Сын бессмертия
Шрифт:
Достигнув мелководья, Тир встал на ноги и оглядел остров. Все та же бесцветная стена, направленная в небо, все тот же влажный песок. Ни одной чайки, которые должны были бы слететься на пиршество — мертвецы поданы, ни одного краба, которые должны были бы обитать в песках. Пустынно. Остров, лишенный жизни, но при этом не лишенный деревьев.
— Может, шторм разогнал живность? — пробормотал Тир. — Обычное дело…
Он пожал плечами, ответить ему никто не мог.
Выбора у капитана не оставалось. Он мог либо вернуться на рифы и ждать спасения, либо искать надежду на острове. Но вот
Или капитан просто стукнулся головой, что вероятнее, вот и бредит наяву. Обычный лес, обычный пляж после капризов моря. Животные чувствительнее людей и уходят прочь, когда Боги гневаются.
Тир зашагал вперед, преодолевая легкое сопротивление воды.
Вот с водой как раз таки было что-то неладное. Она казалась легкой, как вуаль или паутина, никак не походила на морскую воду. Тир не мог обмануться в ощущениях, уж в чем, так в море он знал толк. Ему чудилось, что, как и остров, эта вода всего лишь играет роль воды.
Самый настоящий бред.
Солнце висело где-то за тучами, отставшими от штормового воинства, что тоже придавало мрачности.
"Неудивительно, что я не знал про эту землю" — подумалось капитану. — "Ни за что бы не сошел на эти берега!"
Выйдя на берег, Тир с удовольствием отметил, что его босые ступни касаются самого обыкновенного песка. Холодного, неприветливого, явно враждебного, но все же песка. Весточка из того мира, оставшегося за штормом.
Тир присел на корточки, погрузил ладонь в песок и тут же одернул. Нечто укололо его, капитан с удивлением уставился на капельку крови, выступившей на кончике пальца. Осторожно раскопав галькой ямку, Тир нашел остатки от морского ежа.
— Откуда он тут? — удивился капитан, но находку не выбросил.
Острые иглы могли пригодится. В его положении любая вещица становилась особо ценной. Капитан "Быстрого" обернулся и хмуро посмотрел на рифы, где плескались мертвецы. Два нашедших друг друга одиночества посреди морской пустыни. Там осталась корма его судна, на нее следует вернуться и как можно раньше. Не ровен час, как налетит новый шторм и утащит корабль обратно в пучину — море не разменивается на подарки.
Тир лишился даже ножа, ножны оказались пусты, когда он их проверил. Вся одежда единственного выжившего превратилась в лохмотья, морская вода попортила даже надежные швы туники. Тир понимал, что оказался девственно чистым пред лицом смерти, которая затаилась или на острове, или там в воде.
Вздохнув, молодой капитан побрел в сторону леса. На ходу он осматривался, ища что-нибудь полезное. Кроме песка и обкатанных волнами камней ничего не было. Он подобрал камень, расколотый пополам. Не нож, но тоже сгодится. Если идти дальше по берегу, можно было наткнуться на выброшенный плавун, если повезет, и на носовую часть корабля. Но обследование побережья Тир решил оставить на потом, сначала следовало осмотреться.
Под хвойными кронами, которые казались неуместными на этом острове, рос лишь
Нижние ветви деревьев были сухи и годились для растопки, Тир решил их собрать на обратном пути. Грибов или ягод не было, кое-где сквозь слои песка или опавшей хвои пробивались стебельки трав, но они не годились в пищу. Обычная сорная трава, которая не могла насытить. Тир почему-то не сомневался, что охотиться тут не на что. Единственное живое существо тут — он. Чайки, быть может, вернуться позднее, чтобы полакомиться свежей тухлятиной, рыба подойдет ближе к берегам, но ближайшие дни выжившему придется голодать.
Тир обломил сухую прочную ветвь, которую с натяжкой можно было принять за копье или гарпун. Заточив наконечник острым обломком камня, капитан почувствовал себя уверенней. Теперь у него было оружие, пусть и такое ненадежное. Если на острове есть хищники, то ужин им достанется не так-то просто. Тир усмехнулся, но улыбка вышла вялой.
У него не было никаких перспектив, никаких надежд на спасение, но опускать руки он не хотел. Это бы точно ему не помогло, тем более деятельность помогала согреться. Тир несколько часов провел в лесу, но так ничего нужного не нашел.
Песок сменился землей, на которой росли папоротники, мхи и травы. Ни цветов, ни плодоносных кустарников. С едой будут проблемы, но наверняка в этом лесу можно отыскать хотя бы корнеплоды.
На обратном пути капитан собрал валежника, за неимением веревки связал ветки туникой. Древесина казалась такой же безжизненной, как и весь остров вокруг. Прохладный ветер с жадностью набросился на обнаженное тело Тира. Капитан не обратил внимания на неудобство, туника и так не спасала от холода. Вот костер сможет его спасти, подарить лучик надежды в этом темном царстве. Нагота не смущала Тира, все равно он на этом острове один.
— Омывшись в водах забвения, предстал он девственно рожденным пред Ней, — проговорил Тир и невесело улыбнулся.
Ему не хотелось верить, что это загробный мир, но глаза видели то, что видели. Он вынужден был признать вероятность того, что это уже не его родной дом. И даже не родной мир. Если бы не боль во всем теле, боль, выворачивающая суставы, рвущая мышцы и затуманивающая разум. Видимых повреждений на теле не было, боль пряталась где-то внутри, растекалась свинцом по жилам. Она-то и доказывала, что человек еще жив.
Тир невесело улыбнулся. Его положение было незавидным, оказаться на пустынном острове, с которого ушла жизнь… Он надеялся только на то, что завтра или несколькими днями позже птицы и рыба вернутся. Когда тело окрепнет, можно будет совершить рейд в глубь острова на поиски дичи. Не может же этот лес стоять просто так, живность не упустит возможности поселиться в зеленом доме.
Капитан обернулся, выйдя на берег. Нет, эти деревья нельзя было назвать зелеными, скорее серыми, обезвоженными. Странно, что они вообще тут растут.