телефону, но следующий спазм был такой сильный, что я выронила телефон из рук, но успела нажать кнопку вызова. Обхватила живот руками и всхлипнула, прижавшись спиной к стене. Медленно сползла по ней вниз…

Мамочка!

Помогите…

Кто-нибудь!

Телефон, лежащий на полу, вдруг ожил.

—

Мила?

Пауза.

— Мила!

— Ты где? Куда пропала? Я тебя по всему залу бегаю ищу?!

— Ар-ту…

Я попыталась закричать, но у меня внезапно пропал голос, а перед глазами, сквозь сгущающуюся темноту, мелькала та злосчастная записка:

“Тебе здесь не место. Ты должна исчезнуть…”

Бам!

Рядом прозвучал какой-то хлопок.

А потом кто-то выключил свет.

Кажется, я потеряла сознание…

Глава 13.

Артур

— Мила! Мила-а-а! Твою мать!

Я влетаю в уборную, вместе с охранниками, и становлюсь на лет двадцать старее. Такое ощущение, что мои волосы за секунду поседели.

Мила лежит на полу, свернувшись клубочком, тихонько стонет и трясётся.

— Ягодка!

Подбегаю, падая рядом на колени. Моё сердце сжимается от ужаса, когда руки ложатся на её плечи, переворачивая девушку на спину.

Её глаза закрыты. Лицо белое-белое. Она обнимает живот и периодически вздрагивает. Я понимаю, Милу мучает боль. Ей очень больно!

— СКОРУЮ! Быстро, мать вашу, в скорую звоните!

Кто-то из охранников впопыхах нажимает кнопки на экране телефона и вызывает скорую неотложную помощь, второй принимается осматривать помещение, третий тоже делает срочные звонки, потом вылетает наружу, с целью взять под контроль ситуацию в зале.

А я не знаю, что мне делать, не знаю, как ей помочь!

Что-то шепчу малышке на ухо, прижимаю к груди, глажу живот, пытаясь хоть немного её расслабить и успокоить! Но с горечью понимаю, что это… неужели это отравление?! Или угроза выкидыша.

— Мила! Посмотри на меня, ну! — легонько встряхиваю.

В уборную влетают какие-то люди, в том числе и хозяин заведения. Бросаю на него укорительный, сверкающий яростью взгляд.

— Господин Королёв! О, боже мой! Что у вас п-произошло?

Жириновский Борис.

Жирный боров, который владеет данным заведением. Он один из первых примчался на шум, в ступоре застыл в проходе уборной.

Пухлый толстяк с залысиной на голове и тонкими усиками, нервно мнётся на одном месте, будто понимает, что это всё! Это конец… Я его убью, а его ресторан парашный сравняю с землёй, не оставив даже руин.

— Моей женщине стало плохо! После того, как она переступила порог вашего заведения. Скорую уже вызвали!

— Уверяю вас, наша еда здесь ни при чём!

Вот сука.

Вместо того, чтобы принять ответственность, он принялся оправдываться, дабы спасти свой толстый зад.

— Рот свой закрой, Борис. Это мы выясним, — рыкнул на него таким устрашающим тоном, что он, судя по перекосившемуся лицу, будто обмочился в штаны.